Арина Вильде – Не чужие (страница 2)

Несколько раз мигнули лампы.

— Это не к добру, — загробным голосом шепчу я, а потом ощущаю, как к моей руке прикасается Давид. Меня прошибает электрическим током.

— Турбулентность — это естественное явление в авиации, точно такое же, как качка в море или тряска автомобиля на неровной дороге. Она возникает из-за мощных потоков ветра и воздушных течений, которые встречает на своем пути самолет, — Давид словно цитирует слова из учебника, я слушаю его краем уха, все мое внимание сосредоточено на наших переплетенных пальцах. О каких потоках ветра может идти речь, когда у меня приступ тахикардии от такой его близости? — Успокоилась? — спрашивает он, я же смотрю прямо перед собой, не в силах взглянуть на него. Кажется, что если он сейчас посмотрит в мои глаза — сразу все поймёт.

— Да, спасибо. Надеюсь, это быстро закончится. — Я сильнее сжимаю его руку, на случай если он захочет отстраниться от меня. Сама же хоть весь полёт готова провести в этой чертовой турбулентности, только бы вот так. Рядом с Давидом.

Глава 3. Лера

Я притворяюсь спящей, все еще держусь за руку Давида. Он не спешит освобождать свою ладонь от моего захвата, я же пытаюсь успокоить частое дыхание, чтобы он не догадался, что я на самом деле не сплю.

Все мое тело пронзают всполохи молний. Волоски встают дыбом. Я не могу поверить, что это происходит. Если это не судьба, то что тогда? Мы обязаны быть вместе. Нужно как-то узнать его номер, чтобы не потерять связь. Нужно как-то заинтересовать его. Но как?

Через какое-то время я наглею еще больше, кладу голову ему на плечо. Почти не дышу. Он не отталкивает меня, не пытается отстраниться. Только напрягается всем телом и замирает.

Его ладонь горячая, словно раскаленная лава. Моя же — холодная, словно я только что была на морозе. Контраст сумасшедший. А еще его рука в два раза больше моей.

Так хочется, чтобы этот полет никогда не заканчивался, но вот звучит голос пилота, вокруг начинают суетиться люди, включается свет, и самолет идет на посадку.

Мне приходится “проснуться” тоже. Я смущенно опускаю веки, изображая неловкость, разжимаю пальцы. Сразу же становится неуютно.

Все происходит слишком быстро.

Я не успеваю найти нужные слова. Давид встает со своего места и достает ручную кладь. На меня не смотрит. Я же, словно зачарованная, слежу за ним. Пожираю взглядом его идеальное тело. Футболка цвета хаки задралась, и мне удается разглядеть дорожку светлых волос, уходящую под пояс штанов.

Сглатываю скопившуюся во рту слюну. Открываю рот, чтобы что-то сказать, но Давид меня опережает.

— Пока, Лера, — бросает на меня озорной взгляд и начинает идти вдоль прохода.

Нет-нет-нет, а как же номер телефона?

Я вскакиваю со своего места, но из-за полненькой женщины, которая перегородила проход, не могу достать свой рюкзак с верхней полки и броситься следом за Давидом.

Я нервничаю, ничего вокруг не замечаю. Неотрывно слежу за удаляющимися от меня парнями в военной форме. В висках стучит пульс. Забываю даже куртку на сиденье, приходится вернуться. Все это крадет мои драгоценные минуты и разделяет нас с Давидом еще больше.

К выходу из самолета я почти бегу. Злюсь на медлительность пассажиров и не обращаю никакого внимания на подруг. “Рукав” кажется мне километровым. Дойдя до паспортного контроля, выискиваю взглядом Давида и стону от разочарования. Он уже за стеклянными стойками. Движется к выходу из терминала

Свою очередь приходится ждать минут пять. Я упустила свой шанс. Хорошее настроение окончательно покидает меня. Не удивлюсь, если придется еще лет десять ждать, чтобы вновь встретить Давида. Он, небось, уже отцом троих детей станет к тому времени.

— Лер, ну ты куда убежала-то? — Рядом со мной останавливаются подруги, а мужчина, чья очередь сейчас идти к пограничникам, как назло, не может найти свой паспорт, задерживая всех.

— Мне в уборную нужно, терпеть сил нет, — вру я, а сама нервно постукиваю носком ботинка по полу. — Мужчина, давайте поменяемся с вами. Пока вы свой паспорт найдете, ночь закончится, — раздраженно произношу я и протискиваюсь без очереди, ступая за красную линию.

Протягиваю паспорт мужчине в форме. У него отрешенное выражение лица. Ни одной эмоции. На вид словно робот. А еще он слишком медлительный. Времени почти нет. Если поспешить, могу догнать Давида на выдаче багажа. Это мой последний шанс.

Ненавижу себя за нерешительность. Нужно было не притворяться спящей, а попробовать завести разговор. Узнать о нем побольше. Сблизиться.

Пограничник считывает данные с моего паспорта, сверяет информацию с той, что высвечивается в его мониторе. Внимательно изучает мое черно-белое фото, потом переводит взгляд на мое лицо, сопоставляя. Наконец-то начинает листать страницы, находя пустую. Ставит штамп.

