Александр посмотрел в ту сторону, куда указывала кухарка, увидев в окно, как несколько слуг спускались по парадной лестнице с сундуком, видимо полным вещей Рии. Тщательно подбирая слова, чтобы не сорваться и не наговорить ничего лишнего в присутствии дам, он процедил сквозь зубы:
— Скажите всем слугам, мисс Брант, что леди Рия переезжает ко мне. Как невеста, — добавил он, когда Адалея перевела на него свой взгляд. В круглых глазах старушки читались одновременно и ужас, и благодарность.
Женщина всегда боялась порой чересчур холодного и надменного ди Кальпо, но, если выбирать между ним и бароном Адамсом, выбор был очевиден. С одной стороны — молодой и успешный на службе мужчина, со скульптурной внешностью, к тому же являющийся другом семьи, а с другой — старая развалина, единственной мыслью которой является — как бы спасти себя от разорения.
— Собирайся, Рия, — бросил Алекс девушке, застывшей столбом, — я пришлю своих слуг. Через полчаса ты должна быть готова.
Рия медленно кивнула, пытаясь собраться с мыслями и осознать, как она в считанные минуты оказалась невестой человека, о котором мечтала с раннего детства, а также тот факт, что барон Адамс полностью проигнорировал ее непрозрачные намеки и откровенные отказы и позволил себе распоряжаться ее и Марко слугами, как своими.
Девушка проводила взглядом пришпорившего коня Александра, стремительно покинувшего пределы поместья, и, встряхнувшись, с более уверенным видом, чем на самом деле себя чувствовала, поднялась по ступенькам, ведущим в ее дом. Теперь уже бывший дом.
Светлый и все его слуги, как же она сообщит об этом брату? Марко сойдет с ума, когда узнает, что его сестра, честь которой он с таким тщанием оберегал последние двадцать пять лет, вышла замуж без его согласия. «Ты еще не вышла замуж!» — услужливо напомнил ей внутренний голос, но она от него отмахнулась. Зная Алекса, разрешение на брак от Императора будет у него на руках уже сегодня. Оставалось лишь надеяться на благоразумие Марко, а также на то, что он поймет их, когда они с Александром все ему расскажут.
Ириада со страхом шла вслед за Расулом, главным ее тюремщиком, и старалась не отставать, что было довольно сложно, учитывая широкий шаг ведущего ее куда-то демона, многочисленные коридоры, казавшиеся ей одинаковыми, и ее положение. Восьмой месяц беременности не был предназначен для спринтерских забегов по Нижнему миру.
Наконец Расул остановился перед высокими дверями, украшенными изображениями Великих Князей, правившими Нижним миром ранее, и уходящими куда-то ввысь. Женщина подняла голову и попыталась увидеть, где они заканчиваются, но не смогла. Все, что было выше головы Расула, скрывала чернильная тьма. Вполне возможно, что не будь рядом с ней демона, она не смогла бы увидеть и самих дверей. От него исходило легкое красноватое свечение, служившее им вместо факела во время их путешествия.
Ее тюремщик постучал несколько раз в кольцо, и двери медленно распахнулись, открывая взгляду неожиданно затрясшейся от страха Ириады огромный бальный зал, по которому с невообразимой для нее скоростью сновали маленькие демонята, украшая к какому-то торжеству.
— Не к «какому-то», моя дорогая, а к моей свадьбе.
Над ухом застывшей женщины раздался вкрадчивый голос Великого Князя. Она хорошо знала этот голос, поскольку не раз его слышала за дверьми своей темницы. Правда, звучал он тогда более угрожающе, а для многих несчастных он становился последним, что они слышали в жизни.
Ириада, как могла медленно, повернула голову, боясь увидеть перед собой чудовище, от одного вида которого она надолго потеряет свой сон, но ничего экстраординарного ее глазам не предстало. Те же рога, тот же длинный хвост. Разве что рост… Великий Князь был как минимум на голову выше самого высокого демона, виденного ею. А в остальном — обычный демон. Только богато одетый.
— Позвольте проводить вас, Императрица, — он галантно предложил ей руку, на которую Ириада с удовольствием оперлась. Во-первых, отказать Великому Князю было невозможно, а во-вторых, она смертельно устала от долгого перехода и молча надеялась, что ей разрешат присесть. Ноги гудели, спину ломило, да и голова начала раскалываться.
— Простите Расула за его излишнее рвение, — тем временем сказал Великий Князь, проводя ее мимо большого стола, на половину заставленного закусками. — Я просил его привести вас ко мне, как можно скорее, но должен был догадаться, что для беременной женщины столь длинное путешествие окажется не по силам.
— Ничего страшного, милорд, — чуть улыбнулась Ириада, — его рвение похвально, а мне всего лишь надо немного посидеть.
Великий Князь кивнул и подвел ее к одному из высоких стульев с дальней стороны стола.
