Арина Бугровская – На исходе земных дорог (страница 57)

Выбрал. Двигался и смотрел. А мысли кружились и вертелись.Где только с ними не побывал, пока по полю шёл.

Сначала попробовал посчитать, сколько дней их компания бродит,как неприкаянная, в новом мире. Считал-считал – не сходились дни с пальцами.Недели две, прикинул и успокоился. Пусть молодые считают. Надо только имподсказать. А то жизнь проходит без какого-либо календаря. Так и лето пролетит,осень наступит, а они и не подготовятся ни к чему.

Где жить? Надо хоть какие-нибудь землянки построить дляначала. Землянки! Во, сказанул. Тут хоть бы одну.

Для себя он за всю свою жизнь только один дом и построил.Правда, хороший. Просторный, светлый. С высокими потолками и широкими окнами.Для сына старался, для внуков.

Так-то он всю жизнь по строительству. Знает в нём толк. Но тодля других. А когда подкопил деньжат, то и себе задумал. То есть для сына ссемьёй. Они там и остались, а он в стардом пошёл.

Не-е… На сына он не обижается. Что он, без понятия, что ли? Необижается потому, что не мужское это дело стариков дохаживать. Он понимает. Аневестке он и даром не сдался. Всё верно.

Он, конечно, ещё не старый был, мог бы пожить на свободе, давот… негде.

И это правильно. Что ж им, молодым, ждать, когда старик всвоих хоромах ноги протянет? А если бы долго ждать пришлось? А им когда жить?Нет, всё верно. Он и ушёл. Сам пошёл в стардом оформляться.

Некоторые качали головой, мол, нехорошо получилось. Да ну!Дурь всё и бабские охи. Всё правильно. Он мужик, он старик, он так привык.По-другому жить даже не хочет.

А уже после в стардом приехали люди в костюмах. Оказалось,за ним. И во куда перекинули!

Невестка как узнала, всю плешь проела, поменяемся, мол. Даон и не против был. Что он, не понимает? И правда, если посудить, для чего его,старика, выбрали? Это молодым строить новую жизнь. А он со старой жизнью быостался. Согласился меняться.

Вот невестке и пришлось последние дни по кабинетам побегать.И его за собой потаскать, мол, старик сам отказывается в пользу сына с семьёй. Ичто удивительно – ни в какую. Твердили одно, мол, выбрали деда, замены не будети точка. Скажи-ка, что получилось! Дед и сейчас удивлённо качал головой.

Не думал, ни гадал, что в новом мире так. Думал тут, как накартинках, небо в какой-нибудь технике, между высотками инопланетяне бродят, аполучилось, как в первобытном мире.

Но компания подобралась душевная. Жалко до слёз. Хоть Анюткувзять… Вот где она? У старика защипали глаза…

Когда стало смеркаться, дед повернул на далёкий огонёк. Ни счем…

Вдруг в овраге закопошилось… Как волк… Никак рвёт кого-то…

Сердце деда Матвея едва не оборвалось. Как ноги не устали, атут сами побежали. Круглые от ужаса глаза заслезились от напряжения. Лишь когдадобежал, облегчённо вздохнул – нет человека.

Серый щенок скулил, прижимался к трупику собаки.

- Ай ты, горемыка, - пожалел старик.

Взял на руки. Тот маленький, только глаза открыл, кряхтит, острои приятно пахнет собакой.

- Ну пойдём… С нами жить будешь.

Закинул за пазуху, тот затих.

- Глянь-ка, бабка смотрит, - сказал то ли себе, то ли щенку.– Выглядывает. А мы с тобой одни. Расстроится…

Когда показал щенка бабуле, та усмехнулась:

- Хорошая будет собака. Как назвал?

- Дети пусть называют. А пока так… без имени.

Глава 79

Анютка бежала по лесу. Вначале он казался хмурым инеприветливым. Это когда она в него ещё не ступила. А потом…

Такого сказочного и уютного леса она ещё не видела. Правда,она вообще леса не видела и не бывала в нём. Только в парке. Но ведь в книжкахна картинках тоже считается?

Так этот оказался ещё чудеснее, чем в книжках.

Деревья высоко-высоко поднимались в солнечное небо. Сверхуони своими кронами образовывали причудливые арки. Внизу, между толстымикорнями, было множество тропинок. Кругом цветы, ягоды, грибы. И любопытныеглазки. Это из кустов на неё поглядывали лесные обитатели. Анютка не видела, нодогадывалась, что там прячутся всякие зайчики, белочки и косули. Они бы к ней вышли,но слишком робкие.

Но ей некогда смотреть по сторонам. Она не должна отстать отшара. Он ей показывал дорогу.

