Аристарх Дуболомов – Товарищ капитан 2. "Над Грозным городом раскаты.." (страница 4)
Трофимов не спешил заводить роту в теплое помещение, прохаживался вдоль строя глядя в глаза. Рота десантного штата. Численность, шестьдесят пять человек. В группе управления, пять. Но ни санинструктора, ни штатного писаря не было и в помине. Замполит, старшина, да он. В каждом взводе по три отделения из шести человек, возглавляет сержант. Ближайший помощник лейтенанта, замкомандира взвода, тоже из сержантов. Всего в каждом взводе, двадцать активных штыков. Три взвода, три лейтенанта. Командир первого взвода, лейтенант Баранов, вот он, самый первый на правом фланге стоит. Небольшого росточка, светлое лицо густо покрыто веснушками, светлые, коротко стриженные волосы. С виду тихий и спокойный, лейтенант тем не менее был страшно упрям. Это читалось по своевольной линии подбородка, прикрытых длинными пушистыми ресницами, глазам. Лейтенант прослужил год, местный, и до сих пор не был женат. Ни разу! Виной всему была его излишняя застенчивость перед женским полом. Лейтенант являлся легкой добычей для любой более менее смелой стервы, способной вести активные действия и предотвратить первоначальное бегство от смущения свершившегося. Старателен, исполнителен. Звезд с неба не хватал.
Вот кто не умрет от скромности, так это комвзода Хвощев! У командира второго взвода тонкое и смуглое, выразительное лицо. Паша был из Новосибирска, городской, и в отличие от Баранова, безнаказанно не пропускал мимо ни одной симпатичной обладательницы юбки. Его мать была в ужасе от недавно свершившегося брака, но отступать было поздно. Ребёнок был на подходе, вот-вот. Как воспитатель и командир, Хвощев был на высоте.. но! Если что-то пропало в роте или батальоне, ищи у Хвощева, не ошибешься. Среди бойцов Павел пользовался заслуженным авторитетом и взвод в целом слаженный. Неплохой взвод. Как недостаток, можно отметить что несмотря на гениальность, Паше требовалась палка-подгонялка. Типичный минус молодых офицеров.
Лейтенант Синяков в должности прослужил чуть побольше полгода, и своей основательной уверенностью был пожалуй одним из лучших. Скромный, старательный, сообразительный и предприимчивый. Личная жизнь у Андрея тоже не сложилась, так как узнав что её жених решил посвятить себя безвозмездной службе Родине, девушка от него ушла. Её идеалом был хорошо зарабатывающий рабочий, без всяких там планерок и авралов во вторую смену. На Уральских оборонных заводах тогда ещё неплохо платили. Андрей не унывал, и нашел в Зеленодольске какую-то рыжую, из притона, где проматывал скудное лейтенантское жалованье в еще более редкие выходные. Рыжая не раз покушалась на его свободу и деньги, за что её дружно ругали и советовали бросить. Еще, по нему сохла симпатичная делопроизводительница из финчасти, и Синяков просто разрывался не зная кого предпочесть! Но чем-то рыжая его взяла, и не смотря на ссоры, довольно часто на лице Андрея виделись следы её хищных когтей, он не спешил с ней расстаться. В целом неплохой офицер имел недостаток ставивший крест на всех его способностях и талантах. Лейтенант пил. Пил запойно, наглухо. Сказывались рабочие уральские корни. А ведь дальше страсть будет разрастаться и справиться с ней будет гораздо труднее, если только рыжая не возьмет его под каблук. Рыжая, и только рыжая могла еще как-то его спасти, удержав своё счастье в хрупких женских руках! Финансистка для этого была мягковатой.
Солдатские лица в строю почти одинаковые, за исключением тех, кто своим неординарным поступком надолго врезался в командирскую память. А таких в этой роте, было не так уж мало.. Пришлось с ними повозиться. Пока были стригунками, еще ничего. Проблемы начинаются когда обвыкнут. Надо сказать что учебный пункт части был расположен за городом, в степи, в старой казарме все той же конвойной роты. Там же стояло пугало города и место работы для женского персонала – женская зона. Зона была действующая и здорово портила учебный процесс. Скабрезные бабьи шуточки то и дело срывали молодых солдат и сержантов с орбиты служебного Долга. Перебросит одна такая записку через колючку, этот теленок подберет. Прочитает. А там.. .. – милый, любимый.. я как увидела, сразу поняла – твоя! Когда же мы с тобой встретимся.. – И прочее, в таком же духе. Боже мой, да им же за колючкой больше делать нечего, так этим хором заниматься! У солдатика глаза в кучку, в мозгах «КЗ» и все предохранители разом отключаются. Бурная жажда деятельности. Напиши она ему – перелазь ко мне? Полезет, дурачок.. До таких крайностей правда телят не доводили, но в конце писюльки, обязательно стояла приписка с просьбой перебросить фляжку водки и сигарет. Молодой сержант или боец землю роет, в долги влазит, для «любимой» старается. И невдомек ему что зечка сдаст его в свою же оперчасть. Все кроме водки, честно выложит. Даже сигареты. Ей за раскаянье идут льготы и послабления, могут даже выпустить в увольнение в город. А с солдата что взять? Спрос с командира.
