Арина Остромина – Небо под ногами (страница 15)

– Понятно. Знаешь, у нас в приюте тоже был тайник.

Эйна замолчала, нащупала рукой шнурок, который охватывал шею и прятался под платьем. Рядом с дырявым камушком на этом шнурке сейчас висел ключ от квартиры. Эйна вспомнила, как началась её дружба с Валитой. Если бы не анонимные записки, которые она писала Валите от имени вымышленного поклонника и незаметно прятала в тайник – углубление в кирпичном заборе, рядом с калиткой, – Эйна бы так и оставалась изгоем.

– Расскажи! Что за тайник? – прервал её воспоминания голос Крии.

– Мы там оставляли вещи, которые нам не разрешали проносить в приют.

– А кто не разрешал? И почему?

– Наставницы. Это примерно как детские помощницы, только у меня одна воспитанница – это ты, а у них – по тридцать. И они нам говорили, что можно делать, а что нельзя. У нас были правила.

– И вы всё делали по правилам? Слушались наставниц?

– Ну, не всегда. Если бы слушались, то и тайник бы не понадобился. Мы иногда находили на улице что-нибудь хорошее: расчёску, например, или зеркальце, или мячик. А в наших спальнях наставницы проверяли, что у нас в тумбочках лежит. Если находили что-то лишнее, наказывали.

Крия замедлила шаг, повернулась к Эйне и крепче вцепилась в её руку:

– Что, правда? Наказывали за зеркальце или мячик?

– Правда. Мы так жили.

– А в школе? Там тоже такие строгие правила были?

– Нет, в школе за нами не следили и вещи наши никто не проверял.

– Значит, вы с девочками из приюта хотя бы в школе нормально себя чувствовали! – обрадовалась Крия.

Но Эйна грустно улыбнулась:

– Нет, Крия. У девочек из приюта не было никакой школы. Училась только я одна.

– Как это? Разве так бывает? А остальные почему не учились?

Эйна вздохнула: как же сложно было объяснить ребёнку из Второй зоны, по каким правилам жили в Третьей! Но она попыталась. Рассказала, что сирот никто не готовит к вступительным испытаниям, поэтому они не могут попасть в школу.

До самого дома Крия молчала. И только после обеда, по дороге в парк, она сказала:

– Это нечестно. И неправильно. Ты же говорила, что после приюта девочки идут работать на завод или на фабрику, да?

– Да.

– И очень глупо, что их не учат читать. Они бы лучше работали, если бы могли читать всякие инструкции.

Эйна невесело улыбнулась:

– Кто же им даст инструкции… У работниц только одно правило: чётко выполнять приказ мастера.

До самого вечера Крия ходила задумчивая и вздрагивала, когда Эйна обращалась к ней с вопросами, – как будто её оторвали от важных мыслей.

Когда Эйна села рядом с кроватью Крии, чтобы почитать ей сказки перед сном, Крия забрала книгу, отложила в сторону и сказала:

– Давай лучше поговорим.

– Давай. О чём?

– О твоём приюте.

Эйна вздохнула. Сейчас Крия разволнуется, не сможет быстро заснуть, утром будет плохо соображать и не сможет нормально заниматься в школе. А виновата в этом будет Эйна!

– Может, лучше в другой раз? Тебе уже спать пора.

– Ну хоть немного! Расскажи, почему ты поступила в школу, а другие нет.

– Это долгая история. Давай я тебе коротко отвечу, а потом всё-таки сказки почитаем.

– Хорошо. – Крия приподнялась на кровати, села перед Эйной, взяла её за руку и приготовилась слушать.

– Пока я жила с родителями, они всегда говорили, что надо учиться… – начала Эйна.

Она старалась говорить тихо, размеренно, как будто читала Крии вечернюю сказку. И это подействовало, через несколько минут Крия сползла на подушки, устроилась поудобнее и заснула.

На следующий день Эйна снова стояла перед школой среди других девушек. Заметила помощницу Тины и решилась подойти к ней – та стояла одна и смотрела куда-то в сторону.

– Здравствуйте! Я Эйна. Наши воспитанницы дружат, я вчера видела, как вы уводили Тину.

– Здравствуйте. Да, я тоже вас видела вчера. Я Фризия.

– Очень приятно, – сказала Эйна, она надеялась продолжить разговор.

Но Фризия даже не ответила, только холодно кивнула и отвернулась. Когда из школы выбежали дети, Крия снова постояла во дворе с Тиной, прежде чем подойти к Эйне.

– Ну как, решили насчёт тайника? – спросила Эйна.

– Да, мы всё придумали! Будем писать записку с каким-нибудь своим секретом и добавлять к ней маленький подарочек. Конфету, например. Или карандашик. Или игрушку. Получится, что каждая из нас будет один раз в неделю делиться чем-то важным.

– А место выбрали?

– Нет ещё! Давай сегодня сходим в тот парк, где много качелей. Тина тоже туда ходит со своей помощницей. Где-нибудь под деревьями найдём место.

– Хорошо, сходим.

Крия больше не хотела говорить о тайнике, она отвернулась, подпрыгнула и поймала рукой жёлтый лист, медленно кружившийся в воздухе.

– Смотри! У меня получилось! А ты так можешь?

Эйна попыталась сделать, как Крия: прыгать, вытягивать руки, рывком бросаться к падающему листку, – но он как будто уворачивался и ускользал из-под пальцев.

Запыхавшись от резких прыжков, девочки добежали до дома, а там их ждали обычные дневные дела: рисование, обед, уроки. Потом – прогулка в парке, где они облазили каждый куст и каждый камень, чтобы найти подходящее углубление для тайника: не слишком высоко и не слишком низко, не большое и не маленькое. Но так ничего и не выбрали.

У Крии испортилось настроение от этой неудачи, и Эйна хотела её отвлечь. А заодно и расспросить о том, что её давно интересовало.

– А расскажи мне о своей школе. С чего здесь начинается учёба? Ты помнишь?

– Конечно, помню! Я же только прошлым летом пошла в школу. У нас тоже было испытание. Наверное, такое же, как у вас.

– А что вы там делали?

– Сначала нам дали текст. Надо было прочитать вслух. Потом писали своё имя и родовой номер – у меня он Два сто пять.

– Хороший номер, легко выучить!

– Да. И потом ещё картинку рисовали.

– А что рисовали? Сами решали?

– Это я не помню. Кажется, нам сказали нарисовать себя в школе. Но если не хотим, можно и что-то другое.

– А ты что нарисовала?

– Я – школу, перед ней большое дерево, а под ним несколько человечков.

– А ты сама училась рисовать? Или тебе кто-то показывал, как надо?

– Ну, папа мне сначала говорил, как надо. Но у меня ничего не получалось. А потом Сирина мне показала. Тогда я поняла, чего они от меня хотят.

– Крия, а ты знаешь – приняли всех детей, которые пришли на испытание? У вас вообще все дети в школе учатся?

– Учатся точно все – это мне папа говорил. Но школы не все одинаковые. Кто хуже всех прошёл испытание, тех в нашу школу не взяли. Есть другие школы, там проще учиться. Но после них в гимназию не берут, поэтому туда никто не хочет идти.