Ариэль Уайт – Люби меня (страница 18)
Спустя некоторое время, уходят последние отблески света, и все пространство заполняется таинственной темнотой. Развернувшись, я уже собираюсь выдвигаться в направлении лагеря, как вдруг, слышу шорох в кустах неподалеку. По закону жанра всех типичных ужастиков я начинаю медленно продвигаться к источнику шума, тихо посмеиваясь себе под нос.
Но я не в кино, и мы в горах. Вряд ли маньяки и извращенцы скрываются здесь. Иначе им пришлось бы поджидать свою добычу месяцами!
– Кто здесь?! – спрашиваю я, но в ответ, естественно, слышу тишину.
Подойдя ближе, я глубоко вдыхаю, коротко выдыхаю и резко дергаю ветки кустарника в сторону.
А в следующую секунду, облегченно прыскаю от смеха.
В траве под кустом копошится маленький серый ежик, который, видимо, прогуливался в поисках необходимого провианта, а возможно, так же как и я направлялся в свою ночлежку. Я снова расслабляюсь, выпрямляюсь и, собрав свой честно накопленный хворост, выпавший из рук во время моего, детективного мини расследования, собираюсь в путь.
Как вдруг, кто-то тяжелый налетает на меня сзади, грубо обхватывает мое тело огромными руками, и накидывает на голову темный, вонючий мешок. Я начинаю вырываться и кричать. Из глаз брызгают предательские слезы, а в голове набатом стучит одна единственная мысль:
– ПОМОГИТЕ! КТО-НИБУДЬ!
Кричу, задыхаясь от страха и боли в стиснутых ребрах, но мой похититель только злобно рычит и крепче сдавливает и без того онемевшие конечности. Я стараюсь держать глаза открытыми, несмотря на темный мешок на лице, но заливающие взор слезы лишают всякой видимости.
Слышу шорох и тяжелые шаги, приближающиеся к нам. В моей душе на секунду мелькает тень надежды на помощь, но уже в следующее мгновение она рушиться, разбиваясь на тысячи мелких осколков, когда тот человек, приподнимает мешок с моего лица ровно настолько, чтобы заклеить рот липкой лентой, а после заматывает чем-то мои руки и отстраняется.
От страха сердце долбит настолько яростно, что норовит проломить мне ребра. Тело пробивает озноб, а к горлу подкатывает тошнотворный колючий ком. Я начинаю сопротивляться из последних сил: брыкаюсь, царапаюсь, пинаю человека позади ногами. Но мой мучитель лишь тихо хмыкает, а затем закидывает меня на свое плечо, унося прочь. Он грубо сжимает своими руками мои бедра, больно впиваясь пальцами в кожу, от этого ощущения меня пробивает нестерпимая дрожь отвращения. Я знаю, что последует за этим.
Я задыхаюсь. Яростно тяну воздух носом, но он застревает на полпути, не проходя внутрь. Словно мою грудь придавила бетонная плита, не оставив и миллиметра пространства для маневра, а несчастные легкие, в попытке хоть немного сократиться, готовы разорваться от натуги в клочья. Перед глазами начинают мелькать черные пятна, а изо рта вместо криков вырываются лишь замученные рваные хрипы.
Но этому монстру, похоже, плевать. Даже если я сейчас отброшу концы прямо у него на руках. Он просто продолжает куда-то меня тащить, пока в какой- то момент мы не останавливаемся.
Человек резко скидывает меня с плеча, грубо поставив на ноги, и я взвываю от резкой боли, прострелившей лодыжку. Перед глазами все еще кружатся вертолеты, но я совершаю попытку тряхнуть головой, чтобы скинуть с себя эту тряпку. Человек, стоящий позади, хватает меня за шею, больно сжимая горло своей лапой и, дернув меня назад, злобно шипит совсем рядом с моим ухом:
–
Этот голос мне знаком, но понять, кто это я не успеваю, так как сразу после этого, меня грубо толкают вперед и я, на секунду почувствовав свободное падение, жестко приземляюсь на землю, сильно приложившись об нее головой.
Глава 13
– Эй, принцесса, открой глаза. Аврора. Аврора, мать твою! Ну, открой же ты глаза!
Слышу отголоски чьих- то слов, будто сквозь плотную толщу воды. Звуки глухие и нечеткие, а каждое слово отдает противным треском в висках. Пытаюсь открыть глаза, но тяжесть свинцовых век не позволяет разлепить их.
Человек рядом со мной продолжает звать меня по имени, переходя к физическому воздействию: начинает трясти меня за плечи и легонько шлепать по щекам.
– Мммм… – все, что мне удается выдавить, чтобы дать ему понять, что я пришла в себя.
– Фух, бля… мычишь, значит живая, – отзывается голос из темноты. – Я сейчас дерну скотч одним резким рывком, будет больно, но так эффективнее, потерпи, ладно?
