Арина Вильде – Развод с миллиардером (страница 20)

Здесь так тепло, уютно и мягко. Я бы весь день могла так провести,.

Но совесть берет верх надо мной, я не хочу заставлять людей ждать, поэтому с трудом разлепляю веки и быстро пытаюсь привести себя в порядок.

Тимура дома уже нет. Об этом говорит сообщение на моем телефоне с напоминанием о важности сегодняшнего дня. Зато вместо Аврамова меня ожидает сюрприз в виде его личной помощницы.

– Тимур попросил меня ознакомить тебя со списком вопросов, которые будет задавать представитель «Глобуса», – деловым тоном сообщает она, стоит мне лишь появиться в большой гостиной. Так я окрестила комнату, с которой был выход к лифту.

Лиля смотрит на меня взглядом полным злобы и неприязни. Я бросаю в неё ответный взгляд.

– Ну, давай свои вопросы, – мы с Тимуром и в самом деле вчера так и не обсудили все до конца по поводу интервью. Перешли к другим темам, вспомнили старых знакомых, учебу, общагу и просто болтали ни о чем. С такой легкостью, словно мы старые друзья, которые сто лет не виделись и вдруг встретились за ужином.

– А вы так понимаю – Майя? – я замечаю, что в гостиной мы с Лилей не одни. Ко мне на встречу двигается девушка с огненно-рыжими волосами. Окидывает меня цепким профессиональным взглядом. Не составляет труда догадаться, что это и есть тот самый стилист. – Я Лиза, сегодня вместе с девочками буду над вами колдовать.

– Приятно познакомиться, Лиза.

– Девочки сейчас поднимутся и принесут все необходимое, – поясняет она.

– Прекрасно, тогда у меня еще есть время для чашечки утреннего кофе, – мягко улыбаюсь я, эта девушка мне нравится намного больше Лили. – Вам заварить? – спрашиваю, останавливаясь перед кофемашиной.

– Да, спасибо, – кажется, Лиза немного удивлена. Могу поспорить, не такой она представляла себе жену Аврамова. Скорее всего, я должна была быть холодной и высокомерной. Под стать ему и его личной помощнице.

Пока я разливаю по чашкам напиток, в пентхаусе появляются еще две девушки. Мы садимся на диван, принимаясь за обсуждение моего образа. Рядом скрипит зубами Лиля, определенно чувствуя себя здесь лишней. Зачем ее Аврамов вообще со мной оставил?

– Все же мне кажется, что вам не мешало бы сделать более насыщенный цвет волос, – убеждает меня Катя в который раз и я сдаюсь.

Возможно, изменения мне и в самом деле нужны. Захотелось вдруг выглядеть невероятно шикарно.

Я сажусь в мягкое кресло и пока колорист колдует над моими волосами, Лиза предлагает варианты одежды, Дина занимается моим маникюром и педикюром, а Лиля монотонным голосом зачитывает список вопросов для интервью.

Обстановка расслабленная, располагающая. Настроение на удивление отличное. Все суетятся, готовясь к важному мероприятию. Отвлекаемся мы лишь на несколько минут, когда нам привозят обед. Потом вновь возвращаемся к делу. Лишь Лиля не вписывается в это все. От неё то и дело исходят волны раздражения и я бы рада вышвырнуть ее за окно. Прямо с тридцать пятого этажа. Но за это полагается криминальная отвественности. Поэтому приходится терпеть ее крепя зубами. Как и впрочем ей меня .

О том, что что-то пошло не так я понимаю по пугливым переглядываниям девушек. Они резко замолкают, все краски одновременно отхлынули от их лиц. А взгляды устремились в мою сторону.

– Что такое? – начинаю нервничать я. – Меня обсыпало? Дайте кто-то зеркало.

– Майя, клянусь, я …. – Катя, которая застыла над моими волосами, кажется, больше не в силах выдавить из себя ни звука.

– Дайте мне зеркало, – потребовала я, встревоженные взгляды девушек практически прожигали меня.

– Майя, я клянусь вам, что все правильно смешала, и тон выбрала нужный. Я честно не понимаю как такое могло произойти. Я ведь не первый год работаю, такой оплошности не могла допустить, – отчаянно произносит Катя.

– Дайте мне зеркало, – дрогнувшим голосом произношу я, понимая что случилась далеко не маленькая катастрофа, а вероятней всего целый ураган, стерший с земли парочку государств, иначе не было бы столько страха в глазах девушки.

– Мы это все исправим, вы только не волнуйтесь, все за наш счет, – Лиза пытается улыбаться, но уголки ее губ дрожат. Как и руки, когда она протягивает мне зеркальце.

– Господи, – выдыхаю я, прикрывая на мгновенье веки. Мои волосы из прекрасного темного оттенка прекратились в непонятный болотный цвет. Словно кто-то вылил на мои волосы зеленку и я не смогла смыть ее до конца.

Я не могу оторвать взгляд от зеркала. Жду, что у меня помутнение разума и волосы на самом деле не отливают зеленым оттенком. Но нет, это реальность. Та самая, где через два часа я должна блистать перед вспышками фотокамер рядом с Аврамовым, а не выглядеть словно неформал.

Я ловлю на себе взгляд Лили, который сквозит ехидством и удовлетворением. Она замечает, что я смотрю на нее и быстро берет себя в руки, теперь на ее лице маска сочувствия. Лгунья.

