Аристарх Риддер – Ложная девятка. Том седьмой (страница 6)
Но уже к перерыву всё тот же Гречнев реабилитировался, исполнив очень качественный удар со штрафного.
Сразу после перерыва Володя сначала ассистировал одному из братьев Савичевых. Юра получил от него мяч на выход один на один с вратарём «Кайрата» Убыкиным. И в итоге «Торпедо» вышло вперёд.
А через несколько минут практически идентичная атака прошла по другому флангу. И уже Коля отправился на рандеву с вратарём «Кайрата» с аналогичным результатом.
3:1, и «Торпедо» одержало достаточно уверенную победу. В концовке мы могли забивать и больше, но Коля Савичев запорол два очень неплохих момента. Однако же, в принципе, и так получилось нормально.
Мы взяли необходимые очки и продолжали погоню за киевским «Динамо». В итоге мы даже сократили отрыв до четырёх очков. Можно сказать, что планы Эдуарда Анатольевича сработали на сто процентов. И команда не подвела, и выиграла. И при этом три ключевых игрока получили так необходимый для них отдых. Что, безусловно, поможет команде в дальнейшем.
На следующий день после матча с «Кайратом» мы уже присоединились к общей группе торпедовцев и возобновили полноценные тренировки. Правда, и здесь они были немного скорректированными. У меня, Добровольского и Заварова куда больше, чем у остальных ребят, было работы с мячом. И, само собой, что мы совершенно этому не возражали, так как для любого футболиста работа с мячом — это куда более желанно и приятно, чем обычная беговая работа или тренировки, направленные на выносливость. С мячом мы отдыхаем.
Если же говорить о восстановительных процедурах, то мы следовали им строго от «а» до «я». И к матчу с тбилисским «Динамо» лично я, например, чувствовал, что функционально восстановился. Показатели, правда, были всё ещё не оптимальные — не сто процентов готовности, но где-то девяносто семь-девяносто восемь процентов я уже выдавал. А это, само собой, означало то, что восстановительный курс достиг своей цели. И я готов к одной восьмой финала Кубка СССР против тбилисского «Динамо».
Вечером 4 августа Эдуард Анатольевич подтвердил то, что и я, и Заваров, и Добровольский будут в стартовом составе завтра. Разминочную тренировку провели на нашей базе на Восточной улице. И в четыре часа отправились в Лужники, где в семь часов вечера я вышел на поле в основном составе. Притом не просто в основном составе, но вывел «Торпедо» на поле в качестве капитана.
И, может быть, капитанская повязка так на меня повлияла, дала те недостающие проценты до ста. Но матч против тбилисского «Динамо» в Кубке стал для меня самым лёгким за много-много времени по функциональности. Абсолютно всё, что я делал на поле, получалось очень легко и именно так, как нужно: ускорение, передачи, финты, силовая борьба, подкаты — всё можно было заносить в учебник.
И это моё настроение как-то передалось всей остальной команде. И то, что «Динамо» может выбрасывать белый флаг, стало понятно уже на пятнадцатой минуте, когда счёт стал 3:0.
Дважды — на пятой и девятой минутах — я забивал сам. Первый раз после сольного прохода, а второй, когда в очень безобидной ситуации у меня получилось перехитрить вратаря динамовцев Габелию. Тот решил вынести мяч подальше от своих ворот ударом не с рук, а опустив мяч на газон лужниковского стадиона. И в итоге у меня получилось выполнить трюк Аршавина, когда тот обокрал Ивана Левенца из «Локомотива» и закатил мяч в пустые ворота.
Вот я сделал то же самое: Габелия опустил мяч на траву, хотел вынести его ногой подальше, а я же из-за спины вратаря «Динамо» выскочил, как чёрт из табакерки, забрал мяч и отправил его в по факту пустые ворота.
