Аристарх Риддер – Новичок 5. Кубок Канады 1989, часть вторая (страница 10)
– Алло, – дежурно сказал я в трубку.
– Привет, сынок, – раздался голос отца, – как вы сыграли сегодня?
– Мы выиграли, но пап, ты что, звонишь сейчас ради того, чтобы узнать результат матча? Мы их дожали только в четвертом овертайме, и я дико устал.
– Я понимаю, извини. Но тут такое дело. Ко мне приезжал Кутергин, и его вид мне очень не понравился.
– Вот как? А что с ним? И зачем Витя к тебе приезжал?
– Просил денег в долг. Много денег, сынок. Очень много, – повторил отец.
– Я таких чисел не знаю. Много это сколько?
– Двадцать тысяч.
– Ничего себе! Он объяснил, зачем ему понадобилась такая сумма?
– В том то и дело, что нет. Просто очень просил выручить его.
– А ты что? Дал?
– А как не дать? Видно же, что у человека большие проблемы. Только не всю сумму. У нас с матерью столько просто нет. Но десять тысяч я ему дал. А тебе я позвонил, чтобы попросить тебя узнать, что с Витькой случилось. Понимаю, что звучит глупо, ты там у себя в Миннесоте, а я, считай, под боком у Кутергина в Нижнем Тагиле, но я потом позвонил Нестеренко, Сан Саныч сказал, что Кутергин перезанимал у половины команды. А ты всё-таки со всеми общаешься, пусть и по телефону.
– Ты всё правильно сделал, пап, – поспешил я успокоить отца, – я лучше сразу Кутергину позвоню. Чего слухи собирать, когда можно его самого спросить.
– Да, наверное, так будет лучше.
Сон как рукой сняло, мысли о сексе тоже окончательно меня покинули, и я позвонил Кутергину.
Тот оказался дома и сам взял трубку.
– Привет, Вить. Это Семенов. Что там у тебя стряслось?
Кутергин поначалу не хотел говорить, так что пришлось на него даже немного надавить. Так что в результате он мне всё рассказал. И про карточные долги, и про то, что смогу собрать не всю сумму.
В этот момент я тут же вспомнил о том, что Асташев-то никуда еще не улетел и продолжал свое турне по США и Канаде. Сан Саныч успел уже пообщаться со всеми потенциальными кандидатами в сборную и сейчас выполнял другую часть работы скаута – отсматривал игроков команд конкурентов.
Следующий матч, который он посетит, был как раз нашей игрой с Детройтом. Айзерман и Галлант считались железными кандидатами в сборную Канады, так что их обязательно нужно было посмотреть. Потом Асташев посмотрит еще и игру Питсбурга с Филадельфией, и только потом полетит домой.
Деньги для Кутергина у меня были, так что я решил передать недостающую сумму с главным тренером «Автомобилиста». Ну, и заодно нужно было поговорить с Асташевым насчет Вити. Понятное дело, что с учетом возраста не мне было заниматься этим делом, но мой первый капитан в этом мире – не чужой для меня человек. Поэтому нужно ему помочь, а кто как не главный тренер способен повлиять на своего игрока?
С собой в Детройт я взял пятнадцать тысяч долларов. Виктору нужны были 60 тысяч рублей, а у валютных спекулянтов курс очень отличался от государственного. На черном рынке давали четыре рубля за один доллар.
И хорошо, что нас ждали два подряд матча в Детройте, если бы после игры пришлось возвращаться домой, то, боюсь, что Боумэн рогом бы уперся, но не допустил бы того, чтобы я вернулся в Миннесоту отдельно от команды. А так мы с ним договорились, что я смогу поужинать со своим первым тренером после игры. Во время ужина я и передам деньги Асташеву.
Глава 7
Джо Луис Арена стоит на ушах, Скотти, надрываясь, орёт на своего визави МакАдама и судей, а на льду творится форменное безумие.
Майка унесли в подтрибунное помещение, в центральном круге схватились Беллоуз и Галлан, возле ворот Такко сразу пятеро наших рубились с игроками Детройта, а я, с Бобом Пробертом, старательно мордуем друг друга в зоне Детройта.
Не моё это дело, конечно, драться с тафгаем такого уровня, как Проберт, но Бэйзил, наш штатный полицейский, тоже получил травму, так что больше некому.
А драться надо. Только что Галлан и Проберт взяли Майка в коробочку, и последний буквально размазал Модано по борту. Джерси Майка, как и лёд с бортом, окрасились кровью моего приятеля, и эта кровь поставила точку под хоккеем на сегодня. Дальше началась битва.
На самом деле, весь матч к этому и шел. Детройт продолжал играть в свою игру, но сегодня мы, наконец, решили ответить.
Нижние звенья Миннесоты были заряжены на точно такой же грязный хоккей, как тот, в который Детройт играл всю серию. Это подняло градус агрессии игроков «Красных Крыльев», и команды большую часть времени играли в неполных составах.