И в следующий момент я ощущаю резкую жалящую боль на губах и щеках. Вскрикнув, зажмуриваюсь максимально сильно, в попытке удержатся и не зареветь. Но соленые дорожки горячих слез, все же вырываются из глаз, скатываясь по саднящей, обожженной коже.
Совершив усилие, я немного приоткрываю веки, и тут же морщусь от ощущения «песка» под ними. Вокруг стоит абсолютная темнота, но перед моим взором мелькают размытые, головокружительные блики. Кожа на лице горит и щиплет от соли, попадающей на раздраженные участки, и я прижимаю тыльную сторону ладони к щеке, стараясь унять эту боль.
– Эй… ты в порядке?
Услышав хорошо знакомый голос я, наконец, частично фокусирую зрение, и, взглянув наверх, сталкиваюсь с обеспокоенным взглядом моего спасителя.
Это и вправду он.
Этот хмурый бугай сидит на коленях в какой-то грязной, вонючей яме, посреди лесной чащи в полной темноте, практически держа меня в своих руках, и аккуратно утирает мои слезы большим пальцем своей руки.
И вдруг в мою ноющую от тупой протяжной боли голову, приходит жуткая мысль, которая заставляет желудок нервно скрутиться.
– Ты… это ты все устроил? – мне хочется крикнуть, но на деле, из меня выходит лишь тихий шелестящий хрип. Я пытаюсь дернуться и отстраниться от него подальше, но тело отказывается слушаться и сохраняет совершенную неподвижность.
Услышав мой вопрос, Джейк замирает.
Его лицо вытягивается, брови сходятся на переносице, а рот искажается в какой-то неопределенной шокированной гримасе. Синие глаза вспыхивают целой гаммой эмоций: от возрастающего недоумения до яростной злости и жгучей обиды. Он стискивает челюсть, поиграв желваками, а затем врезается в меня ледяным взглядом:
– Я еще могу понять, почему ты приписала такую тупую выходку мне, – говорит он, отчеканив каждое слово. – Я в курсе, какого ты обо мне мнения.
Мое тело вновь пробивает дрожь.
– Но то, что ты считаешь меня настолько тупым, чтобы сначала кинуть кого-то в лесу, а потом вернуться и «забрать» его оттуда! Вот это уже реально обидно.
Он пытается придать своему голосу насмешливо – ироничный тон, но я чувствую, что мое предположение задело его за живое. Внимательно присмотревшись, я, наконец, распознаю в его взгляде еще одну эмоцию, ускользнувшую от меня в первый раз.
И мне вдруг становится очень стыдно за свои глупые мысли и жестокие, беспочвенные обвинения в его адрес.
– Джейк, – хриплю, разражаясь удушливым кашлем.
Он, молча, достает из кармана небольшую бутылку с водой, и протягивает ее мне. Я отпиваю пару глотков, пока Джейк встает на ноги, а затем сгибаю свои в коленях, попытавшись занять сидячее положение, и протяжно взвываю. Дикая, острая боль простреливает от голени до самого колена, дыхание перехватывает, а травмированная конечность начинает дрожать.
– Что у тебя болит? Нога? – спрашивает парень, падая обратно на землю, и переводит обеспокоенный взгляд с моего лица вниз.
Я коротко киваю, плотно зажмуриваясь, и он начинает аккуратно ощупывать мою правую ногу. Как только его пальцы касаются распухшей лодыжки, я резко дергаюсь.
– Похоже на вывих или сильный ушиб. Но для более достоверной информации нужен рентген.
Говорит он, слегка погладив мою ногу, словно извиняясь, а затем, мягко укладывает ее на землю и, подскочив на ноги, осматривается по сторонам.
– Слушай меня внимательно, принцесса, – серьезным тоном изрекает он. – Я сейчас помогу тебе аккуратно подняться, ты встанешь тут с краю, и будешь крепко держаться за эту ветку, пока я вылезаю наверх. А потом я подтяну тебя к себе. Все поняла?
– Да, все ясно.
Он, аккуратно подхватывает меня за талию, приподнимает и переводит в стоячее положение. Я хватаюсь за нужную ветку, стоя на одной ноге и заворожено наблюдаю, как Джейк, за пару прыжков преодолевает всю высоту ямы, и быстро оказывается снаружи. Наклонившись вниз, он фиксирует меня под руками и вытягивает наверх.
Оказавшись на свободе, я сначала облегченно выдыхаю, а потом осматриваюсь и нервно сглатываю, внезапно образовавшийся в горле ком. Вокруг царит кромешная тьма. Даже звезд в небе практически не видно из-за густоты лесной чащи. Как мы найдем дорогу назад?! В каком направлении вообще находится наш лагерь?!
Я начинаю пошатываться, хватая ртом воздух, как рыбка, оказавшаяся на суше без капли влаги, и Джейк это, конечно, замечает. Он обхватывает меня за спину и под коленями и поднимает на руки, начиная уверенно шагать в неизвестном направлении.