Арина Стен – Настоящая мама для двойняшек (страница 9)

— Да, спасибо, — встала, избегая внимательного взгляда Максима.

Мне казалось, что если мы встретимся глазами, он сможет прочитать все мои потаенные желания, которые я так старательно гнала от себя и не давала расцвести им во мне буйным цветом. Узнает и рассмеется, скажет, что я — наивная тридцатилетняя (почти) дуреха, вообразившая себе невесть что.

— До свиданья, Илья, — попрощалась с мужчиной, неотрывно следившим за тем, как Кирилл собирает железную дорогу, и помогая, когда мальчик в нерешительности застывал с деталькой в руках. — До понедельника, ребята, — попрощалась с детьми.

Ответом мне стал нестройный хор голосов, даже Олеся, хоть и улыбнулась мне лучезарно на прощание, не смогла оторваться от новой куклы.

— Теперь они заняты на целый день, — хмыкнул Максим, придерживая для меня дверь. — И не только дети.

Тихо рассмеялась, покачав головой.

— Мне показалось, что Илья рад своей покупке не меньше Кирилла.

— Определенно, — усмехаясь, ответил бизнесмен, — ты же должна знать, мужчины — как дети. А если в дело вступают железная дорога или радиоуправляемый вертолет — все, человек потерян для общества, пока не сломает.

Улыбнулась, соглашаясь:

— Да, муж моей подруги, когда мы ему на юбилей подарили такой вертолет, весь вечер не мог от него оторваться. Даша даже переживала, что он с ним спать будет, а ее на диван выгонит.

— Вот, видишь, что и требовалось доказать, — рассмеялся Строганов, снимая машину с сигнализации.

— Максим Дмитриевич, может, все-таки я такси вызову? — спросила с дрожью, глядя на спорткар. К нему подходить страшно — глянцевый, без единой царапинки, словно только что с конвейера — не то, что садиться.

— Оксан, не говори ерунды, — нахмурился мужчина, упорно отказываясь держать дистанцию и обращаясь ко мне на «ты», а я и не настаивала. — Садись, — открыл дверь и внимательно наблюдал, как я садилась, стараясь ничего не задеть. — Это машина, а не фарфоровая статуэтка, — покачал он головой, видя мою неловкость, — если что-то заденешь — не разобьешь.

— Большинство моих знакомых относятся к машинам совсем по другому, — заметила, когда он сел рядом со мной на водительское сиденье, — чуть ли не пылинки с них сдувают.

— За машиной надо ухаживать, согласен, — завел двигатель, пока открывались ворота, — но трястись над ней… Сумасшествие, я считаю. Зачем, тогда покупать?

Пожала плечами. Наверное, он прав. Но, как я и сказала, большинство знакомых мне автолюбителей машину любят больше, чем своих родных. А отец, так тот и вовсе готов в гараже жить, если бы ему не надо было питаться.

С тоской посмотрела на участок, с которого мы выезжали. Наверное, тут так красиво летом. Кругом лес, тишина, ближайшие дома находятся далеко. Соседние участки вообще пустуют. Если бы я не знала, что тут живет отец с двумя детьми, решила бы, что это домик отшельника. Хоть и просторный.

В свете дня, он вообще казался огромным — двухэтажный особняк с чердаком, занимавший половину участка. Интересно, а что за домом, помимо детской площадки? Не удивлюсь, если бассейн. К сожалению, узнать я этого не смогу. Вряд ли мне представится возможность еще раз сюда вернуться.

Глава 7

Максим

Пока ехали, краем глаза следил за моей притихшей пассажиркой. Разительный контраст со вчерашней волшебницей. Или это на нее так вино действовало? Вечером была такой словоохотливой, а сейчас сидит, вытянувшись по струнке, и смотрит исключительно в окно, на проносящиеся мимо деревья и редкие машины.

Чтобы тишина не давила на уши, включил музыку. Оксана вздрогнула, когда из динамиков полился иностранный рок, но опять-таки не сказала ни слова. Недовольно вздохнул, что за ерунда? Я что-то не то сказал вчера? Или не так сделал? Вроде бы, вел себя вполне прилично — никаких намеков не делал, общались нормально.

Пару раз за дорогу порывался спросить, уточнить, но то и дело закрывал рот. Не мог решиться. Казалось, что если узнаю ответ, то незнакомое мне раньше чувство единения с сидевшим рядом человеком, пропадет. А я этого хотел меньше всего на свете. Точнее, совсем не хотел.

Молодая женщина старательно делала вид, что ее в машине нет. Один лишь раз смог услышать ее голос, когда уточнял дорогу. Оказалось, что жила она рядом с садиком. Даже больше — в соседнем от моих родителей доме. Мелькнула мысль зайти к ним, когда высажу свою молчунью, но вовремя вспомнил, что родителей нет в городе — сам же отправил их на той неделе в санаторий на Алтай — еще одна причина, по которой детей вчера некому было забрать.

