Арина Остромина – Небо под ногами (страница 27)
По дороге в школу разговорить Крию было невозможно, но после уроков она оживала и становилась больше похожа на себя прежнюю. На обратном пути они играли в деревья – в игру, которую Крия придумала несколько недель назад.
– Смотри, вот я! – кричала Крия, коснувшись мощного ствола, уходившего в небо. – Я тут стою уже сто лет; это мой родной дом, я тут главный! Я орднокс – это моё название. Мы, ордноксы, живём большими семьями. Вот стоит моя сестра, рядом со мной! – Крия подталкивала Эйну к следующему дереву и шептала: – Это ты! Давай!
Эйна подхватывала игру:
– А вот я! Я тоже орднокс, я сестра главного орднокса; мы уже сто лет живём вместе, вот в этом доме!
Они вскидывали руки и плавно покачивали ими, как ветвями, и руки их иногда переплетались, как будто они и правда деревья, и Крия улыбалась, забыв о своих печалях.
Дневные прогулки стали короче: холода ещё не наступили, но темнело всё раньше, и Крия не хотела играть на детской площадке, хоть и ярко освещённой фонарями. Иногда вместо парка они просто ходили по улицам. Эйне нравилось забредать в незнакомые переулки, а Крии нравилось показывать Эйне город.
Однажды они остановились перед витриной книжного магазина. Эйна и раньше видела такие магазины, но стеснялась заходить в них. Через стекло она смотрела на ценники и понимала, что думать о покупке книг ещё рано, сначала надо одеться и обуться. А Крию не интересовали цены: она любила книги и потащила Эйну внутрь.
Раздался мягкий перезвон, и Эйна удивлённо подняла глаза. Над дверью висел самый настоящий колокольчик – из желтоватого металла, крупный. Эйна видела такие на картинках.
– Зачем это? – спросила она у Крии.
– Ну, это как будто старинный магазин. Так бывает. Смотри, тут всё такое необычное!
И правда, Эйна ещё нигде такого не видела. Книги стояли на полках и лежали на деревянных столиках с резными ножками – несовременных, напоминающих о прежнем мире. А на потолке вместо плоских светящихся панелей торчали грубые металлические крюки, с которых свисали на чёрных цепочках чаши из разноцветного стекла. В каждой горел огонёк, и чаши слегка покачивались, отчего по всему помещению метались разноцветные отсветы.
Пока Эйна любовалась необычными светильниками, Крия остановилась у полки с детскими книгами, выбрала самую красочную и погрузилась в чтение.
К Эйне подошёл седой старик в чёрной бархатной куртке. Вернее, это Эйна решила, что она бархатная, – ткань казалась ворсистой, как будто поглощала свет, и Эйна подумала, что именно так должен был выглядеть бархат.
– Ваша сестра? – Старик кивком указал на Крию.
– Нет, воспитанница.
– А вы с ней так похожи!
– Спасибо! – Эйна почувствовала себя польщённой. Если её приняли за сестру Крии, значит, она выглядела как местные девушки, а не как наёмная работница.
– Любит читать?
– Очень!
– А вы?
– И я. – Теперь Эйна ощутила неловкость. «Наверное, он думает, что если бы я и правда любила читать, то листала бы сейчас книги, а не глазела по сторонам».
– А записывать любите?
– Что? – не поняла Эйна.
– Впечатления. О прочитанных книгах.
– Нет… Я не знаю! Не пробовала. – Эйна опять смутилась. Что за допрос он ей устроил?
– Возьмите! – Старик протянул ей небольшой изящный блокнот – на обложке на фоне светло-синего неба чернели ветки деревьев, сплетаясь в симметричные узоры.
– Что это?
– Подарок. Попробуйте писать о книгах. Мне кажется, вам понравится!
– Ну что вы! Я не могу его взять! Он же дорогой.
Старик улыбнулся:
– Это неважно. Пожалуйста, возьмите. Мне будет приятно.
В это время Крия закрыла книгу, обернулась к Эйне и сказала:
– Я хочу это купить!
– Как же мы это купим, у нас нет жетонов!
– Ну и что? Мы с Сириной покупали книги без жетонов.
– Как это?
Эйна растерянно посмотрела на старика, и он объяснил:
– По родовому имени и адресу. У нас так принято.
Крия продиктовала старику:
– Два сто пять, проспект Труда, дом двести семьдесят восемь.
– Я помню, вы у меня часто бывали. Давайте, я упакую.
Старик завернул книгу в тонкий бумажный лист, на котором были нарисованы такие же ветки, как на блокноте. Девочки попрощались со стариком и вышли на улицу. Уже подходя к дому, Эйна опустила руку в карман пальто и наткнулась на что-то твёрдое. Блокнот! Она совсем забыла, что хотела отказаться от подарка! Крия её отвлекла, и Эйна машинально опустила блокнот в карман. Ничего страшного, можно будет завтра вернуть его в магазин.
В гостиной их встретил Кортан. Он улыбался, шутил, а когда Эйна спросила, почему он такой весёлый, ответил, что у него на работе решилась давняя проблема и теперь ему больше не нужно оставаться там допоздна каждый день.
Крия почти всегда перенимала настроение брата: грустила, когда Кортан ходил мрачный, и смеялась, когда он улыбался. Вот и теперь она весь вечер смеялась, тормошила Кортана, бегала по гостиной. Родители опять уехали, Распорядительница Альфия сидела в своём кабинете, и Эйна не одёргивала Крию, а только наблюдала за её играми с братом.
Потом Крия утомилась, села на диван рядом с Эйной и достала новую книгу. Похвасталась Кортану:
– Смотри, это я сама купила!
Кортан вопросительно посмотрел на Эйну, и она кивнула:
– Да, мы зашли в магазин, и Крия сама выбрала книгу. И с хозяином сама договорилась.
– И наверняка даже не спросила цену, – рассмеялся Кортан.
– Ой! – Крия испуганно посмотрела на брата и прикрыла рот рукой.
– Повезло тебе, что я первый узнал! Я сам заплачу. Скажу родителям, что это мой подарок. Не переживай.
Немного полистав книгу вместе с Кортаном, Крия дошла до той страницы, на которой остановилась в магазине, и стала читать дальше. Чтобы не сидеть молча, Эйна спросила Кортана:
– А что там за проблема была у вас на работе?
– Вам и правда интересно? – удивился Кортан.
– Ну, если это не слишком сложно, – улыбнулась Эйна.
– Ладно, попробую объяснить попроще! Мы строим прототип нового двигателя…
– Так… Извините! А что такое прототип?
– Модель. Образец.
Эйна кивнула, и Кортан продолжил:
– И когда мы его собрали, один узел не работал.
– Узел? В каком смысле?
– Часть двигателя. В сложных конструкциях части называют узлами.
– Ясно. Ой, смотрите, Крия заснула! Надо её разбудить, чтобы она умылась и переоделась!
Но Кортан не согласился:
– Знаете, я в детстве терпеть не мог, когда меня вот так будили и заставляли переодеваться! Это очень неприятно. Пусть так поспит. Я отнесу.