Я и в самом деле сомневаюсь, что один из лучших колористов столицы мог допустить оплошность новичка. Но доказательств причастности к этому Лили у меня нет. Мы отвлекались на обед, могла ли она в это время что-то подмешать в краску?

Я силюсь восстановить хронологию. Да, Катя отмерила количество порошка на электронных весах, развела краску, а потом нам принесли доставку. Мы переместились за кухонный стол, всего на пять минут, но этого Лиле было бы вполне достаточно.

– Это можно исправить? Сейчас. – Спрашиваю осипшим голосом. Поперек горла встал ком, настроение улетучилось.

– Да, но… если я перекрашу вас сегодня, то это может навредить волосам. Нужно подаждать хотя бы дня три-четыре, а в идеале неделю, – совсем тихо произносит Катя, в уголках ее глаз собрались слезы.

– Мы можем попробовать затонировать все хной, – берет ситуацию в оборот Лиза. – Должно получится. Дайте мне час и курьер доставит ее. Никто ничего не заметит. Майя, вы только не волнуйтесь, прошу. Я знаю, что извинения здесь ничего не исправят, и я даже не могу представить как такое произошло, ведь…

– Не надо, – останавливаю ее взмахом руки и поднимаюсь с кресла. – Позовете меня, когда все будет готово, я пока пойду к себе.

Я с трудом ступаю по отполированному паркету. Стараюсь держать спину ровно. Руки с силой сжимаются в кулаки. Внутри меня настоящая беря. Гнев застилает глаза. Давно я не ощущала столь сильных эмоций.

Я пойду на это чертово интервью, чего бы мне это не стоило. Теперь это дело принципа. Уже у выхода я оборачиваюсь назад, наши взгляды с Лилей встречаются, уголки моих губ поднимаются в предостерегающей улыбке. Что ж, зря ты объявила мне войну, девочка, я тебе не по зубам.

Глава 22

– Майя, у тебя все хорошо? Можно войти? – раздается настойчивый стук в дверь. Почему Тимур уже здесь?

– Да, все отлично, ты раньше вернулся, – отвечаю нервно, а сама бегаю глазами по комнате, пытаясь понять как бы спрятать волосы. Не хочу чтобы Тим видел это безобразие на голове. Черт.

– Майя, я знаю что что-то случилось, по виноватому и испуганному взгляду стилиста это понял. Ты можешь выйти?

Я делаю глубокий вдох. Что ж, не прятаться ведь здесь вечность? Подхожу к двери и распахиваю ее, встречаясь с обеспокоенным взглядом Аврамова.

– Это что? – смотрит на меня с недоумением.

Я открываю рот, хочу высказать все что думаю по поводу его помощницы, но потом резко затыкаюсь и… выдавливаю из глаз скупую слезу. Потому что лучше всего на мужчин действуют слезы. Вину Лили так просто не доказать, скандал и обвинения неизбежны, неизвестно в каком свете это выставит меня перед Тимуром, а вот побыть на несколько минут слабой женщиной, нуждающейся в ласке и защите, самое то в данной ситуации. Хотя плакать мне и в самом деле хочется. До этого не позволяла себе, а вот сейчас самое время.

– Что-то пошло не так и мои волосы теперь испорчены. Я не смогу выйти на улицу, Тимур. Посмотри на меня, – подхватываю пальцами прядь волос и демонстрирую ему.

– Кто это сделал? Та аматорша, которую наняла Лиля? – сквозь зубы цедит он, на дне его глаз загорается настоящая буря. – Я сделаю так, что ни один человек в стране с ней не захочет работать, – рычит он зло.

– Это просто недоразумение, – качаю головой, – девочки не виноваты. Просто… – я всхлипываю. Правдоподобно так и громко. Иногда полезно манипулировать мужчинами, мягко надавливая на их слабые места. Результат намного лучше, чем если закатить истерику.

– Эй, ну ты чего, – Тимур притягивает меня к себе, обнимает, заключая в горячих крепких объятиях. Его руки нежно поглаживают мою спину, успокаивая и разгоняя по венам кровь. В нос ударяет терпкий запах мужчины, проникает в легкие, выворачивая внутренности. Хочется потереться об него, словно ласковая кошечка.

Господи, что за мысли, Майя? Вы скоро разведётесь и никогда не увидите друг друга. Возможно, он женится на той же Лиле. Или Рите. Черт, от этой мысли ещё хуже становится.

– Я ужасно выгляжу, – отстраняюсь от него, размазывая ладонями слезы по щеках.

– Неправда, – мягко произносит Тим, – ты похожа на миленького смурфика.

– Смурфик голубой, невежа, – губы растягиваются в ответной улыбке. – Девочки обещали, что закрасят это, так что интервью не сорвется, не волнуйся, – беру себя в руки.

– Мы можем его перенести, если хочешь.

Уголки его губ приподнимаются в намеке на улыбку. Я не могу оторвать от него взгляд. Уже несколько дней как вся моя хваленая выдержка катится в пропасть. С того самого момента как он рассказал об аварии. Или же когда поцеловал в беседке. Точно определить не могу, но точно знаю, что внутри меня огоньком пылает интерес к этому мужчине. Который для меня самый родной и чужой одновременно.