Аристарх Дуболомов – Товарищ капитан 1 "Таежная застава" (страница 3)
Замок щелкнул и в дверях показался ефрейтор с огромным чемоданом из черного кожзаменителя. – Сабиров, Трофимов сделал вид что ничего не заметил, а почему утром на посту дневального никого не было? Вы что, по нескольку суток дежурите?
– Неть. Товарищ прапорщик заболел, назначать некому было.
– А старый начальник заставы? – Солдат пожал плечами.
– Понятно..
У старшего лейтенанта накопилось множество вопросов, но каптер банально пожимал плечами выдавая односложные ответы, и кротко глядел темными глазами.
– Понятно.. – еще раз тяжело вздохнул Трофимов. Солдат его не воспринимал как начальника. В его понимании, он был одним из офицеров быстро менявшихся на заставе. Никто, и звать никак.
Близился вечер. В семнадцать ноль-ноль, во всех частях в это время проводится развод и смена дежурной службы, будь то затерянная в тайге точка наподобие этой заставы, или полнокровная мотострелковая дивизия в Москве. Трофимов ходил вдоль куцей шеренги дежурного наряда и нового караула. Сержанты в строю выглядели прилично. На солдатах тоже вместо тапочек и кед, появились уставные кирзачи густо намазанные ваксой. У некоторых рядовых белела даже подшива, некоторые были даже побриты.. Видно, готовились люди.
– Соломатин, в который раз заступаешь?
– Пятый, товарищ старший лейтенант!
– Значит, тоже недавно. Вечерняя поверка тут хоть проводиться?
Младший сержант неопределенно пожал плечами. В строю раздался легкий смех. – Сами увидите.
– А почему караул без оружия?
– Так ведь это.. ключи у старшины. Мы комнату хранения оружия не проверяем, печати и замки принимаем.
– Пипец.. а как же тогда вы мост под охрану принимаете, с палками что ли охраняете его?! – Смех стал сильнее.
– До моста шесть километров, если машины нет, пешком ходим и там оружие принимаем.
– А сегодня, с машиной как?
– Бензина нет. Пешком.
Трофимов еще раз тяжело вздохнул – Ладно, сегодня давайте как всегда, а завтра посмотрим.
4
В солдатской столовой был гнетущий полумрак. Из четырех светильников работал только один. Стены в лохмах старинных обоев, проваленный в одном углу пол, колченогие четырехместные столы с инвалидами стульями.. грязные окна с засаленными и пропыленными шторами. Трофимов уже устал чему-либо удивляться. Стоя у двери смотрел как десятка полтора солдат, взяв пару больших алюминиевых чайников разливают по кружкам жидкий чай. Белый хлеб и какая-то масса в бачке, до которой никто не дотронулся. – Повар, что у нас сегодня на ужин? – В широком раздаточном окне показался бледный солдат в грязном нижнем белье заменяющем поварские одежды. На кухне помимо него хозяйничало еще несколько человек. – Сечка, товарищ старший лейтенант, чай с белым хлебом.
– А где мясо или рыба, консервы на худой конец? – Повар молчал. – А это кто там? – наконец узрел Трофимов тройку солдат жаривших на плите что-то своё, родное. – Это сами себе готовят..
– Товарищи, това-ри-щи! – Трофимов оперся на раздатку и прыжком сел перекинув ноги внутрь. – Свалили отсюда.
Солдаты молчали разглядывая сидящего на перегородке офицера. Средний рост. Усиленное занятие с тяжестями позволило развить плечевую мускулатуру, а тренировки по модному в ту пору каратэ, делали просьбы более тяжелыми и убедительными. Готов ли был старлей перейти к грубому нарушению уставных взаимоотношений? Ответ положительный. Старший лейтенант был готов к мгновенному нанесению средних телесных повреждений. Что-то пробурчав, троица прихватила сковороду и удалилась на улицу. Отнимать было рановато и Трофимов спрыгнул обратно. Широко улыбнулся настороженно глядевшим солдатам – Просьба потерпеть. Завтрак, обед и ужин скоро будут в полнейшем порядке. Я на контроле. Я теперь всегда буду на контроле..
На улице окончательно стемнело. Всю немаленькую территорию огороженную полусгнившим горбылем, освещало два фонаря. В жарком сумраке трещали кузнечики, уютно подмигивал окнами двухэтажный жилой дом. В военном городке же.. Трофимов тяжело вздохнул глядя на мрачные, темные окна штаба, котельной, тусклые блики казармы.. всем этим руинам еще только предстоит стать военным городком.
Послышался пьяный смех, кто-то громко доказывал что надо мол потолковать.. Из-за дома вывернулась пьяная парочка, шатаясь прошла в ворота направляясь к казарме. – Стоять! – Трофимов спустился вниз и встал расставив ноги.
– Ты кто..!? – пара гражданских парней удивленно разглядывала невесть как оказавшегося перед ними офицера.
– Я? Я начальник заставы. Кто вам разрешал заходить на территорию воинской части?
– Слышь, Андрюх.. а здесь воинская часть, оказзается.. гы-гы-гы!
– Выдите отсюда.
– Чё.. ты кто такой..
Трофимов затылком ощущал как наблюдают за ним из окон казармы. Парни хоть и молодые, а силы у них.. Трофимов без труда сорвал захват и резко поднял вверх захваченную и выпрямленную руку. – Ой.. – один обрушился на колени а второй попятился растерянно глядя на него. Подняв юнца, Трофимов толкнул взашей – Еще раз увижу, пристрелю как собак!