Ну, и драки, само собой. Что в первом, что во втором периоде, зрители увидели по два поединка. В одном из которых Бэйзил и выбыл. Он с Пробертом устроили отличный боксерский поединок, в котором по очкам победил игрок Детройта, а Бэйзил сломал запястье. Это случилось еще в первом периоде, так что всё оставшееся время управы на Проберта не находилось, мне Боумэн вообще запретил драться. «Нам нужно игру выигрывать, а не морды им бить» – вот, что сказал мне главный тренер в первом перерыве. Поэтому за меня и выбывшего МакРея отдувались другие парни. Моё же звено играло в хоккей.
В середине первого периода мы с Майком вышли играть 4 на 4, и я пасом в центральный круг отрезал всех игроков в красном. Майку, которому и предназначалась эта передача, оставалось только переиграть вратаря. Майк эффектно усадил того на пятую точку и открыл счёт.
Потом, правда, Детройт выстрелил дуплетом, забросив дважды. Большинство у хозяев отработало просто великолепно. Правда, дальше всё пошло совсем не плану хозяев.
За десять секунд до конца периода теперь уже мы реализовали лишнего. Всё получилось достаточно дежурно. Я выиграл вбрасывание, Гагнер отдал под бросок Майку, и тот сделал дубль. Такие вот трехходовки в различных сочетаниях мы отрабатываем на каждой тренировке и в результате добились автоматизма.
В перерыве Скотти призывал игроков нижних звеньев с одной стороны быть повнимательнее, а с другой стороны продолжать давление на игроков Детройта, ну, и всем нам было необходимо терпеть. С точки зрения Боумэна всё шло нормально.
На третьей минуте второго периода Майк сделал свой первый плей-оффный хет-трик в карьере. Мы с ним вдвоём убежали на одного защитника, и я, хоть и мог бросать сам, не пожадничал, и покатил шайбу на Модано. Тот молодецки щёлкнул, и шайба от перекладины залетела в ворота. Счёт в матче стал 3–2.
Прошло еще четыре минуты, и мы снова забили. Майк набрал четвертое очко за матч, ассистировав защитнику Чемберсу. Этот игровой отрезок включал в себя еще одну драку нашего игрока с Пробертом. Тот взял верх над Митчем Мессье. Тот относительно неплохо держался, но в результате Проберт его просто задавил.
Под конец периода Миннесота вела уже в три шайбы. Снова большинство, снова я пасую на Гагнера, но завершал на сей раз Беллоуз.
В общем, всё складывалось для нас неплохо. Да, нас били, но и мы делали тоже самое в ответ, а единственное что имеет значение – счёт на табло, всё время рос в нашу пользу.
За шесть минут до конца Майк, проводивший свой лучший матч в карьере, сделал покер, поймав вратаря Детройта на противоходе, и фактически выиграл для нас этот матч. 6–2 это очень серьезный отрыв для столь малого отрезка времени.
Вот только в планы Детройта уже очевидно не входило пытаться спасти эту игру. Вместо этого «красные крылья» решили просто бить в тело. Подло и грязно.
Когда Майк осел на лёд после удара Проберта на лёд выскочило сразу несколько игроков в зелёном, а я, послав куда подальше слова Боумэна, летел на Проберта скинув краги. Тот оголил кулаки и встретил меня серией ударов. То, что Боб до этого уже поучаствовал в двух драках, на нём как будто не особо-то и отразилось. Да, Бэйзил поправил лицо Проберту, но тот как будто не обращал на это внимание. Как и на сбитые костяшки своих кулаков.
Что весом, что ростом, Проберт мне не уступал, а вот в умении драться, пожалуй, и превосходил. Было видно, что этот гад тратит очень много своего времени именно на отработку не хоккейных навыков. И это сейчас, лучшие-то годы тафгая Проберта еще впереди.
Но мне на это было наплевать. И за меньшее просто необходимо бить морду, а уж за то, что Галлан и Проберт сделали с Майком, мне вообще хотелось их обоих закопать.
Дрались мы долго, что я, что Боб, остались без джерси, свитера не выдержали и буквально разлетелись на тряпки, а потом у меня на лёд полетела еще и защита. Как и когда порвались шнурки, державшие нагрудник на месте, я не понял, но в результате я его частично лишился. Само собой, что и шлемы тоже оказались под ногами.
То, что происходило вокруг, я не видел, как тут отвлечься, когда такая горилла как Боб пытается тебя форменным образом искалечить, поэтому что там у ребят, я не знал.
В итоге наш с Пробертом бой закончился фактической ничьёй. Мне под ноги попался красный шлем, из-за которого я потерял равновесие. Но успел вцепиться в Боба, и, падая, увлёк его за собой.
Продолжить в партере нам с ним не позволили. И не судьи, как можно было предположить, а полиция. Как потом оказалось, эта драка стала одной из крупнейших в истории НХЛ. Постепенно она переросла в формат команда на команду, и на скамейках обеих команд стало пусто.