Аристофан – Избранные комедии (страница 82)
Вновь Тишину и с богатыми жертвами к ней обратились.
Тучные бедра сожгли они, сердца и легких вкусили
И возлияли вина. Был вожатым я в шествии славном!
Но прорицателю кубка никто не поднес золотого».
С этим отнюдь не согласен. Не так возвещала Сивилла.[242]
Правильно, Зевс мне свидетель, великий Гомер заповедал:
«Проклят, поруган и прогнан да будет навек окаянный,
Бдителен будь, берегись, чтобы ястреб даров не похитил,
Хитро тебя обманув…
Стерегись хорошенько от вора!
Явно опасно говядине нашей пророчество это.
Чашу наполни вином, потроха передай мне и сердце!
Чашу наполни и мне и отведать позволь мне жаркого!
Нет, неугодно еще это сонму богов непорочных!
Будем сперва возлиять мы. А ты — уходи поздорову!
Ну, если так, самому управляться придется мне, видно!
Вот — возлияние, вот — возлияние!
Вот — возлияю и я!
Берегись! Получай к возлиянью!
Живо язык мне подай!
О Тишина, ненаглядная! С нами навеки останься!
Кто ж поднесет мне жаркого?
Никак поднести невозможно
Нет тебе потрохов, прежде чем волк обручится с овцою.
Вот я коснулся колен твоих!
Молишь напрасно, бедняга!
Знаешь, ежа никогда нам не сделать колючего мягким.
Эй, зрители, сюда! Здесь угощенье вам
Готово.
А ты — Сивиллу жуй!
Клянусь Землею, вам не пировать одним!
И я урву жаркого! Дело общее!
Лупи Бакида!
Вас зову в свидетели!
И я. Ты — вор, обжора и дрянной бахвал!
Лупи его! Дубась бахвала палкою!
Сам колоти! Я вышелушу подлого,
Как луковицу из кожур, которые
У нас украл святоша! Раздевайся, эй!
Слыхал, ворона мерзкая орейская!
Лети назад, в Элимний[243]! Торопись! Эй-ей!
МАЛАЯ ПАРАБАСА
Хорошо, хорошо!
Шлемов больше не видать!
Лука нет и сыра нет!
То ли дело у огня
С тем, кто мил, с тем, кто друг и сосед,
Проводить вечерок, наколов
Жарких и сухих дровец,
За лето прогревшихся.
Греть у угольков орешки
И поджаривать жгуточек.
И служанку целовать,