Арина Малых – Сердце на холсте (страница 3)
– В том-то и дело, что нет. Эффект получается далеко не у всех. Считается, что только у настоящего художника есть такая способность, а если таланта нет, то картина не оживет. Поэтому мы и переживаем…
– Уверен, что у вас все получится. Я видел, как вы рисуете – очень круто.
– Спасибо. Но дело не в крутости. Не в достоверности и даже не в технике. Дело в душе. Художник как бы передает свою эмоцию, чувство, частичку души картине…
– Эдак можно все по кусочкам раздать, – ухмыльнулся Толик.
– Душа бесконечна, – философски произнесла Милана.
– Да, – воодушевленно подхватила Ася, – чем больше отдаешь, тем больше она становится.
– А если, допустим, придет человек, расположится рядом с академией и будет рисовать, у него может картина ожить?
– Некоторые пытались. Ничего не получилось, – Ася махнула рукой.
– А жить где?
– Есть общежитие для студентов с очень хорошими условиями. Каждый живет в своем отдельном номере.
– Ого.
– Есть кафе и даже бассейн.
– Еще стипендию приличную платят, – вставила Милана.
– И когда там этот конкурс? Ну вступительный тест?
– Завтра.
– Да, поэтому нам надо подготовиться, – поджала губы Милана. – Ты иди.
– А как готовиться-то?
– Морально, – отрезала Милана. – Давай иди. Тебе пора.
– Ладно, – Толик пожал плечами и медленно направился в сторону магазина.
Проводив его взглядом, Ася проговорила:
– Зачем ты его отшила?
– Надоел.
– Да еще так грубо.
– Как обычно.
– Он просто поинтересовался нашими планами.
– Этот долбоносик последние два года интересуется моими планами, – огрызнулась Милана и сложила руки на груди. – Задолбал. Ходит за мной, как хвостик.
Ася пожала плечами.
– Просто ты ему нравишься.
– А он мне нет.
– Тебе никто не нравится.
– Иногда кто-то нравится. Но только на короткое время и не слишком трепетно. Ну ты знаешь. – Она зевнула, прикрыв рот ладонью. – И вообще, я парням не доверяю. Говорят одно, делают другое, думают третье. А хотят… сама знаешь чего.
Вздохнув, Ася взяла распустившуюся косу и стала заплетать.
– Нет резинки? Моя куда-то делась.
Милана достала из кармана рюкзака резинку и дала подруге.
– Все они одинаковые. Поржать, выпить, курнуть, запудрить мозги и воспользоваться твоим доверием. А потом делают вид, что ничего не было. Или еще хуже – хвастаются всем, что что-то было.
– Насколько мне известно, с тобой ничего подобного никогда не происходило…
– Конечно! Потому что я никого к себе близко не подпускаю. Все эти придумки про любовь – полная чушь. Если и вступать в отношения, то надо понимать, что это ненадолго. Так… Хорошо провести время.
Ася вздохнула. Милана чуть ее толкнула в плечо.
– Да что говорить! Ты же сама попала в ситуацию. Сколько прошло? Три месяца?
– Четыре.
– Влюбилась, доверилась – и что? Оказался сволочью!
– Да, это грустная история.
– А я тебя предупреждала. Не влюбляйся, не придавай этим отношениям большого значения. Повстречались, побыли вместе, и все. Не привыкаешь. Не доверяешь. Но ты не слушала. Все твердила: он хороший, заботливый. Он меня любит. Ага! С хрена ли. Сколько он был хорошим и заботливым? Две недели?
– Три…
– Вот. И оказался тварью.
Милана замолчала. Призывно звякнул мобильный. Она достала телефон и настрочила сообщение. Сунула обратно в карман и пояснила:
– Михунчик опять пишет. Предлагает завтра нас отвезти на машине.
– Мне кажется, на электричке спокойнее. На машине мы можем попасть в пробку и опоздать.
– Если выехать пораньше, то нормально доедем. Он все равно завтра в Москву собирается, вот нас и отвезет. Конкурс в одиннадцать. Регистрация в десять. Можно выехать в шесть – шесть тридцать, чтобы с запасом.
– Ну не знаю…
– Я уже ему написала, чтобы в шесть за нами заехал.
– Ладно.
– Идем домой?
Ася взяла папку с рисунками, встала и направилась к серо-коричневой пятиэтажке. Милана достала мобильный, проверила сообщения и сунула в рюкзак. Накинула лямку на плечо, подхватила свой этюдник и поспешила за подругой.
Красное солнце медленно опускалось, утопая в нежно-розовых облаках. Заканчивался еще один летний день.
Милана открыла дверь, быстро скинула кеды и проскользнула в маленькую комнату.
– Эй! Милка! – крикнул с кухни худой мужчина со всклокоченными седыми волосами. Он был в грязной майке и растянутых тренировочных штанах. Сидел на стуле, положив ноги на стол, и курил. – А ну, иди сюда!
Милана пришла на кухню, наполненную вонючим дымом. Открыла окно и грустно посмотрела на отца.
– Садись, – приказал он, убрал ноги со стола и налил в стопку водку.
– Опять бухаешь…
– Я смену отпахал, теперь три дня дома. Мне можно.
– Ты знаешь, что мне это не нравится.
– А мне нравится, – гоготнул отец. – Хочу, чтобы ты со мной посидела. Одному скучно.
– Мне надо заниматься, – возразила Милана. – Завтра очень важный день. Тест в академию.
– Ага. – Он опрокинул стопку и мутными глазами уставился на дочь. – Че за академия?