Аристофан – Избранные комедии (страница 100)

Где он? Дедов клад мидийский[284] расточить сумели вы,

Ну а сами в возмещенье и полушки не внесли?

Погодите, доведете нас до гибели еще!

Что, ворчите? Берегитесь! Если тронете меня,

680 Этой туфлей деревянной по зубам мы вам дадим.

Схватка.

Ода

Разве ж это не насилье злое?

И чем дальше, тем все хуже, все растет их дерзость.

Так конец стыду положим, если мы еще сильны!

Наземь скинем мы рубашки, пусть мужчиной от мужчин

Пахнет прямо, пахнет честно, тут нам нечего скрывать.

Волчья стая, смело в бой,

Как в Липсидрий[285] по лугам

Молодыми мчались мы.

690 Други, час теперь настал былую юность вспоминать,

Кости старые размять,

Тело снова окрылить.

Эпиррема

Если мы им поддадимся, если палец им дадим,

И с руками и с ногами к нам привяжутся они.

Корабли они построят, в море выйдут и на нас

Поплывут, как в дни былые Артемисия[286] плыла.

А не то — так в конском строе нападут, тогда беда.

Нет того, кто б пересилил женщин в верховой езде.

Из седла уж их не выбить. Амазонок вспомни рать,[287]

На конях, мужей разящих, как их Микон написал.

700 Нет, всего б надежней было всех в охапку уложить

И ввернуть в гнилые доски наш испытанный бурав.

Антода

Если злить меня не перестанешь,

Вот свинью моей отваги на тебя спущу я!

Почешу тебя! Соседей криком напугаешь ты.

Но и нам пора одежды наземь скинуть. Пусть от нас

Пахнет женщиной взбешенной и готовой укусить.

Тронь меня, коснись меня,

Луку уж не есть тебе,

Черных не видать бобов!

710 Слово мне сказать посмей, клокочет желчь, в тебя я,

Словно жук в орла,[288] вцеплюсь

Бабкой повивальной.

Антэпиррема

Не боюсь я вас нисколько! Ведь со мною Лампито

И Исмения, подружка беотийская моя.

Ты ж набрать попробуй войско. Прикажи хоть двадцать раз,

Не пойдут к тебе, негодный! Всем соседям гадок ты!

А когда Гекатин праздник справить захотелось мне

И товарища к детишкам от соседей пригласить,

Благонравного ребенка, беотийского угря, —

720 Нет! — сказали мне. В Собранье так постановили вы.

От таких постановлений вас отучим мы, гляди,

Взяв за пятки и встряхнувши[289] и затылок вам свернув.

ЭПИСОДИЙ ВТОРОЙ

Лисистрата выходит из ворот.

Начальница великого деяния,

О, почему выходишь ты печальная?

Постыдный нрав ваш женский, слабый разум ваш

Виной тому, что я брожу в раздумии.

Что сказала ты, что?

Ах, горькую правду!

Но в чем беда? Подругам расскажи своим!

Промолвить слово стыдно, тяжелей смолчать!

730 И все ж скажи, несчастья не скрывай от нас.

Взбесились по мужчинам наши женщины.

О Зевс! Зевс!