– Да ладно.. у тебя и оружия то нет.. – пара попятилась к воротам и скрылась. Раздался свист и из темноты вылетел булыжник – Да мы тя еще поймаем..
– Убью нах…! – громко затопал Трофимов слыша как панически затопали торопливые и неверные шаги.
– Дежурный по заставе..
– Не кричи, отбой уже – прервал доклад Трофимов, хотя спать еще никто, похоже не ложился. В туалете, в синих трусах и майках кучкой курили авторитеты. Молча смотрели как тот вытащил сигареты.. – Прикуривайте, товарищ старший лейтенант! – разом вспыхнуло несколько спичек. – Спасибо. – Трофимов затянулся и подмигнул – Докуривайте и спать! Всем спать, я на контроле.
Глава 2. Гнилое наследство
1
– Застава, падьем! Подъём, застава! – Трофимов ходил вдоль кроватей и сдергивал одеяла. В окна лился яркий утренний свет. Солдаты недовольно брюзжали, садились как старики и медленно-медленно натягивали форму. Трофимов не торопил боясь «сорвать резьбу», подчиненные давным-давно отвыкли от подобных требований.
– А ты, хер с бугра чего не встаешь? – в кроватях лежало несколько человек из стаи отмороженных, но Трофимов выбрал одного, самого авторитетного.
– Иди ты.. – хмуро пробурчал солдат закрываясь сорванным одеялом и поворачиваясь на бок.
– Куда? Тебе бы тоже не мешало аа или пи-пи сделать! Или ты в кровать это уже наделал, засранец? Подъем, я сказал! – Нога обутая в хромовый сапог пнула кровать. Солдат не реагировал. Трофимов сорвал одеяло и выдернул матрац. В строю раздались смешки. Отморозок лежал на голой сетке и делал вид что спит. – На тебя нассать что ль.. подъем, я сказал!!! – рявкнул Трофимов и что-то вздумавший сдерзить отморозок закрыл рот, молча встал и стал одеваться. – А вы.. – но другие уже встали, и не спеша, показывая что не очень-то они его и бояться.. медленно одевались.
– В следующий раз, я кому-нибудь под одеяло взрыв-пакет засуну, что б яйца оторвало, и они вместо лампочек на люстре мотались! Быстро!!! – еще раз рявкнул старлей показывая среднюю, пока еще контролируемую, степень бешенства. Круглыми глазами оглядел подравнявшийся строй – Вниз, стоиться на улице!
Поддувал легкий ветерок, личный состав оправился, но бегать никто не желал. Тридцать человек упрямо насупились и на команду – Бего-ом.. – никто не реагировал. Требовался подход.
– Парни, вы чё?! Я вас что, в задницу трахаться заставляю? Вот ты, советская военная угроза, почему бегать отказываешься? – Раздались первые смешки. Худенький солдатик растерянно заморгал глазками, посмотрел на право, на лево..
– Я тебя, тебя спрашиваю, рядовой..
– Рядовой Сухов.
– Сухов, мля.. из «Белого солнца пустыни», что ль сбежал? – Смешки.
– Неа..
– Так в чем дело, солдат? Это же тебе надо, ты посмотри на свой обтянутый скелет гроза бандитов, мой член и то толще.. – смех стал громче. Тощенький солдат зарозовел, но не сдавался – Я еще жить хочу! Так ведь с утра и помереть можно.. – грохнул смех.
– Да ла-адно, пробежимся кругаля, что б дерьмо быстрее вылетало.. застава легким бегом.. арш! – Трофимов не спешил, задавая неторопливый темп. Люди разогревались, входили в ритм и вот уже вместо разнобоя зазвучал слитный шаг трех десятков человек.. тридцать человек как один, делали отмашку и одновременно ставили ногу. Тридцать человек одновременно вдохнули воздух и так же в такт, одновременно начинали биться сердца и идти мысли. Если смотреть со стороны, то вроде ничего особенного то и не происходило, подумаешь, тридцать рыл в ногу несутся.. эка невидаль! На самом деле, три десятка разных людей, пусть на короткое мгновение, но были объединены в одно целое. Тридцать человек бежали как один, подстраиваясь друг под друга.. нет разнобоя, нет отстающих. Кажется, даже сил больше стало.. За высокими заборами пустынной улицы заполошено брехали собаки, поворот, спуск.. круг был небольшой, километра в полтора. В низине показались распахнутые ворота городка.
– А теперь ускорение! Кто быстрей умывальник займет, вперёд! – строй рванув, разбившись на брызги тел!
Спальное помещение ожило. Кто-то подшивался, кто чистил бляху под мерное бормотание телевизора. Под кроватями с тряпками возились назначенные уборщики, самые слабые солдаты. Порядок? Это был не порядок, но закручивать гайки требовалось осторожно. Пройдет несколько месяцев, уволиться старший призыв и эта вольница потускнеет, требования станут жестче. Из тех, кто помнит прежние порядки, к весне уволятся еще, и все станет как на остальных нормальных заставах, где слово начальника заставы – Закон, и жизнь войдет в нормальные рамки. Конечно, будут срывы и ЧП, но это будут единичные случаи, а не норма, когда открыто попирается достоинство и справедливость.