Арина Остромина – Небо под ногами (страница 44)

– Ты забыл, кто я. Наёмная работница из Третьей зоны. Может, мы бы могли встречаться тайком. Я знаю, некоторые так делают. Но я не хочу! Если кто-то узнает, я потеряю работу. Я не готова так рисковать.

Кортан повернулся к Эйне, посмотрел ей в лицо.

– Что ты, я вовсе не собирался тебе такое предлагать! Я тоже не готов рисковать – если тебя уволят, мы больше не увидимся! Мы всё сделаем по правилам.

– Как это?

– Очень просто. Я же сказал, что уже поговорил с юристами. На самом деле закон не запрещает браки с приезжими! Просто надо выполнить слишком много формальностей.

– Каких?

– Сначала ты должна получить разрешение на постоянное проживание во Второй зоне. Сейчас оно у тебя временное, на год. Если мои родители захотят, чтобы ты и дальше оставалась у нас, они попросят продлить твоё разрешение. Обычно все так и делают. Ты ведь не думала, что только один год будешь работать с Крией?

– Нет, конечно!

– Хорошо. Но это очень долгий путь, обычно наниматели четыре года подряд продлевают такие разрешения.

– А есть путь короче? – спросила Эйна. Она вспомнила, что ей рассказывали на работе: Альфия уже получила постоянное разрешение, а Лива ещё нет, хотя работает здесь уже четвёртый год.

– Есть. Короче, но сложнее. Если мои родители захотят, чтобы ты осталась у нас на несколько лет, они могут подать запрос в Комитет по проживанию. Это можно сделать через полгода после того, как они тебя наняли. А ты уже семь месяцев у них работаешь. Осталось только убедить их, что ты им нужна надолго, а не на ближайший год.

– Как же мы это сделаем? – недоверчиво спросила Эйна.

– Попросим Крию!

– Что? Крию? Как она поможет?

– Я с ней поговорю. Спрошу, нравится ли ей твоя работа. Хочет ли она, чтобы ты осталась с ней до окончания школы – у нас так принято, детских помощниц увольняют, когда ребёнок поступает в гимназию. Это через шесть с половиной лет. Крия тебе не говорила, но она очень долго плакала, когда Сирину уволили. Для неё это стало большим горем.

– Разве? А мне Крия говорила, что ей не нравилось заниматься с Сириной и вообще с ней было скучно…

– Не верь! Она себя убедила в этом, чтобы не переживать. Крия любила Сирину. А если и ты уйдёшь, ей будет совсем тяжело.

– Но я же не собираюсь уходить!

– Я понимаю. Но надо, чтобы Крия сама попросила родителей об этом. Если она скажет, что ты ей нужна на все следующие годы, то ради неё родители могут подать запрос в Комитет.

– Ладно. Допустим, у вас с Крией всё получится. А дальше что?

– А дальше тебе дадут разрешение на постоянное проживание, и через два года у тебя будут такие же права, как и у всех местных жителей. Это называется правовая чистота.

– Я это уже слышала, в Комитете по проживанию. Когда ходила туда узнавать насчёт моей учёбы. Но я не совсем поняла, что это значит.

– Что ты сможешь делать всё то же, что и мы. Например, вступать в брак.

– И учиться… – добавила Эйна. – Уже через два года, а не через семь лет?

– Да, и учиться! Обязательно! Я тебе помогу с этим.

У Эйны горели щёки, и она приложила к ним холодные ладони.

– Ты правда думаешь, что это возможно?

– А почему нет? – пылко сказал Кортан. – Дальше всё будет просто. Мне уже положено по закону взять разрешение на брак и получить отдельную квартиру. Я подам запрос и летом смогу переехать от родителей. Но сначала не буду говорить им про тебя. Скажу, что ещё никого не выбрал. Разрешение даётся на пять лет, так что можно не торопиться. Мы с тобой дождёмся твоей правовой чистоты, а за эти два года мои родители уже привыкнут к мысли, что я ничем с ними не связан.

– А если не привыкнут?

– Ну, значит, придётся им смириться с моим решением. В худшем случае они тебя уволят. Но это не страшно, ты уже будешь моей женой, тебя охотно возьмут на любую другую работу.

– Подожди… Как же не страшно? А Крия? Ты же сам сказал, что для неё будет большим горем, если я уйду.

Кортан нахмурился.

– Да, ты права. Я их уговорю не увольнять тебя. Не бойся, мы справимся, у нас всё получится! Верь мне!

Кортан снова взял Эйну за руки, пожал их и сказал:

– Всё, мне пора! До завтра!

Глава 19. Долгая весна

Теперь, когда Эйну и Кортана связывала тайна, рабочие дни протекали по-новому. За завтраком, если в столовой собиралась вся семья, Эйна старалась как можно реже поворачиваться к Крии, потому что Кортан сидел сразу за ней, а встречаться с ним глазами при их родителях Эйна боялась. Но вместе со страхом её переполняло радостное предвкушение: позже, вечером, они смогут встретиться в детской, разговаривать почти открыто, смотреть друг на друга, не опасаясь выдать свои чувства.