Припарковался у нужного подъезда, но разблокировать двери не спешил. Оксана недоуменно на меня посмотрела, но закономерный в данной ситуации вопрос задать не успела, я ее опередил, собравшись, наконец, с духом.

— Я что-то вчера сделал не так? Почему ты стала, вдруг, такой молчаливой?

Глаза девушки округлились, ротик чуть приоткрылся в удивлении, ручки с аккуратным маникюром нервно теребили ремешок сумки. И именно в тот момент, когда воспитатель моих детей нашлась, что ответить, я не выдержал. Все равно она на меня на что-то обижена, можно дать и еще один повод.

Не давая шанса ей отстраниться, обхватил нежное личико руками и прижался к мягким губам, в яростном, требовательном поцелуе. Как хотел сделать все то время, что мы сидели вчера у камина и болтали ни о чем.

Оксана поначалу напряглась, но довольно быстро расслабилась и ответила на поцелуй, даже безмолвно разрешила моему языку проникнуть внутрь, встретившись с ее.

Я целовал и целовал, не мог оторваться, насытиться. Словно я всю жизнь бродил по пустыне, а Оксана оказалась моим живительным источником, который хотелось выпить до дна. Банальщина, да, но для меня было именно так.

Моя личная волшебница была такая мягкая, нежная, отзывчивая, податливая. Запустил руки в волосы, притягивая ее еще ближе. Будь мы в более просторной машине, давно бы уже усадил ее к себе на колени, а так приходилось ерзать, желая вжаться в нее всем телом, но упираясь лишь в коробку передач.

Отрезвил меня недовольный гудок, которым пытавшийся припарковаться мужик извещал меня, что я встал, как олень, и должен в ближайшее время уступить ему место. Подождет.

Оторвавшись-таки от девушки, заглянул в глаза, в которых… стояли слезы?

— Оксана? — нахмурился, пытаясь понять, насколько сильно накосячил. Она же не отталкивала меня, не вырывалась, отвечала с такой же страстью, что терзала и меня.

— Откройте, пожалуйста, дверь, Максим Дмитриевич, — прошептала, зажмурившись.

— Оксан, — прошептал в ответ, поглаживая большими пальцами щечки девушки, не давая отстраниться.

Сзади опять раздался гудок, на этот раз длиннее и настойчивее. Еще минута и мужик точно выйдет разбираться. Тяжело вздохнул, нехотя выпуская волшебницу из рук, разблокировал двери.

— До свидания, Максим Дмитриевич, спасибо, что подвезли, — бросила, выбираясь из машины, как можно быстрее.

— Не за что, Оксан, я…

Но меня уже не слушали, со скоростью света, не оборачиваясь и не отвечая на приветствие бабульки на скамейке у подъезда, она скрылась за спасительными дверьми. Похоже, я только что нехило напортачил.

Встряхнувшись, помахал из окна мужику рукой, и рванул прочь из двора. К детям. В тишину дома (относительную, конечно), где я мог подумать, взвесить все за и против, решить, действительно ли мне надо ввязываться в очередную авантюру под названием «Отношения», которая могла не привести ни к чему хорошему.

Не мог я нырять во все это с головой без оглядки. У меня были два очаровательных существа, чье мнение в данной ситуации было главным. Надо поговорить с ними, спросить — может, им не нужна пока вторая мама. Или настоящая, как сказала Оксана. Правда, если судить по сегодняшнему завтраку, то они очень даже не против. Но все равно надо уточнить, мало ли что в детских головках творится.

Всю дорогу до дома не мог выбросить из головы поцелуй с Оксаной. Да и ее в целом тоже. Вспоминал, как органично она смотрелась на моей кухне, в моем доме, рядом с моими детьми. Какая нежность была в ее взгляде, стоило ей на кого-нибудь из них посмотреть. У Веры я такого выражения не видел даже тогда, когда мы привезли эти два комочка из роддома. Приятное разнообразие.

А еще я сам себя не узнавал. Вчера днем я готов был категорично заявить всему окружающему миру, что мне не нужны отношения, а нам с детьми хорошо и так. Что женщин интересуют только деньги, а видеть рядом с моими ребятами очередную меркантильную тварь я не хочу. Меня вполне устраивал секс без обязательств на одну ночь, так сказать для здоровья. С момента развода ни одна женщина, не являющаяся моей родней или женой друга, не переступала порог моего дома. С любовницами предпочитал встречаться на съемных квартирах.

Но стоило мне увидеть Оксану с Олесей на руках, как моментально захотелось не то, что впустить ее в дом, а даже не выпускать. Оставить себе. Она идеально смотрелась с малышкой, словно была ее настоящей мамой, а не та дура-кукушка, бросившая их ради более богатого любовника.

Потряс головой, заезжая во внутренний двор. Наваждение какое-то. Определенно, Оксана Андреевна — волшебница, наложившая на меня чары. И никто меня в этом не переубедит. «Взрослый мужик, а размышляешь, как ребенок», отмахнулся от назойливого вечно критикующего голоса и открыл дверь в дом. Оставалось надеяться, что она именно волшебница, а не злая ведьма.