Ариэль Уайт – Нерушимые Клятвы (страница 7)
В этот момент меня охватывает невероятная благодарность к старшему брату.
Потому что, какой бы сильной и стойкой я ни была в обычной жизни, рядом с этой холодной, жестокой женщиной я будто возвращаюсь в далекие детские годы и вновь ощущаю всю степень своей неотвратимой ничтожности.
Мать усмехается, сложив руки на груди.
– Ну как хотите. Но помни, если ты что-то себе сломаешь, ухаживать за тобой я не буду.
Грудь начинает подрагивать, а в животе возникает щекотка. Не удержавшись, я взвизгиваю и начинаю громко хохотать, утирая брызнувшие из глаз слезы.
– В этом уж точно никто не сомневается, мама, – все же выдавливаю я и, кивнув Джейку, выхожу на улицу.
Мы сбегаем по главной лестнице и широким шагом направляемся к подъездной дорожке. Всю дорогу до ворот никто из нас не произносит ни слова. И я очень этому рада, потому как обсуждать подобные ситуации слишком трудно. Да и, в общем-то, бессмысленно. Мы оба знаем, какого мнения обо мне мать.
Преодолев высокие кованые ворота, я оглядываюсь, замечая неподалеку черный «Шевроле» с откинутой крышей, за рулем которой сидит какой-то неизвестный мне парень. И выглядит он ну очень странно. Бородатый, волосатый и просто огромный!
Нет, правда, я не знаю, как он вообще вместился в такую маленькую машинку.
Даже при моем росте в 173 сантиметра я выгляжу на фоне этого шкафа букашкой. Навскидку он не ниже 195 сантиметров, а может, и того больше. Парень одет в графитовые брюки-карго и светло-серую свободную футболку, которая облепляет его массивные плечи и демонстрирует отличный вид на забитые татуировками предплечья.
Черт, я тоже хотела бы сделать тату. Но мне не хочется бить что попало из вредности или протеста. Я хочу увековечить на своем теле что-то действительно значимое и важное для себя. Но пока ничего подходящего мне в голову не приходило.
Его длинные русые волосы убраны в тугой пучок на затылке. Глаза прикрыты черными очками Rey Ben и сосредоточены на экране мобильника, пока он увлеченно строчит в нем сообщение.
Как только мы подходим ближе, парень открывает взгляд от телефона и снимает очки, растягивая губы в улыбке.
– А вот и вы! Я уж думал, ты струсил, Джеймс Бонд.
Он подмигивает брату, протягивая руку для рукопожатия. А затем медленно переводит теплый взгляд кофейных глаз на меня, и я теряюсь в пространстве.
По коже разбегаются мурашки, а сердце принимается гулко стучать в висках.
Температура тела стремительно повышается: шея, лицо и даже уши вспыхивают огнем, и я сжимаю руки в кулаки, физически удерживая себя от желания прижать их к горящим щекам.
Похоже, меня знобит. Может, это температура? Лихорадка? Инфекция? Что, черт возьми, со мной происходит?!
– Джем, знакомься, – это Крис, мой друг.
Парень вновь улыбается, и в уголках его красивых глаз появляются небольшие морщинки. По какой-то неизвестной мне причине, у меня вдруг возникает непреодолимое желание провести по ним пальцами. Как хорошо, что из-за силы сжатия кулака к ним вот-вот перестанет поступать кровь и они, вероятно, отвалятся.
Видимо заметив мой ступор, здоровяк вскидывает брови, а в карих глазах проскальзывает тень усмешки. И я вдруг прихожу в себя, издав короткий смешок.
Его улыбка становится еще шире, демонстрируя ряд ровных белых зубов.
– Что тебя так насмешило, мелочь?
– Меня насмешило твое имя,
Здоровяк распахивает рот в изумлении, а в следующую секунду он запрокидывает голову и начинает громко смеяться. От его низкого, бархатистого хохота по моей коже пробегают мурашки, но я намеренно игнорирую их.
– Не думал, что ты юная сексистка, Джемма Левон. Уверен, твоя подруга – отличная девчонка, но ее вряд ли зовут точно так же, как и меня. Я – Кристофер Фостер.