— Надеюсь, моя невеста простит меня, что позволил вам временно занять ее место, — ухмыльнулся он, помогая сесть. Ириада тут же попыталась вскочить, но ей не дали. — Сидите, Императрица, сидите, вы же не ее место в моей постели занимаете, это всего лишь стул.
Лишь огромным усилием воли ей удалось сдержать дрожь, охватившую ее от промелькнувшей в голове картинки ночи с Великим Князем. Тот же широко улыбнулся, демонстрируя внушительные клыки, прочитав ее мысли.
— Я пригласил вас сегодня сюда, — без предисловий сказал Князь, — чтобы обсудить вашу роль в предстоящем празднике.
— Какую роль? — нахмурилась Ириада, а ее внутренности скрутило жгутом от предчувствия беды.
— Небольшую, — небрежно заметил ее собеседник, поигрывая хвостом и разглядывая лежащую перед ним вилку, — вам всего лишь необходимо родить в нужное время.
Не выдержав, женщина громко расхохоталась. Неожиданно для нее самой, Ириаду охватила истерика. Сказались и месяцы, которые она провела в Нижнем мире, и страх за их с Рейном еще нерожденного ребенка, и тоска по любимому мужу. Заметив недовольное выражение лица Великого Князя, она, с трудом, но успокоилась.
— Простите, милорд, но это невозможно. Ребенок родится тогда, когда сам решит, что ему пора озарить своим присутствием наш мир.
— Ошибаетесь, моя дорогая Императрица, — губы Князя растянулись в плотоядной улыбке. На этот раз, она не смогла сдержать себя и крупно содрогнулась. Несмотря на жару, стоявшую в Нижнем мире, Ириаде стало жутко холодно от этой страшной улыбки. Даже не улыбки — ухмылки. — Он родится тогда, когда я это решу, — наклонившись, он прошептал следующие слова женщине на ухо, — и лишь от вас зависит — выживете вы оба или нет.
Ириада сглотнула и впервые за весь разговор взглянула в глаза Великого Князя. К ужасу женщины, они не выражали ничего. В них была чернильная пустота, способная, если захочет, затянуть несчастную жертву в свои сети и никогда больше не выпустить.
Глава 6
Алекс с каким-то остервенением гнал коня, желая как можно быстрее оказаться рядом с бароном Адамсом и популярно объяснить ему, что не стоит так самовольно распоряжаться жизнью несвободной девушки. Теперь несвободной.
Молодой человек ничуть не жалел о своем сиюминутном порыве — сделать Рию своей невестой, а позже женой. Он и так собирался это сделать, безумный поступок Адамса лишь подстегнул его. Ди Кальпо лишь жалел, что у него не было достаточно времени, чтобы подготовить девушку к этому. Страх, что, оставшись одна, она передумает, заставлял все внутренности сжиматься. Он также опасался, что свадьба для Рии будет вынужденной, единственным выходом, чтобы не становиться женой этого отвратительного старика. Конечно, Алекс видел, что волнует девушку, но уверенности в ее чувствах у него не было. Что, если Рия пожалеет о данном согласии? К тому же, напомнил он себе, согласия как такового она и не давала. Он просто заявил ее слугам, что Аджионти теперь его невеста.
— Дьявол, — выругался Алекс сквозь зубы, ударяя по бокам коня.
И как он все это объяснит Марко? Да тот голову ему снесет, даже слушать не станет. Надежды на благополучное завершение разговора было мало.
Пребывая в этих невеселых раздумьях, ди Кальпо, наконец, въехал на территорию императорского дворца. Барон должен был быть где-то тут. Бросив поводья подбежавшему слуге, он соскочил с коня и практически взлетел по парадным ступеням. Алекс практически трясся от злости, чуть ли не пинком открывая двери. По-хорошему, ему бы успокоиться, сделать пару глубоких вдохов, прийти в себя. Он должен держать себя в руках, когда предстанет перед бароном, но иррациональная ревность, накрывшая его с головой, мешала думать, требовала разорвать соперника на куски. Причем, не прибегая к магии. Ему даже в голову не пришло воспользоваться порталом, чтобы сразу перенестись в дворец, не тратя время на дорогу. Но, как это обычно бывало, когда его захлестывали эмоции, мозг отключился, а хваленое хладнокровие вылетело в трубу.
Алекс нашел Адамса в одном из многочисленных кабинетов дворца. Тот сидел за столом и корпел над бумагами, насвистывая под нос какой-то веселый мотивчик. От звука резко открывшейся двери, ударившейся о стену, барон поднял голову и, прервав свое насвистывание на самом, по его мнению, интересном месте, нахмурился и недовольно посмотрел на незваного гостя.
— Чем обязан? — барон приподнялся со своего места и тут же был отброшен к стене всплеском неконтролируемой магии.