Когда начался ураган, то ветер отнёс её, как пушинку, нанепонятное место и там бросил. Она не ударилась. Просто лежала некоторое время,пытаясь понять – это всё? Или её дальше понесёт? Но, похоже, всё. Она встала иосмотрелась. Кругом пусто. Нет, там была трава, были кое-где кусты, сверхуползли дождевые тучи, но людей не было совсем. Только Мыша крепко зажата впальцах. Она её не бросила. И Мыша её не бросила. Но куда идти?

Анютка долго-долго вертелась на месте. Потом долго-долгопыталась не заплакать. Вспомнила мамочкины слова - если будет трудно, Мышапоможет. Вот Мыша и осталась с ней, чтобы помочь.

Анютка села прямо на мокрую траву, хорошо, что костюм непромокающий, положила Мышу себе на колени и стала её успокаивать. Мыше ведьтоже страшно. И Мыша уже промокла.

Вдоль серого живота Мыши тянется молния-застёжка. Это длякрасоты, давно уже поняла Анютка. Раньше думала, что внутри что-то есть,пыталась открыть, но не получалось. Потом догадалась, что для красоты. Теперьпальцами машинально подёргала замочек. И тот чуть поддался. Его что-то держит.Анютка поднесла Мышу ближе. Там в замочке нитка застряла. Надо её как-тоубрать. Жаль, что пальчики неловкие, никак не зацепят нитку.

Но сбоку от Анютки что-то затеплилось золотым. Солнышко? Девочкаоглянулась. Вау! Это не солнышко.

Это было похоже… на колобок? Девочка от удивления вскочилана ноги. Похоже, конечно. Но колобки только в сказках водятся. А тут…

Золотой шар медленно катился по воздуху. Конечно, зачем емупо грязным лужам катиться?

- Эй, - позвала Анютка. Вдруг отзовётся?

Но шар продолжил свой полёт. Стало неловко, что поверила вколобка и разговаривает, как дурочка, с ним. Но ведь никто не узнает.

Анютка бросилась наперерез, старясь рассмотреть глазки. Носветящийся шар слепил - глазки и всё остальное не разглядеть. Не колобок это,конечно. А вот хвостик сзади угадывался. И ещё угадывалась какая-то жизнь.Непонятная, но что-то в нём явно шевелилось.

Этот шар так уверенно летел, словно знал куда. Может, и ейтуда надо?

- Побежали, Мыша, за ним.

Так, вслед за шаром, Анютка с Мышей и оказались в лесу. Кактолько первые деревья остались позади, солнышко разогнало тучи и засияло навесь лес. Хорошо.

Анютка оглянулась. Далеко уже забежали. Как бы незаблудиться. Пока виден выход из леса, виден и путь, который она проделала, ношар ведь не думал останавливаться. А если она дальше побежит, то можетзапутаться.

- Эй, - снова позвала Анюта. – Постой!

Тот поиграл цветами внутри себя, но не остановился.

– Мы с Мышей столько бежали, а он нас совсем не жалеет! -удивилась девочка такому равнодушию.

Анютка догнала шар и дёрнула за хвостик, желая его чутьзатормозить. И тут же из него заструилась нить и легла на землю. Девочкапохлопала глазами, шепнула Мыше:

- Так-то лучше - дорожка получается.

Теперь можно не опасаться заблудиться, и Анюткапочувствовала себя уверенней.

А шар полетел дальше, по-видимому, нисколько не страдая, чтоза ним потянулся золотой след.

- А-а! Я поняла! На самом деле это клубок.

Внезапно из-за кустов вышла девушка с полным лукошком ягод.Заулыбалась:

- А я услышала шум, думаю, надо гостей встречать.

Анютка поздоровалась.

- Заходи ко мне.

Анютка замотала головой. Она помнила наставления мамы - снезнакомцами и незнакомками нельзя разговаривать, какими бы красивыми они небыли.

Девушка продолжала улыбаться:

- Я пирогов испеку. С малиной и голубикой. Пойдём.

Но Анютка отвернулась и побежала дальше. Девушка ей непонравилась.

Внезапно лёгкое настроение испортилось. Что же это она?Потерялась, бегает по незнакомому лесу и радуется непонятно чему.

Огляделась, а лес уже и не такой приятный, как был вначале.Потемнел. Тут и там огоньки мелькают. Что за огоньки? Ночь скоро? Это сколькоже она бежала? И совсем не чувствовала усталости. А теперь силы враз покинулидевочку. Она едва шла.

Сбоку мелькнуло… Оглянулась. Ребёнок смотрит из-за дерева.Анютка всегда любила малышей. Но теперь поспешила дальше. Стало страшно.