Парень протягивает мне руку. Я великодушно подаю свою ладошку в ответ, но он внезапно переворачивает ее тыльной стороной кверху и прижимается своими губами.
Его внушительная густая борода слегка щекочет кожу и оказывается совсем не жесткой на ощупь, а даже вполне приятной. Настолько приятной, что мне, кажется, совсем не хочется отстраняться от его прикосновения.
Сжимаю зубы, ощутив, как внутри нарастает буря, и запихиваю несвоевременный анализ ситуации подальше, выдавая привычную беззаботную ухмылку.
Парень прикусывает губу.
– Вероятно, тебе снова есть, что мне сказать?
– Эм… – перевожу взгляд с него на брата и назад. – Вообще-то да. Это было немного странно. Ты из какого века к нам попал с такими манерами?
После моих слов хохотать начинают уже оба парня.
– Не поверишь, но он из двадцать первого! Давай, запрыгивай, острячка, пока вслед за машиной бежать не пришлось!
Брат подхватывает меня под руки и одним рывком закидывает на заднее сиденье машины, словно мешок с картошкой. Встрепенувшись, подрываюсь на ноги и тычу в него пальцем, источая чистое зло.
– Подлый засранец! Вот твои манеры уж точно остались на уровне пещерных людей!
Проигнорировав практически развязанную мной войну, парни усаживаются на передние сиденья, и мы неспешно выдвигаемся в пункт назначения.
Глава 5
– Чертова бюрократия! – ругнувшись себе под нос, вылетаю из кабинета секретаря.
Моя попытка поменять основную дисциплину с истории на иностранные языки с треском провалилась. Как сказала Мэри, наш университетский секретарь: «Надо было раньше думать».
Легко ей говорить! Да если бы я знала, кто окажется моим преподавателем на ближайшие четыре года, духу моего здесь не было бы!
Но ладно. В конце концов, бежать от проблем – значит сдаться и прогнуться под их тяжестью. А это уж точно не про меня!
Гордо вздернув подбородок, продолжаю дефилировать по коридору и ускоряю шаг в тот самый момент, когда прямо на меня налетает взбудораженная Джулс. Ее глаза горят как два факела, а щеки буквально трескаются от широчайшей улыбки.
– Джемма! – она орет мне в ухо, и я усмехаюсь.
– Господи, ты чего так голосишь, я же стою прямо перед тобой!
– Прости, прости, – говорит уже тише, пыхтя от спешки. – Просто у меня супер новости! Моя сестра достала нам билеты на вечеринку в это воскресенье!
Мои глаза расширяются, пока сердце понемногу ускоряет свой ритм.
– На ту самую? «WS?»
Девчонка энергично кивает, почти подпрыгивая на месте от удовольствия, и я полностью разделяю ее чувства.
– О господи, это невероятно! Но как?
Волнительное ликование моментально заполняет меня до краев, решительно оттесняя назад прочие глупости и мелкие неурядицы.
– Ой, не спрашивай. Это было очень нелегко! – Джули закатывает глаза, слегка покачивая головой, а затем резко становится серьезной и прихватывает меня за локоть. – И еще. Лиза взяла с меня обещание, что нас никто не узнает. Вечеринка строго с двадцати одного года, а там вполне вероятно, будут знакомые наших семей, и если мы спалимся, нас заберут в участок, а ее уволят!
На последних словах Джулс переходит на едва слышный шепот, и мне приходится повернуться к ней правым ухом, чтобы лучше расслышать слова.
– Так что, она сделала нам фейковые пригласительные и документы. А наша задача – хорошо загримироваться.
– Господи, твоя сестра – святая! А насчет грима не переживай. Я уже придумала себе образ, и в нем меня не узнает даже родная мать!
Джули расплывается в улыбке.
– Да, Лиза такая. Но не забудь, что с тебя билеты на зимний «Гала». Она ярая фанатка Эда Ширана, а он только там и выступает.
– Помню, помню, подруга. Все будет.
Поправив сумку на плече, дважды киваю, а затем подхватываю блондинку под руку, устремляясь в сторону учебного корпуса.
Последней парой на сегодняшний день оказывается физкультура. И, на мое счастье, вместо душного спортзала мы отправляемся на просторный стадион.