Арина Вильде – Развод в 40. Искупление грехов (страница 35)

Я слегка прикасаюсь к плечу Романа и смотрю на Кирилла с самым безразличным видом.

— Роман, спасибо, что присоединился к мероприятию. Твоя поддержка очень важна для детей. Обязательно звони мне, когда будет время.

И прежде чем Кирилл успевает что-то сказать, я разворачиваюсь и уверенно ухожу от них.

Глава 31

Я стою перед зеркалом, поправляю прядь волос, когда за моей спиной раздаётся протяжный, полный яда голос:

— Ты видела? Кирилл привёл её сюда.

Я встречаюсь взглядом с Мариной, одной из тех женщин, которые обожают светские скандалы. Она стоит рядом с Лерой и Анной, и все трое нетерпеливо смотрят на меня, предвкушая моей реакции.

Я усмехаюсь.

— Конечно, видела. Все видели.

— Ну и как ощущения? — Марина склоняет голову набок, пытаясь считать мои эмоции. — Не хочешь уничтожить эту дрянь?

Я пожимаю плечами.

— Да никаких. Её место было в постели моего мужа задолго до развода. Теперь просто легализовали этот цирк.

— Ты слишком спокойна, Нина, — Лера прищуривается. — Неужели совсем не злишься?

Я смотрю на своё отражение и улыбаюсь.

— А зачем? Она ведь всё равно не из нашего круга. Если думает, что сможет вылезти в люди за счет влияния и денег моей семьи, то заблуждается.

Анна тихо хихикает.

— Вот уж точно. Как бы она ни наряжалась в дорогие платья, сколько бы денег Кирилл на неё ни тратил — она всегда будет выскочкой.

— Самое смешное, что она когда-то пыталась со мной подружиться, — внезапно говорю я, и все тут же оживляются.

Подлый прием, но в сложившейся ситуации все способы хороши.

— Ой, расскажи, — тянет Марина, придвигаясь ближе. Все женщины обожают сплетни, эти — не исключение.

Я делаю задумчивое лицо, будто пытаюсь вспомнить детали, и в этот момент замечаю движение в отражении зеркала. Краем глаза я вижу Веру. Она стоит за колонной, не двигается, не дышит. Скорее всего она была в уборной уже до того, как вошли мы.

Никто, кроме меня, её не замечает. Я на секунду замираю, отвожу взгляд и быстро беру себя в руки.

— Представьте, она спрашивала, в какие бутики я хожу, где делаю маникюр, с каким косметологом работаю. Наверное, хотела быть похожей на меня, чтобы Кир больше внимания ей уделял. Ребенком не удалось мужика из семьи увести, так она придумала новый план.

— Какая прелесть, — сквозь смех говорит Лера.

— Боже, как дёшево! — Марина прикрывает рот ладонью.

Я наклоняюсь к зеркалу, будто бы поправляя помаду на губах.

— Ну а что ты хотела? — Марина трогает меня за локоть. — Она ведь и правда… ну, ты знаешь.

Я понимаю, о чём она говорит, и киваю.

— Конечно. Её происхождение никто не отменял.

Снова смешки.

— Так что будете внимательны, девочки. Если эта особа появится рядом с вашим мужем, сразу же берите под контроль ситуацию. Не думаю, что она остановится на моем Кире.

И тут я вижу, как Вера резко разворачивается и выходит, даже не взглянув на нас. Она вся дрожит. Она унижена.

— Золушки нынче не те, — глубокомысленно заключает Марина. — Я после этого случая боюсь Андрюшу своего одного куда-либо отпускать. Хоть и доверяю ему, но эти вертихвостки как только не вывернуться, чтобы богатого мужика на крючок подцепить. И плевать им женат он или нет.

Все дружно кивают, становятся предельно серьезными, словно такая угроза, как Верка, над их семьями действительно витает.

— Ладно, девочки, мне пора.

Я беру клатч и направляюсь к выходу, чувствуя на себе их внимательные взгляды. Наверняка стоит мне только выйти из помещения, как сразу же разведут обо мне новые сплетни. В этом вся женская суть.

Вера уже успела исчезнуть из поля зрения. Но мне даже не нужно видеть её, чтобы знать — она раздавлена и зла. Именно этого я и добивалась.

Я замираю, наблюдая, как Вера и Кирилл почти бегом покидают зал. Вера напряжена, будто сжалась в комок, и мне почему-то становится странно приятно от этого зрелища.

— Ты жестче, чем я думал, — раздается позади меня голос. Низкий, пробирающий до дрожи. — Почти довела соперницу до слёз.

Я не оборачиваюсь. Мне не нужно его видеть, чтобы ощутить, как мурашки пробегают по коже. Ян. Я чувствую его каждой клеточкой тела. Его взгляд, его дыхание, его присутствие.