Ура.

— Thank you! — Забрасываю паспорт в рюкзак и, совершенно забыв о подругах, несусь к эскалатору, следуя за указателями на полу. Мужчин в форме замечаю далеко впереди. Это хорошо, на шаттл они еще не сели, а значит, я точно смогу их догнать.

Глава 4. Лера

Табло на стене показывает обратный отсчет. Меньше двух минут остается до прибытия шаттла, который ведет от терминала Т1 к багажной карусели. Аэропорт очень большой, особенно в сравнении с нашим, поэтому внутри него курсирует небольшой электропоезд.

Я останавливаюсь в нескольких метрах от парней в форме. Подпираю спиной столб. Подходить не решаюсь. Не хочу выглядеть влюблённой идиоткой. Наблюдаю тайком за Давидом. Меня все в нем привлекает. И как он смеется, слегка запрокидывая вверх голову, и как двигается, и как хмурится. На какое-то мгновенье я вообще забываю о существовании других людей вокруг нас.

Внезапно наши взгляды пересекаются, и я резко отворачиваюсь от него. Краснею. Он случайно увидел меня, а вот я пялилась.

Осталось пятьдесят секунд.

Я вся дрожу от нетерпения. Мы могли бы войти в один вагон. Я бы заняла место рядом с ним, и ему пришлось бы заговорить со мной.

— Лер, ты чего нас снова бросила? — Лида и Женя недовольно смотрят на меня. — И уборная, кстати, в другой стороне, — показывает она назад.

— Отец звонил, — кривлюсь я. Подруги понимающе переглядываются.

— Боюсь, девочки, что до конца учебного года это наш последний отдых, — грустно вздыхает Лида.

— Поэтому мы должны оторваться по полной! — подхватывает Женя и смешно поигрывает бровями.

— И в этот раз, Лера, ты не отвертишься. Будешь делать то, что скажем мы.

Делать то, что скажут они, означает всю ночь провести в ночном клубе, влить в себя много алкоголя, подцепить какого-нибудь красавчика на танцполе. Завершать вечер с ним не обязательно. Тут уж как пойдёт.

— О, вы видели этот ходячий секс? — плотоядно улыбается Лида, кивком указывая в сторону парней.

— Ага, вам повезло, — дуется Женя. — Рядом со мной сидел лысеющий мужчина и весь полет храпел на ухо, а вас всю дорогу развлекали эти греческие боги.

— Мой был крайне молчаливым, так что ничего весёлого, — пожимаю плечами, а сама не могу удержаться и вновь бросаю взгляд на Давида.

— Мы с Егором обменялись номерочками, так что по возвращении домой обязательно куда-нибудь сходим. И уж тогда я точно не упущу возможность проверить, так ли горячи парни в форме, как все говорят. — Лида стреляет глазами в брюнета, чье место в самолете оказалось рядом с ней, и тот, поймав ее взгляд, могу поклясться, покраснел.

Я завидую Лиде. У нее всегда все так просто получается. Захотела — сделала. Я же могу только глупостей сотворить. Хотя, честно признаться, парнями я раньше особо не интересовалась. Давид единственный, на кого я так реагирую. Робею и слова сказать не могу.

— Они в противовоздушной обороне служат. Прилетели сюда на сборы и обмен опытом.

— Ох, ничего себе, а они серьезные ребята, — присвистывает Женька и косится в их сторону.

— Что еще ты успела разузнать? — не могу удержаться от вопроса. Хочется как можно больше узнать о работе Давида.

— Вот тот, что постарше, — понижая голос, произносит подруга.

— Блондин? — уточняет Женя.

— Нет, рыжеватый который, ему под сорок. Черт, да не пяльтесь вы так на них, они же поймут, что их обсуждаем, — шипит она. — В общем, рыженький у них за главного. Будут здесь пять дней. Так что обратно полететь вместе не получится, разве что решим продлить свои каникулы.

— Я только за, — отзываюсь, не думая. Перспектива вновь оказаться с Давидом в одном самолете, да еще и на соседних местах, слишком соблазнительна.

— Не, Лер, я пас, меня папка по телефону так отчитал, что мне бы лучше уже покупать обратный билет. О, вот и поезд.

Люди обступают нас со всех сторон и разделяют с Давидом по разные стороны. Так получается, что мы оказываемся в разных вагонах. Это огорчает. Несправедливо.

Что ж, похоже, и в самом деле не судьба. Стоит сосредоточиться на том, как буду оправдываться перед отцом, а не на глупых несбыточных мечтах о взрослом мужчине, который мной как женщиной вряд ли заинтересуется.

Глава 5. Лера

— Это выглядит намного лучше, чем обнаженные толстые девы в соседнем зале.

Я вздрагиваю от мужского голоса за спиной. Словно парализованная, замираю перед картиной Рембрандта, не веря своим ушам. Наверное, это мне мерещится. Но нет, громкое дыхание мужчины и жар, исходящий от его тела, настоящие.