Крия, конечно, давно догадалась, что между братом и помощницей что-то происходит. Возможно, она первая это поняла – в те дни, когда Эйна и Кортан ещё только делали первые робкие попытки познакомиться ближе, стать друзьями.

Но им обоим казалось, что Крии можно доверять. А она упивалась общением, получала много внимания от каждого из них и ощущала себя частью тех отношений, которые их связывали. Ведь если бы Эйна не так интересно беседовала с Крией, Кортан бы не подружился с помощницей своей сестры. И если бы Кортан не обожал сестру, Эйна бы не нашла поводов с ним подружиться.

Между завтраком и ужином Эйна обычно не встречала Кортана, он редко заезжал домой днём. За ужином, если родители оказывались дома, Кортан только перебрасывался с Крией короткими репликами – спрашивал, чем она сегодня занималась и куда ходила, а она отвечала, тоже коротко. Но позже, когда Эйна уводила Крию в детскую, Кортан почти каждый вечер заходил к сестре поиграть во что-нибудь, а иногда просто слушал, как Эйна рассказывает Крии сказки или читает вслух.

Родители, даже если замечали, что Кортан проводит много времени с сестрой, ничуть не удивлялись: он и раньше так делал, даже при Сирине. Вряд ли им могло прийти в голову, что их сына может интересовать не только сестра, но и её помощница. Слишком разный уровень: наёмный работник с временным разрешением на проживание – и технический специалист, житель Второй зоны, сын высокопоставленных руководителей.

В выходные, когда Эйна сидела дома одна, она переводила дух. Её утомляло постоянное общение с людьми, даже с Крией. Хотелось иногда просто побыть одной, не ощущая на себе ничьих взглядов, и поразмышлять о жизни, о будущем, о планах.

Эйне нравился такой ритм: пять дней на работе, один день дома. Раньше, осенью, когда у Эйны ещё не было тайны, её тяготило чувство одиночества, поэтому она тянулась к Мелии и Орсину, Ливе, Альфии. В выходные ей нравилось ходить в гости, встречаться с новыми знакомыми.

После ссоры с Мелией Эйна долго переживала и пыталась найти способ помириться, но сейчас начала привыкать к тому, что у неё больше нет подруги. К тому же Эйну теперь очень интересовала Фризия. При каждом удобном случае Эйна пыталась поговорить с ней, но это получалось редко.

Но главной причиной того, почему Эйна сейчас так легко проводила выходные одна, был Кортан. Она до сих пор не могла разобраться в своих чувствах. Да, он ей очень нравился. Ей с ним всегда было хорошо и всегда интересно. Но любила ли она его? Готова ли была – пусть не сейчас, пусть позже – вступить с ним в брак? Ведь это важный шаг. После этого им придётся всегда жить вместе. Расторжение брака разрешается законом только в самых крайних случаях. Например, если один из супругов совершил преступление.

В каждый свой выходной Эйна подолгу гуляла по тихим улицам, вдали от центра города и от тех мест, где могла встретить знакомых. После нескольких недель зимы небо очистилось, с самого утра ярко светило солнце, деревья ещё стояли голые, но уже появились почки, и Эйне казалось, что вокруг ветвей, темнеющих на голубом фоне, дрожит лёгкая дымка. Как будто листья предупреждают: готовьтесь, ещё немного – и мы вырвемся на свободу, раскроемся, развернёмся, завесим улицы зелёными покрывалами!

Вышагивая по сухим чистым тротуарам, рассеянно улыбаясь прохожим, Эйна снова и снова прокручивала в голове главные вопросы и искала ответы.

Однажды днём Эйна стояла в школьном дворе и ждала Крию, Фризия пришла чуть позже. Она, как обычно, казалась грустной, но яркое весеннее солнце действовало и на неё. Фризия улыбнулась Эйне.

– Красиво, правда? Когда листьев ещё нет, но уже видно, что они вот-вот появятся.

– Да! – подхватила Эйна. – У меня же это первая настоящая весна! Ты только представь: я ни разу в жизни не видела, как почки раскрываются!

Фризия положила руку Эйне на плечо.

– Я представляю. Я это уже слышала – от Сирины.

Голос Фризии чуть дрогнул, она запнулась, но потом продолжила:

– Я уже почти год не могу смириться с тем, что всех потеряла. Я никому ничего не рассказывала. Ты первая, с кем я начала говорить. Спасибо тебе!

– За что? – удивилась Эйна.

– За то, что ты от меня не отвернулась. Я же почти всё время молчу. Люди меня не выносят. Кроме Тины, никто со мной не разговаривает.

Эйну поразили эти слова. Она не предполагала, что Фризии тяжело быть всё время одной. Ей казалось, что Фризия сама избегает общения – что ей это не нужно. Это Эйна хорошо понимала, ведь она сама была такой всего год назад. Любой ценой стремилась отделаться от собеседников, пыталась как можно больше времени проводить в одиночестве. Ей это нравилось, она сознательно отталкивала от себя людей. Это позволяло сэкономить время, не тратить его на пустые разговоры, заниматься полезными вещами в любую свободную минуту.