Арий Родович – Эхо 13 Забытый Род (страница 74)

Я чуть не поперхнулся воздухом. Щёки будто вспыхнули сами собой.

— Э-э… Я… — слова путались, чем больше я пытался что-то сказать, тем хуже выходило.

— Максим! — резко вмешалась Милена. Голос звенел так, что я уловил дрожь в струнах Эхо. — Как вам не стыдно подслушивать чужие разговоры?!

— Да, Максим Романович, — поддержала её Ольга, повернувшись с самым серьёзным видом. — Нельзя использовать силу, чтобы слушать, о чём шепчутся две невинные барышни. Это неправильно.

Максим расхохотался ещё громче.

— Ага, невинные… — протянул он, глядя на них обеих через зеркало. — Я прекрасно слышал, о чём вы переговаривались.

Милена дернулась, и я заметил, как вокруг неё едва ощутимо дрогнули струны Эхо. Словно ещё немного — и она перейдёт в боевой режим, даже несмотря на то, что напротив сидит воин одиннадцатого ранга.

— Это было не для ваших ушей, — холодно отрезала она.

— А мне что делать? — пожал плечами Максим. — Я обязан держать слух на максимум. Если где-то шелохнётся мышь или хрустнет ветка — я должен это услышать. Так я создаю возможность охраны. И если при этом случайно зацепил ваш разговор — уж извините.

Он снова рассмеялся, но тут же рявкнул в окно:

— Косой! Если ты решишь забухать, пока господина не будет, завтра у тебя две смены вне очереди на патрулирование зоны разлома!

Снаружи донёсся виноватый смешок и короткое:

— Есть, командир!

Машина мягко тронулась и покатила от ворот. Колонна выстроилась, впереди и сзади двигались машины охраны. Я всё ещё чувствовал на себе тяжёлую паузу после шёпота и смеха Максима.

А вообще о чём речь? — вертелось в голове.

— Простите, — наконец выдохнул я, глядя то на Милену, то на Ольгу. — А вы вообще… о чём сейчас говорите?

Обе вспыхнули одновременно.

— Ни о чём! — слишком поспешно бросила Милена.

— Это не важно, — так же быстро добавила Ольга, отворачиваясь к окну.

Я нахмурился ещё сильнее. Но прежде чем я успел задать следующий вопрос, Максим снова рассмеялся и лениво бросил через плечо:

— Да ладно вам, девушки, чего вы краснеете? Скажите прямо, или я сам скажу.

— Не смей! — вспыхнула Милена, и я почувствовал, как её Эхо снова дрогнуло, готовое сорваться.

— Максим Романович, — резко добавила Ольга, — это уже неприлично. Вы не имеете права!

— Ха! — он усмехнулся. — А почему нет? Вы же всё время об этом спорите! Думаете, я не слышу? Я по дому хожу, патрулирую, слух всегда включён. Вы там такие подробности обсуждаете, что я уже половину знаю наизусть.

Милена сжала кулаки, Ольга покраснела так, что отвернулась совсем к окну.

— Постойте, — не выдержал я. — А что вы… вообще обсуждаете?

— Ничего! — почти выкрикнула Милена.

— Не задавайте вопросов, господин, — поспешно добавила Ольга.

Колонна уже шла по трассе, асфальт мерно гудел под колёсами, и казалось, что разговор исчерпан. Но Максим, конечно же, не собирался замолкать.

— Ну что вы так нервничаете? — протянул он, усмехаясь. — Я ведь ничего такого не сказал. Только отметил, что вопрос остаётся открытым.

— Замолчи! — почти рявкнула Милена. Вокруг неё снова пробежала дрожь Эхо, настолько ощутимая, что у меня внутри всё напряглось.

— Господин, — не выдержала Ольга, обращаясь уже ко мне, — вы не слушайте его! Это… это ерунда!

Я смотрел то на одну, то на другую, чувствуя, как уши горят.

— Так о чём вы тогда говорите? — в который раз повторил я.

Обе дружно отвернулись, будто сговорившись, и ответили почти синхронно:

— Ни о чём!

Максим хмыкнул.

— Ха. «Ни о чём»… Ну конечно. Скажу честно: я столько раз слышал ваши разговоры, что сам могу пересказать каждую деталь. Иногда даже живо представляю, будто стоял рядом и видел всё собственными глазами.

— Максим!!! — в унисон взорвались обе.

— Ну а что? — усмехнулся он, выдержав паузу. — Если вы сами не спросите господина, может, мне за вас сказать

— Нельзя! — Милена чуть не подпрыгнула.

— Запрещаю! — вторила ей Ольга, и обе вцепились в ремни, как будто это могло их защитить.

— А я вот думаю, — продолжал Максим уже нарочито медленно, — что господин-то сам тоже хочет знать. Раз он уже третий раз спросил.

— Я… — начал я, но слова застряли в горле. Всё вокруг было как в сцене из дешёвой романтической новеллы: девушки красные, Максим ухмыляется, а я — один-единственный, кто не понимает сути.

В салоне повисло напряжение, но дальше разговор сам собой затих. Девушки демонстративно отвернулись к окну, Максим хмыкал себе под нос, а я сидел позади него, сжимая кулаки и всё сильнее ощущая, что кругом намёки, недосказанность, а я в центре и ни черта не понимаю.

Интерлюдия. Еще один кто хочет знать ответ

#@%&!!!

%%$#!!!

***!!!

Максим, сука, я тебя ненавижу!

Я, мать вашу, ради этого бежал по верхам, как дебил. Прыжок, ещё прыжок. Ветки под ногами, дорога внизу, колонна ревёт моторами. А я держусь рядом, не рвусь вперёд — специально, чтоб не потерять их.

Имплант в башке зудит. Уши этой тварюги — нетопыриса. Вживил себе когда-то, и теперь слышу всё, что шепчут, даже через металл и стекло. Вибрации идут, картинка собирается сама: кто где сидит, кто двинулся, кто вздохнул. Милена справа, Ольга рядом, господин — за Максимом. Я их не вижу, но чувствую — будто сам там, в салоне.

И вот они начали! Я прямо вижу, как краснеют. Слышу их шёпот. Вот-вот скажут…

Ага! Максим подхватил! Подколы, ехидство, девки возмущаются. Я уже тру ладони, жду: «Ну всё, сейчас, сейчас скажут!»

И что?!

Ни х@#а!

Максим, ты скотина, ты обязан был спросить! Ты уже довёл их, сука, до визга, Эхо у Милены вспыхнуло так, что даже мои импланты запищали, а ты?! Ты взял и заткнулся!

Да мне самому интересно, мать вашу! Я ж слышал эти их разговоры ночами, когда они думают, что одни. Споры, детали, кто ближе, кто лучше, кто главнее. Мне уже самому мерещится, будто я там стоял рядом и видел всё.

Но нет!

Они замолчали.

Тишина.

И я бегу дальше по деревьям, держусь рядом, уши зудят, сердце колотится, а в голове одна мысль:

С КЕМ ИЗ НИХ ЕМУ БОЛЬШЕ ПОНРАВИЛОСЬ ТРАХАТЬСЯ?!

Чёрт, даже не смешно.

Василек, я тебя ненавижу.