Арина Стен – Моя самая большая тайна (страница 16)

Что же… я понял. Хмыкнув, чуть сбавил скорость и огляделся. И куда меня занесло?

Вокруг меня сплошной лес. И пустая трасса, насколько хватало глаз. Включив навигатор, выяснил, что с психу пролетел километров пятьдесят от города. Черт! Теперь, чтобы доехать до Наташи мне понадобится часа полтора. А мне очень хотелось ее увидеть. Надеюсь, что, когда я до нее доберусь, она не выставит меня вон и сжалится над бедным парнем.

Подумал было, что мы не в таких с ней отношениях, чтобы заявляться среди ночи, но плюнул и все-таки поехал к моей девочке. Выставит и пусть. Зато я ее увижу.

Глава 17

Андрей

До дома моей девочки я доехал и правда через полтора часа. Припарковавшись у подъезда, посмотрел на окна ее квартиры, в которых царила тьма. Что было совсем не удивительно, учитывая время. Все внутри меня прямо-таки кричало и требовало: надо подняться к ней наверх, прижать к себе, чтобы она почувствовала всю силу моего желания, облапать все стратегические части тела, вкусить присущую только ей сладость.

Член дернулся, явно выказывая свое одобрение такими планами. Но верхний мозг все-таки умудрился включиться и отговорить от этой глупой затеи. Слишком поздно, и Ната определенно не будет рада меня видеть в это время ночи. Может, были бы мы с ней достаточно близки (а лучше — жили бы вместе), тогда другое дело, а сейчас…

Нет, надо разворачиваться и ехать домой. Завтра, точнее — сегодня, надо будет встать пораньше, чтобы договориться со знакомым водителем из фирмы — отогнать машину отца к его дому. Самому этого делать совершенно не хотелось. Если получится — ноги моей рядом с ними больше не будет. Никогда.

Наталья

Чтобы вовремя прибыть на наше с Аней место встречи (опоздание мне бы не простили), пришлось ставить будильник. Вставать по будильнику в свой законный выходной — извращение и особый вид пытки. Но что не сделаешь ради любимой подруги.

Ворча, как старая бабка, поплелась в душ, попутно заглянув на кухню и поставив вариться кофе (спасибо, Господи, за изобретение кофеварки, мучиться с джезвой я по утрам не стала бы). Упругие струи хоть чуть-чуть, но привели меня в относительно благодушное состояние. Осталось бахнуть кофе и я смогу с улыбкой смотреть на окружающий мир.

Вообще, по утрам я не представляю из себя ничего хорошего — не люблю разговаривать, двигаться, людей и, в принципе, весь мир. Родители, зная о моей ненависти к утрам, когда я жила у них, никогда не приставали ко мне в это время дня. Мама ограничивалась приглашениями на завтрак, отец, такой же нелюбитель этого изобретения дьявола, просто молчал. Какие-либо разговоры за столом начинались только тогда, когда кто-то из нас (отец или я) более или менее усмирял свою ненависть ко всему сущему.

Сегодняшнее утро было отвратительным не только потому, что в воскресенье мне пришлось вставать в девять утра, но и потому, что у меня все валилось из рук. Пока мылась, умудрилась несколько раз уронить гель для душа, шампунь и даже с зубной пастой справилась не с первого раза, а когда выползла на кухню, вездесущим мизинцем ударилась о ведро с цветами.

— Твою ж… — прошипела, прыгая на одной ноге, и прожигая взглядом ни в чем неповинные цветы. — Какого фига вы тут делаете, а не в зале?

Да, да, цветы сами передвигаться не умеют, а я решила, что на кухне они смотрятся лучше, чем в гостиной, но сейчас эти маленькие факты вылетели из моей головы. Поэтому цветы были виновны в ухудшении моего настроения. И точка. А раз виновны цветы, значит, виноват и Светлицкий.

Кстати, о нем. Стоило моим мыслям повернуть в сторону этого образчика мужественности, как я вспомнила, что на мое вчерашнее сообщение так никто и не ответил. Ему настолько было неинтересно, что я добралась до дома?

В душе зашевелилось нехорошее предчувствие. Неужели я оказалась права, и этот недоделанный Казанова нарезает вокруг меня круги исключительно ради того, чтобы забраться ко мне в трусики? Правда, он уже это сделал на корпоративе… Тогда зачем снова пытается? Или для очередной зарубки обязательно, чтобы мы занялись сексом в кровати, а не в туалете?

От невеселых размышлений меня оторвал звонок мобильного. Нахмурившись, подняла трубку, разговаривать пока ни с кем не хотелось, но проигнорировать Аню я не могла.

— Ты встала? — раздалось вместо приветствия.

— К сожалению, да, — проворчала, зевая и наливая себе кофе. Где-то в холодильнике были сливки (не люблю кофе с сахаром, а вот сливки или молоко — самое оно).

— Ой, не ворчи, — отмахнулась от меня подруга. — День обещает быть замечательным.

