Аркадий Глазырин-Уральский – «Необыкновенные похождения Аркадия из России». Том 2 (страница 12)
С одной стороны он там в Каире вроде бы как у самого Красного моря, но у Красного моря он …в резиновых сапогах.
Удовольствия никакого и контакта с морем ноль.
Да, наверняка кормёжка там у шифровальщика была нормальная: мясо, рыба, молоко, хлеб, шоколад, овощи и фрукты, кофе, масло и красная икра, бекон; пиво, коньяк и виски по выходным, сигареты аж «Мальборо», литература какая угодно из библиотеки дип. миссии. Но мозг-то чем занять?
Шифровальщиков, скорее всего, набирали из успешных, терпеливых выпускников суворовских училищ, а туда попадали сироты из детских домов. Так что надобности звонить маме или сестре в СССР у шифровальщика не было никакой. Некому. А жены и детей нет. Поговорить не с кем.
Да, есть огромная ответственность, уважение коллег…
Но заняться-то чем? Ну там выпить можно с Младшим лидером, в шашки поиграть, в хоккей настольный, в карты…
И всё. А ведь человек-то совсем не дурак.
Состояние как у парализованного. Всё понимаешь, всё слышишь и видишь, но ничего не можешь сделать сам.
Тоска… Жизнь в режиме овоща.
Отмечу, что в СССР свято соблюдалась регулярность выхода на связь. Есть данные для передачи или нет их — всё равно раз в час
Это же касается подводных лодок и надводных судов.
Внутри них там в 1968-ом году тоже сидят шифровальщики.
Но они хоть по всей лодке ходить могут.
Поскольку никуда с неё не денешься.:-)
Так вот, раз в час
Периодичность выхода на связь нужна для того, чтобы нельзя было вычислить взаимосвязь событий тупо по пеленгу.
Помните у Вити Суворова описываются действия радиоразведки СССР, когда у буржуев на определённой частоте откуда-то куда-то что-то передавалось, а через сутки самолёт прилетал на аэродром такой-то? Не нужно было даже голову ломать над содержимым послания. Всё и так понятно. Но это буржуи так примитивно поступали. Отношение к паролям и шифрам у них было пожизненно легкомысленное. Те же немцы, когда летали англичан бомбить в Египте, то брезговали шифровать сообщения даже на машине «Энигма» и “в открытую” передавали в эфир суть. Англичане же внимательно слушали их, и поэтому к моменту подлёта “бомберов” к Цели там уже никого не было.
Чистокровные арийцы почему-то считали, что все вокруг идиоты, что радио никто не слышит на расстоянии, и что немецкий язык англичанам не доступен. Если даже немцы и шифровали что, то в конце каждого сообщения неизменно вставляли слова: “Хайль Гитлер!”, что создавало вычисляемую повторяемость и позволяло британцам легко вскрывать германские шифры.
Больше того! Германские разведчики умудрялись при передаче денег агентуре в Америке оформлять квитанции для ИФНС о получении ими наличных. Со всей немецкой пунктуальностью. После начала Второй мировой все эти квитанции разом оказались у британцев, после чего вся германская разведывательная сеть стала работать на U.K., порой, даже и не подозревая об этом. Поэтому ни о каких успехах германской разведки в U.S.A. и U.K. вы никогда не слышали. Не было там успехов, а был один грандиозный провал и кромешное ламерство.
Вернёмся же в 1968-ой год в дипломатическую миссию СССР в Австрии по адресу: Райзнерштрассе 45, Вена, где в трёх комнатах живёт и делает свою работу шифровальщик Гена. А может и не Гена. Хрен его знает. Никто не в курсе как его зовут на самом деле. И спрашивать нельзя. Поскольку он обязан доложить об этом в Центр. А если не доложит, то на первый раз всхлопочет замечание, и не видать ему пива и виски месяц, а если это повторится, то вернут его в СССР и пришлют другого.
Ясно лишь то, что Гена этот русский, что он убеждённый коммунист, прошедший сквозь кучу фильтров и “подстав”, устоявший перед массой соблазнов, когда самые настоящие финны в Финляндии предлагали ему сбежать туда, где будет “дом в Чикаго, много женщин и машин”©…
Естественно, что все они были надувные и картонные.
Из Финляндии вообще было не убежать. Все свои. Там как раз КГБ-шников на “вшивость” проверяли перед отправкой их в настоящие кап. страны на предмет: “Побежит/Не побежит”.
