Ариэль Дюрант – Век Людовика XIV (страница 128)
После присоединения Португалии к Испании (1580) активность португальской инквизиции возросла; за следующие двадцать лет было проведено пятьдесят autos-da-fé, 162 приговора к смерти и 2979 покаяний. Двадцатипятилетний монах-францисканец Диого да Ассумсао был сожжен в Лиссабоне (1603 г.) после того, как узнал о своем обращении в иудаизм. 5 Многие маррано, обнаружив, что португальская инквизиция более свирепа, чем испанская, переселились в Испанию. В 1604 году, дав взятку в 1 860 000 дукатов Филиппу III и меньшие взятки его министрам, они убедили короля получить от папы Климента VIII буллу, предписывающую португальским инквизиторам освободить всех заключенных маррано с помощью лишь духовных наказаний. За один день (16 января 1605 года) было освобождено 410 таких жертв. Но эффективность таких взяток со временем снизилась, и вскоре после смерти Филиппа III (1621 год) португальский террор возобновился. В 1623 году в маленьком городке Монтемор-о-Ново была арестована сотня «новых христиан». В Коимбре, культурном центре королевства, в 1626 году было произведено 247 таких арестов, в 1629-м — 218, в 1631-м — 247. За двадцать лет (1620–40 гг.) 230 португальских евреев были сожжены лично, 161 — в виде чучела, избежав наказания; 4995 были «примирены» с меньшими наказаниями. 6 Рискуя жизнью и бросая имущество, тысячи марранов бежали из Португалии, как раньше из Испании, во все концы света.
Подавляющее большинство сефардских изгнанников искали убежища в исламе и образовывали или присоединялись к еврейским поселениям в Северной Африке, Салониках, Каире, Константинополе, Адрианополе, Смирне, Алеппо и Иране. В этих центрах евреи подвергались политическим и экономическим ограничениям, но редко — физическим преследованиям. Евреи заняли видное место не только как врачи, но и в государственных делах. Иосиф Насси, марранец, был фаворитом Селима II и, став герцогом Наксоса (1566), получил доходы от десяти островов в Эгейском море. 7 Немецкий еврей Соломон бен Натан Ашкенази был послом Турции в Вене в 1571 году и вел там переговоры о мире, который на некоторое время положил конец войне с Портой.
В Италии судьба евреев колебалась в зависимости от потребностей и настроений герцогов и пап. В Милане и Неаполе, находившихся под властью Испании, жизнь для них была почти невозможна; в 1669 году был издан специальный указ, изгонявший их из всех испанских владений. В Пизе и Ливорно (Ливорно) тосканские великие князья предоставили им почти полную свободу, желая развить торговлю этих свободных портов. Грамота, выданная в 1593 году купцам этих городов, фактически была приглашением для марранов: «Мы желаем, чтобы… против вас или ваших семей не было инквизиции, посещений, доносов или обвинений, даже если в прошлом они могли жить за пределами наших владений под видом христиан или с именем таковых». 8 План удался, Ливорно процветал, а еврейская община, превосходившая по численности только общины Рима и Венеции, прославилась как своей культурой, так и богатством.
Венецианский сенат, опасаясь связей евреев с Турцией, неоднократно изгонял их и неоднократно разрешал им вернуться как ценному элементу не только в торговле и финансах, но и в промышленности; на еврейских предприятиях в Венеции работало четыре тысячи христианских рабочих. 9 Немецкие и восточные, а также сефардские евреи поселились там, и Сенат защитил их от инквизиции. Они жили почти все в Джудекке, или еврейском квартале, но не ограничивались им; это «гетто» включало в себя множество богатых семей, прекрасные дома и роскошно обставленную синагогу, построенную в 1584 году и перестроенную в 1655 году под руководством знаменитого архитектора Бальдассаре Лонгены. Шесть тысяч евреев Венеции обладали самым высоким культурным уровнем среди всех еврейских общин этой эпохи.