А то раскорячиться красотка на крыльце, сядет ляжки раздвинет и начнет сиськи поправлять. Она их в лифчик, а те не слушаются, то и дело выскакивают. Белые, тугие, да какие большие.. Распинается Трофимов про дисциплину и порядок, и чувствует, что никто его не слушает. Тишина правда, и взгляды внимательные, но внимание какое-то странное. Глядь назад, а там.. и женский смех. – Рота, кру-угом!!
Или напьются бойцы. Южный город, и вина у всех - залейся.. Вот за такие, порочащие честь военнослужащего поступки, на учебном пункте было придумано специальное наказание. Закопать, а потом откопать окоп для бронетранспортера. Ямка три с половиной на пять, и глубиной в полтора метра. Работы, если с утреца начать, как раз до вечера хватает. Залетчик падает плашмя, и в ближайшую неделею, ни до водки, ни до баб, нет никакого дела. Очень хорошее было наказание, больше одного раза никто не влетал. Идет бывало рота на занятия по утреннему холодку, шаг чеканит. Учебные мишени, станки, плащ-палатки тащит. А очередной залетка, с лопатой корячиться. Рота дисциплинированно ухмыляется но молчит, но обязательно кто-нибудь да выкрикнет – Да будет тебе земля пухом!
…Капитан вернулся на середину строя, вскинул руку отдавая воинскую честь – Здравствуйте товарищи солдаты!
– Здрав..жел.. товкптан!!! – ответно рявкнула рота.
2.
Маслов уехал. Серые будни потекли как однообразная мутная вода. Вечерами, в офицерской комнате было шумно, дым стоял столбом. Яркий, режущий свет люминесцентных ламп. Протопленная к вечеру буржуйка распространяла приятное тепло. Кучками, на кроватях сидели офицеры, прапорщики, «сверчки». Во внеслужебной обстановке все держались запросто и шлепая засаленными картами хрипло хохотали над плоскими прибаутками. Шуршали купюры провожаемые завистливыми взглядами проигравших. В другом углу звенели стаканы, шла тихая пьянка, но в данный момент шел ожесточенный спор – кто больше пьет? В качестве доказательства, из под кроватей первого батальона доставали, и хором считали пустые бутылки. На тридцать шестой бутылке спор был завершен. Пьянки да карты, скрашивают унылую жизнь. Атмосфера всеобщего пьянства затягивала. Трофимов крепился, и ворочаясь с боку на бок в жужжащей комнате, натягивал на голову тонкое одеяло. Одеяло помогало мало, пришлось залезть под тощую солдатскую подушку. Но сизый дым забирался и туда, першил в горле. .. – Все зае..о, за..о, з…о!.. – орал включенный на полную катушку, стоящий на тумбочке магнитофон, голосом Хоя. Ему в унисон, дружно и слитно подпевал мужской хор.
Полк сходил с ума. скорее бы хоть война, что ли?
Трофимов замкнулся в тесном мирке роты. Новое вооружение представляло интерес. Бронетранспортеры. Правда, вместо штатных семи, в роте имелось только три машины. Вот что-что, а технику Трофимов уважал и старался наверстать упущенное в училище
– Храпов, это что за кнопка? А это ? – изводил наводчика бесконечными вопросами.
– Отстрел дымовых гранат. Товарищ капитан, разрешите я пойду погреюсь? – наводчик жалобно скулил как партизан на допросе в гестапо – Я уже все вам рассказал! – Трофимов посмотрел на посиневшее от холода лицо солдата – Сейчас.
БТР-80 машина далеко не новая. Длинный приземистый корпус с приплюснутой пулеметной башней. Скошенные бока, противоосколочная и пулевая броня. В силуэт машина напоминает курносого крокодила с хищной остренькой мордочкой-тараном. Впереди, броня потолще. Мощный камазовский дизель вместо двух форсированных газоновских, как раньше, в БТР-70. Шесть люков. Четыре сверху и два с боков из двух складывающихся половинок броневых листов. Все люки подпружиненные и на стопорах. Открыл – застопорил, закрыл – опять, застопорить не забудь. Иначе бронированная крышка так прихлопнет! Посередине машины, башня. Под ней на насесте наводчик. Над головой два пулемета. Один крупнокалиберный, на несколько километров. Суровая штука. Это для легкой вражеской техники, еще можно бить по воздушным целям. Второй пулемет обычный, семь шестьдесят два. Этот для пехоты. Пулеметные стволы задираются высоко вверх, удобно работать по этажам. Вниз угол наводки небольшой, но по бортам машины, в броне вырезаны отверстия для стрелков, бойницы. Пулеметами управляет стрелок при помощи поворотных механизмов, двумя рукоятками. Горизонтальная и вертикальная наводка. Смотрит в оптический прицел и как поймает цель на нужное деление, жмет кнопку от электроспуска. Какой пулемет нужен, такую кнопку и жмет. Левая кнопка – левый пулемет, тяжелый. Правая – правый, обычный. Сзади башни, под углом, приварено шесть короткоствольных труб. Это гранатометы для постановки дымовой завесы, «Туча». Пара прожекторов. Один обычный – «Луна». Яркий, сука.. Второй инфракрасный. Ночной прибор наблюдения встроен в командирский, восьмикратного увеличения. Ночной прибор есть и у водителя. Сама бронемашина юркая, все колеса с подкачкой, ведущие. Есть передача пониженная, повышенная – сказка, а не машина!