А потом на пятнадцатой минуте ещё и ассистировал Заварову. Мы с Сашкой провели достаточно бесхитростную комбинцацию, «ты мне, я тебе», но в финальной стадии этой атаки у меня получилось выдать по-настоящему мхатовскую паузу, благодаря которой Заваров выскочил на свободное пространство.
Я дал ему пас на выход, и мой партнёр по атаке в результате отправился на рандеву с Габелией и сделал счёт 3:0.
К перерыву на табло горели уже 4:0. Ко мне и Заварову в протоколе присоединился Юра Савичев.
А всего же «Динамо» получило от нас семь. И из этих семи четыре были мои. К дублю в первом тайме я добавил два во втором. Один со штрафного, а второй после ещё одного сольного прохода. 7:0, «Торпедо» вышло в четвертьфинал Кубка.
Мы в отличном настроении подходили ко второму за три недели матчу со «Спартаком». 9 августа, в субботу, всё там же в Лужниках, уже красно-белые будут номинальными хозяевами. И так как обе команды в лидирующей группе, мы вторые, а Спартак шестой, этот матч можно было смело считать одним из важнейших в сезоне.
Глава 5
Утро пятницы 8 августа принесло нам совершенно неожиданные и очень хорошие новости. Федерация футбола Советского Союза совершила достаточно необычный для себя поступок и досрочно сняла дисквалификацию с Сергея Горлуковича. Наш центральный защитник теперь считался официально отбывшим свое наказание и мог принять участие уже в ближайшей игре.
Решение федерации было неожиданным и, честно говоря, долгожданным. Серега отбывал дисквалификацию уже несколько месяцев за инцидент в кубковом матче с одесским «Черноморцем». Изначально наказание должно было продлиться еще две недели, но какие-то административные механизмы сработали в нашу пользу.
Стрельцов с Ворониным не замедлили воспользоваться этой удачей. Уже на вечерней тренировке в четверг Горлукович тренировался с основной группой, а в двусторонней игре, которая завершила занятие, он играл именно за условный основной состав против резервистов.
Утром в пятницу, перед самым матчем, Стрельцов окончательно подтвердил то, что многие уже предполагали — в стартовом составе против «Спартака» начнет именно пара центральных защитников Горлукович-Ковач. Та самая схема игры в обороне, которую мы тщательно отрабатывали во время летней предсезонной подготовки.
Матч между двумя ведущими московскими клубами был назначен на 6 часов вечера, что было попыткой хоть как-то спастись от невыносимой августовской жары. Но даже вечернее время не помогло, температура воздуха к началу игры была аномально высокой для МОсквы…
Всю неделю, предшествующую матчу, московское небо было безоблачным. Ни малейшего намека на дождь или даже легкую облачность. Антициклон стоял над европейской частью Союза уже две недели, принося аномально жаркую погоду. В субботу, в день матча, столбик термометра в тени поднялся до 28 градусов, это было совершенно нетипично для середины августа в Москве.
Для обычных москвичей и многочисленных гостей столицы такая погода была, конечно, подарком. Пляжи в Серебряном Бору были забиты до отказа и действительно напоминали популярные курорты Крыма. Улицы города были полны легко одетых людей в летних нарядах. Фонтаны на ВДНХ стали центрами притяжения, посетители главной советской выставки с удовольствием охлаждались под брызгами воды. Кафе-мороженое не успевали обслуживать очереди желающих.
Но для нас, футболистов, готовящихся к серьезному матчу, эта прекрасная для туристов погода была настоящим проклятием. Играть в такую жару полноценные девяносто минут на высочайшем уровне интенсивности задача крайне сложная даже для хорошо подготовленных спортсменов.
Возможно, именно у меня развилось стойкое неприятие к аномально жаркой погоде. Практически полтора месяца в знойной Мексике, где мы играли чемпионат мира при температуре под сорок градусов, а потом еще и турне по нашим среднеазиатским республикам, где жара была не менее изнуряющей, серьезно подорвали мою любовь к так называемой хорошей погоде.