Что же делать нашему Геннадию
Логично будет начать хулиганить, развлекаться, добавляя в текст пустых сообщений “творческую отсебятину”. Там всё равно в тело надо наколотить что-то своё для объёма, причём, каждый раз новое, произвольное, чтобы враг по размеру не понял где “пустышка”, а где реальный доклад. Чтобы он всё, сука, расшифровать пытался, чтобы голову ломал даже после расшифровки, силился понять, старался. Например, такой вот текст: “ОНИавЦНйКк АанрЖОцГ оЗЙзмТкЯИбМ5 1хКф8ъ Ж4\ Н5OH 6И2 Н6 Ич! Н)ее%оо, н\6уу. юнЭйЙЯФьядлайСТЕЙКХЖЛУ”.
— Это у них тут просто чушь произвольная наколочена или же вторым-третьим слоем другой шифр положен?
— А ХЗ, товарищ капитан… *
Так вот, вместо “чуши” можно совершенно легально заколотить в “шубу” сочинённый тобою же анекдот. А если ты шифровальщик в штабе в центре “звезды” и отправляешь циркуляры
Таким образом в 1968-ом году
Естественным было чисто человеческое желание хоть как-то выделиться при полностью закрытой системе.
Для этого шифровальщики строгали свои серии анекдотов.
Например, про “Никулина, Вицина и Моргунова”.
Просмотр кинофильмов в дип. миссиях и на кораблях, подводных лодках был не просто возможен, а обязателен.
Причём происходил он по воскресеньям, и тогда же выдавались посылки, письма, пайки с превосходной твердокопчёной колбасой (до сих пор с тоской её вспоминаю), с топлёным маслом в стекле, топлёным молоком в жестяных банках, с фантастическим коньяком и шоколадными конфетами. Делалось это, чтобы не понять было снаружи кто в дип. миссии гражданский, а кто из КГБ, ГРУ. Все туда в воскресенье приходят. Кто за чем.
Было ли руководство в курсе анекдотной переписки?
Руководство ЦК КПСС о ней даже не подозревало!
Руководство же шифровальщиков само жило в клетке и поэтому не просто закрывало глаза на такие развлечения в режиме: “Чем бы дитя не тешилось, лишь бы оно там не сошло с ума и не сбежало”, а даже культивировало это направление, отслеживая лишь, чтобы там не происходило “утечек” и не возникало “горизонтальных связей”.
Логично предположить, что анекдоты-призёры рассылались в циркулярах. Ну а дальше шифровальщик штаба Закавказского военного округа рассказывал “анекдот недели” своему начальнику, тот — жене соседа, и понеслось. Точно такой же анекдот в это же время “выпрыгивал” в мир в штабе Киевского военного округа и на подводной лодке в центре Тихого океана, на Камчатке и в Клайпеде, на Кубе и в Монголии. Везде!
Разумеется, что совсем похабщина и явная антисоветчина в подобную рассылку попасть не могла.
Анекдот про Гену и Чебурашку© — да пожалуйста!
Про русского, немца и француза — легко!
Про Золотую рыбку — вообще свободный персонаж!
Про Никулина, Вицина и Моргунова — да ради Бога!
Стишки про детей, которые играли в гестапо — можно.
Про “косточки в ряд, звёздочки в ряд — трамвай переехал отряд октябрят” — можно, “Маленький мальчик на…” — можно!
Про Петьку и Василия Ивановича — сколько угодно.
Про Брежнева и Картера (где Картер идиот) — допустимо.
Про Брежнева, который вчера в Кремле принял китайского посла за японского — допустимо, “Девочка Маша…” — можно!
“Газета в попе застряла. Правда? Hет, Известия.” — можно.
А вот про то, как Хрущёв Сталина убил — СТОП.
Не было таких анекдотов. И про ГУЛАГ не было. И про ГПУ, ГРУ вы анекдотов не припомните. И про КГБ не было. Точнее, про КГБ было, но это было, скорее, глумление военной разведки над контрразведкой. Вспомните хотя бы: “— Рамзес Второй… — А как узнали? — Сам, падла, сознался…”.
Абстрактные, смешные дистрофики были. Факт.
Про психов — море анекдотов. Про людоедов и попавших к ним европейцев тьма их было. А про голод не было. Не вспомните вы ни одного анекдота про шифровальщиков. Про гомосексуализм и наркотики тоже нельзя было. Запретная тема.
Такие вот получились у меня “записки на полях” о причинах одновременного появления по всему СССР совершенно одинаковых анекдотов, и источнике их возникновения.