— Жизнь искореняет из меня последние остатки мягкости, — говорю я ровно. Слова даются тяжело, как будто проходят сквозь горло, оставляя за собой царапины.

Я стою, чувствуя, как его взгляд прожигает спину. Не оборачиваюсь. Не хочу встречаться с ним взглядом.

В воздухе повисает напряжение. Тяжелое, липкое. Кажется, оно обволакивает меня со всех сторон. И вот — шаг. Он двигается, проходит мимо наконец-то поняв, что на этом наш разговор исчерпан. Это максимум, на который он может рассчитывать.

Внезапно его плечо… касается моего. Легко, почти невесомо. То ли случайно, то ли намеренно — я не знаю. Но этого мгновения хватает, чтобы по телу пробежала дрожь. Внутри всё сжимается, будто от удара. Кожа помнит это касание.

Я сжимаюсь, словно пытаюсь стать меньше, незаметнее. Дышу неглубоко, медленно, не двигаясь, но сердце предательски бьётся где-то в горле. Приди в себя, Нина! Здесь полно людей, он ничего не сделает!

Его затылок прямо передо мной. Я вспоминаю кое-что очень важное. То, что не давало мне покоя эти дни. Поэтому весь страх испаряется, неизвестно откуда приходит смелость перед этим мужчиной.

— Подожди, — говорю негромко, но он услышал. Резко останавливается. Я делаю два шага вперед. Равняюсь с ним. Говорю так, чтобы услышал только он. — Кем были те люди, что пытались похитить Катю?

У меня не было возможности спросить его об этом. В прошлый раз вообще не до этого было. Не знаю почему для меня это так важно. Я сама в опасности, а беспокоюсь за девочку, которую в прошлом не пожалела. Оставила на произвол судьбы. Немного цинично волноваться о ней сейчас, правда?

Ян весь напрягается. Медленно поворачивает голову ко мне. Я снова вижу его лицо. В этот раз оно не кажется мне жестким и угрожающим как когда он заявился посреди ночи. Он скорее выглядит уставшим, словно не спал всю ночь.

— Я уже решил эту проблему. Тебе не стоит лезть в нашу семью. Разве не об этом мы договорились? — голос звучит жестко. Это меня отрезвляет. «Нашу семью» это он и Катерина. Я там лишняя. Он имеет право не рассказывать мне ничего. — Удачи с разводом и прощай.

Он быстрым шагом движется к выходу, оставив меня посреди зала. Я моргаю несколько раз. Внутри меня просыпается что-то темное, не знаю что движет мной, но я вдруг иду следом за ним. Стеша, кажется, хочет у меня что-то спросить, но я лишь отмахиваюсь от нее, не останавливаюсь, выхожу на улицу, оглядываюсь по сторонам.

Бессонов в эту самую минуту садится в машину. Каблуки стучат по тротуарной плитке. Дверца его машины закрывается, с секунды на секунду водитель стартанет и уедет. Я, наверное, обезумела, но вместо того чтобы бежать от него подальше, я открываю дверцу и юркаю внутрь салона. Туда, где сидит этот зверь.

Глава 32

С моим появлением в машине повисает напряженная тишина.

Я чувствую на себе взгляд Яна. Он смотрит с недоумением, словно пытается понять, зачем я здесь. Сама просила держаться подальше, а теперь нарушаю его личное пространство.

Пялимся друг на друга, в нос вдруг отчетливо ударяет приятный аромат мужского парфюма. Я разглядываю его. Он в стильном костюме, в рубашке но без галстука. Красивый мужчина с черным, как сама тьма, сердцем.

Воздух в салоне густеет от молчания. Только гул двигателя и мое ускоренное дыхание наполняют пространство.

И вдруг водитель, словно не выдержав, нарушает тишину:

— Шеф, мне ехать?

Мой голос звучит быстрее, чем я успеваю обдумать слова. Чужой голос. Резкий. Холодный. Но уверенный.

— Езжайте.

Ян кивает и машина плавно трогается с места. Я понимаю, что это безумие. Но пока рядом водитель — все будет хорошо.

Ян не сводит с меня взгляда. Вижу, как напряжены его плечи, как он сжимает кулаки. Его челюсть дергается, когда он медленно поворачивает голову, разрывая наш зрительный контакт. Откидывается на спинку, выдыхает и, кажется, расслабляется.

— Разве мы не собирались больше не встречаться? — спустя несколько минут спрашивает он, его голос звучит ровно, но в нем есть что-то... настороженное.

Я нервно перебираю пальцами край белого пиджака, пытаясь обуздать волнение. Заставляю себя повернуть голову, встретить его взгляд. Выдерживаю. Пусть видит, что я не боюсь. Или по крайней мере стараюсь не бояться.