В Ферраре около 1560 года поселилась колония марранов из Португалии, но в 1581 году она была разогнана по приказу Папы, который действовал под давлением португальской инквизиции. В Мантуе герцоги Гонзага защищали евреев, но периодически облагали их взносами и «займами»; а в 1610 году все мантуанские евреи были вынуждены жить в обнесенном стеной гетто, ворота которого запирались на закате и открывались на рассвете. 10 Когда в Мантую пришла чума, евреев обвинили в том, что они ее принесли; а когда во время Войны за мантуанское наследство войска императора взяли город, они тщательно разграбили гетто, присвоили 800 000 скуди драгоценностей и денег и приказали евреям покинуть Мантую в течение трех дней только с тем имуществом, которое они могли унести. 11
В Риме, где раньше папство обычно защищало евреев, после 1565 года папы, за исключением Сикста V, издали длинную череду враждебных декретов. Пий V (1566 г.) повелел всем католическим державам в полной мере соблюдать канонические ограничения и лишения для евреев. Впредь они должны были находиться в гетто, физически отгороженных от христианского населения; носить отличительный знак или одежду; не иметь права владеть землей; и не иметь более одной синагоги в любом городе. В 1569 году Пий V в булле, обвинявшей евреев в ростовщичестве, сводничестве, колдовстве и магических искусствах, распорядился изгнать всех евреев из папских земель, кроме городов Анкона и Рим. 12 Григорий XIII (1581) запретил христианам нанимать еврейских врачей, приказал конфисковать еврейские книги и (1584) возобновил принуждение евреев к слушанию проповедей, направленных на их обращение. Сикст V на время прекратил преследования. Он открыл гетто (1586), разрешил евреям проживать в любом месте папских земель, освободил их от ношения отличительных знаков или одежды, разрешил им печатать Талмуд и другую еврейскую литературу, предоставил им полную свободу вероисповедания и обязал христиан относиться к евреям и их синагогам с гуманным уважением. 13 Но этот христианский понтификат был недолгим. Климент VIII возобновил эдикт об изгнании (1593). К 1640 году почти все евреи Италии жили в гетто; выходя за их пределы, они должны были носить какой-нибудь знак своего племени; они были исключены из сельского хозяйства и гильдий. Монтень, посетивший Рим в 1581 году, описал, как евреи по субботам должны были отправлять шестьдесят своих молодых людей в церковь Сант-Анджело в Пешерии, чтобы услышать увещевания об обращении. 14 Джон Эвелин видел подобную церемонию в Риме (7 января 1645 года) и заметил, что «обращение в веру происходит очень редко». Многие из менее приятных черт тела и характера евреев были результатом долгого заточения, унижений и нищеты.
Во Франции на евреев теоретически распространялись все ограничения, предписанные Пием V; фактически же их значение в промышленности, торговле и финансах обеспечивало им молчаливую попустительскую позицию. В одном из своих ордонансов Кольбер подчеркивал выгоды, которые приносили Марселю торговые предприятия евреев. 15 Беженцы-маррано обосновались в Бордо и Байонне и внесли столь значительный вклад в экономическую жизнь юго-западной Франции, что им разрешалось практиковать свои иудейские ритуалы все менее и менее скрытно. Когда в 1675 году армия наемников вторглась в Бордо, городской совет опасался, что исход испуганных евреев подорвет процветание города; без них, по словам су-интенданта, «торговля Бордо и всей провинции будет неизбежно разрушена «16. 16 Людовик XIV взял еврейскую общину в Меце под свою защиту; когда местные магистраты замучили до смерти (1670) еврея, обвиненного в ритуальном детоубийстве, король осудил эту казнь как судебную расправу и приказал, чтобы впредь уголовные обвинения против евреев выносились на рассмотрение королевского совета. 17 Под конец правления Людовика, когда война за испанское наследство привела французское правительство к банкротству, Самуэль Бернар, еврейский финансист, предоставил свое состояние в распоряжение короля; гордый монарх был благодарен за помощь «величайшего банкира Европы». 18
II. ГОЛЛАНДСКИЙ ИЕРУСАЛИМ
Миграция евреев из Испании и Португалии сыграла свою роль (иногда преувеличенную) 19 в переходе коммерческого лидерства из этих стран в Нидерланды. Там изгнанные евреи попали сначала в Антверпен; но в 1549 году Карл V приказал выслать из Низких стран всех марранов, прибывших из Португалии в течение предыдущих пяти лет. Бургомистры Антверпена просили освободить их от этого эдикта; он был приведен в исполнение, и новые иммигранты возобновили поиски дома. Антверпен потерял свое торговое значение не из-за этой частичной миграции, а из-за бедствий, постигших город во время освободительной войны и Вестфальского договора, закрывшего Шельду для судоходства.
Несовершенная, но растущая свобода вероисповедания в Соединенных провинциях привлекала евреев в голландские города — Гаагу, Роттердам, Харлем и, прежде всего, Амстердам. Евреи-маррано появились там в 1593 году; четыре года спустя они открыли синагогу. Иврит был их языком в богослужении, испанский или португальский — в повседневной жизни. В 1615 году, после доклада, составленного Гуго Гроцием, городские власти официально разрешили еврейскую общину, предоставив свободу вероисповедания, но запретив межнациональные браки с христианами и нападки на христианскую религию; 20 Отсюда и трепет руководителей синагоги, когда ереси Уриэля Акосты и Баруха Спинозы затронули основы христианского вероучения.