Я скептически посмотрела в окно на хмурое небо, готовое с минуты на минуту разразиться то ли дождем, то ли снегопадом (с нулевой температурой на градуснике ни в чем нельзя быть уверенным), и промолчала.

— Большую часть времени мы проведем в помещении, — будто прочитав мои мысли, сказала Анечка, — так что погода нас тревожить не будет.

— Надеюсь.

Ни сливок, ни молока в холодильнике не оказалось. Нехорошо. И что теперь делать? Пить кофе с сахаром жутко не хотелось. Утро становилось еще более отвратительным.

— Ты еще не пила что ли кофе? — проницательно заметила подруга (иногда я ужасаюсь тому, как хорошо она меня знает).

— Нет.

— Давай уже, выпей чашечку и начинай собираться. Раз ты встала, то через час я буду у тебя.

И, не дожидаясь, как обычно, ответа, повесила трубку.

Недовольно посмотрев на безобидный телефон, вздохнула и вылила кофе в раковину. Без сливок оно в меня сегодня не влезет. Гадость какая! Заказать что ли доставку? В доме была пиццерия, открывавшаяся в десять (то есть пять минут назад, на мое счастье), которая могла снабдить меня напитком богов.

В этот момент в дверь постучали. Причем, судя по звуку, ногой. Осмотрев себя с ног до головы и решив, что халат достаточно целомудренный, чтобы встречать нежданных гостей, протопала к двери. Не то чтобы мне в принципе хотелось этих гостей встречать. Была большая вероятность, что незваного гостя я спущу с лестницы, не успеет он сказать «привет». Настроение-то было ужасным.

Но меня ждал сюрприз. Точнее, мой личный бог. С подношением в виде огромной чашки кофе. Видимо, высшие силы не так сильно меня ненавидят, как мне казалось.

— Доброе утро!

Андрей расплылся в шикарной улыбке, окинув меня взглядом, в котором явственно читалось желание. Похоже, кое-кому мой наряд понравился. Это… приятно… даже очень. Хотя, знай я, что у дверей ждет он, надела бы короткую шелковую пижамку, которую как раз вчера постирала.

— Если этот кофе — мне, то оно доброе. В противном случае — убирайся из моего дома, — не отрывая взгляда от кружки, ответила на приветствие.

Светлицкий хмыкнул и протянул мне подношение.

— Если этот кофе способен задобрить чудовище, открывшее мне дверь вместо очаровательной и сексуальной хозяйки этой квартиры, то он твой.

Криво улыбнувшись такой неприкрытой лести, сцапала кружку и тут же сделала пару глотков.

— О, боже, спасибо тебе за кофе, — громко простонала, закатив глаза.

— Всегда пожалуйста, — еще шире улыбнулся мужчина, глаза которого чуть потемнели от возбуждения.

— Вы думаете в каком-то не том направлении, Андрей Владимирович, — заметила я, отступая от двери и давая ему молчаливое разрешение на проход в квартиру. — И благодарила я вовсе не вас. Вы же не бог.

Посвящать мужчину в тот факт, что на самом деле считала его практически божеством, не стала. Еще возомнит о себе непойми что. Уверена, его самооценка и так не маленькая.

— В таком случае, я посланник богов, раз принес тебе кофе, — бросил в мою сторону насмешливый взгляд Андрей, снимая куртку и ботинки. — Где можно помыть руки?

Судорожно вспоминая, нет ли у меня в ванне ничего, что могло бросить на меня тень (типа смазки или еще какой-нибудь эротической игрушки, которых у меня, правда, не было, но всякое могло случиться; я бы не удивилась, если бы что-то подобное вдруг материализовалось среди моих вещей в самый неподходящий момент), но так и не вспомнив, проводила моего мужчину на кухню.

Так. Стоп! Моего? Это когда он уже спел стать моим? До таких ярлыков мы еще не доросли. И даже не знаю, дорастем ли когда-нибудь.

Откинув ненужные мысли в сторону, села на один из барных стульев, любуясь шикарной спиной, представшей моему взору, когда Андрей повернулся к раковине, чтобы помыть руки.

— Какими судьбами?

Решила выяснить мучавший меня вопрос, когда в моем организме оказалось достаточно кофе, чтобы я могла вести адекватную беседу, а молчание стало уж совсем неприличным. Главным образом из-за того, что Андрей чуть ли не дырку в халате прожигал своим взглядом в том месте, где должно быть декольте. Но к моей удаче и несчастью мужчины ткань закрывала меня целиком и полностью.

Оторвавшись от изучения цветочков на моем халате, Светлицкий поднял на меня свои потрясающие голубые глаза и подмигнул.

— Я же сказал вчера, что мы сегодня увидимся. А я привык держать свое слово.

В ответ я лишь недоуменно на него посмотрела. Честно говоря, после того, как не увидела от него никакой реакции на мое вчерашнее сообщение (да, оно не было чем-то особенным, но хотя бы спокойной ночи он мог мне пожелать, когда прочитал, что я дома), совершенно не ожидала его сегодня увидеть. Да и мысли об очередной зарубке на кровати не отпускали.