Аргус – На краю Вселенной (страница 70)

— Ты такой заботливый! Теперь ты мой, я твоя навсегда! Я такая счастливая. Может быть сегодня у нас появится малыш!

— Навсегда, родная! Это было бы отлично!

Утром, они счастливые вышли к завтраку. Бабушка все сразу поняла и тоже порадовалась за внучку.

— Питер! Ты убедился в верности и непорочности Дианы? — спросила она.

— Я в этом и не сомневался никогда!

— Теперь, когда ваш брак консумирован перед богами и вашей совестью, ты становишься главой нашей семьи!

— Амалия, я прошу Вас не оставлять меня одного в этой роли! Будьте патриархом нашего дома!

— Молодец! Это правильный ответ. Дети, после завтрака начинаем готовиться к выходу в свет. В программе занятий: столовый этикет, правила поведения в свете, танцы, правила поведения с особами Императорской правящей семьи! И имейте ввиду, спуску никому не дам! Вы — члены дома Смитов-Райсов! А что это значит?

— И что же? — улыбнулся Питер.

— А то, что вы будете эталоном хороших манер! Завтракаем, и за учебу!

Глава 37

Две недели продолжались интенсивные занятия герцогини с молодыми людьми. Питер, помнивший муштру в армейском училище, вдруг понял, что это был курорт, по сравнению с подготовкой Амалии. Уроки этикета, столового этикета, заучивание наизусть родословных главных семейств Империи, запоминание лиц и их межродственных отношений сановников и аристократов, тренировка подхода к дамам и мужчинам, в зависимости от их происхождения, и еще множество вещей, о которых Питер и понятия не имел.

Но одна дисциплина ему так и не далась, как он не старался. Это были танцы. И если Диана порхала как мотылек, грациозно и изящно выписывая все па, то Питер топтался, как медведь, наступая ей все время на пальцы и был очень неуклюжим. Диана стоически это терпела, но, когда он вечером, массируя ее ступни после очередной пытки танцем, увидел, что они все в синяках, он поцеловал ее пальчики, и решил оставить это бесполезное занятие. Научить слона танцевать!

Зашедшая к ним вечером герцогиня, увидевшая оттоптанные ножки внучки, решительно сказала Питеру:

— Извини, мальчик мой, но ты профнепригоден для танцев. Я таких уже видела.

— Я и сам вижу, мне так жаль Дианочку.

— Я потерплю, Питер, — ободрила его девушка.

— Я не потерплю, смотрю на твои синие пальчики и сердце кровью обливается. Я не буду больше учиться, Амалия, не обижайтесь, но это не мое, — грустно сказал молодой муж, — видишь, Дианочка, как получилось. Ты боялась, что мне в тебе что-то не понравится, а оказалось, что это я увалень. Опозорю тебя на весь свет.

— Глупыш! — Диана бросилась к нему на шею. — Мой дурачок! Бог с ним, с этими танцами! Ну подумаешь, не получается! Зато во всем остальном, ты безупречен!

— Ты так добра ко мне, любимая.

— Ничего страшного, — присоединилась герцогиня, — я с самого начала поняла, что танцы это не твой конек, мой мальчик. И придумала легенду, как всем объяснить, почему ты не танцуешь!

— Я весь во внимании! — воскликнул довольный Питер.

— После твоего подвига на Тарсе, ты получил тяжелые ранения, которые делают танцы практически невозможным делом. Ну а то, что ты от природы к этому не расположен, об этом никому знать не надо!

— Бабулик, ты просто волшебница! — радостно закричала Диана.

— Но, Питер! Диана будет танцевать, а ты не должен ее ревновать, и не хмурь брови! Это правила высшего света. Если ты начнешь устраивать ей сцены ревности, ты и она станете всеобщим посмешищем. И сделать с этим ничего будет нельзя. Поэтому, мы начнем с тобой тренироваться управлять твоей ревностью.

— Амалия! Эти вечерние платья с голой спиной! Я как представлю, что на обнаженную спинку Дианы ложится потная рука какого-то мужчины, мне уже убить его хочется! Это моя спинка! И трогать ее могу только я!

— Питер! Ты такой милый, когда ревнуешь! — Диана обняла и поцеловала мужа.

— Этот вопрос мы решим, — сказала герцогиня.

— Бабушка! Я готова носить платья с полностью закрытой спиной! Чтобы Питер не волновался! — решительно сказала юная жена.

— И будешь выглядеть, словно белая ворона? Над тобой еще больше будут смеяться. Есть другой выход.

— Какой? — Диана устроилась поудобней на коленях Питера, обняв его за шею.

— Платье будет с открытой спиной, как и полагается. Но в открытую часть мы вошьем вставку из тончайшей прозрачной ткани. И любая рука, не будет касаться тела Дианы. И потом, откуда появились мысли про потные руки? Мужчины танцуют в перчатках!

— Превосходная идея! — хором сказали молодые люди.

— Еще вопрос, — сказала герцогиня, — на какой машине мы будем приезжать на все эти праздничные мероприятия?

— А что, наш «Гепард» не подойдет? — спросил Питер.

— Мальчик мой, конечно нет. Нашу машину даже не пустят на стоянку. Она старая и непрезентабельная. Нужно покупать новую, последней модели.

— Давайте новый внедорожник! — с энтузиазмом предложила Диана, — красного цвета!

— Как скажешь, родная! — улыбнулся ее молодой муж. Сам он был к автомобилям совершенно равнодушен.

ДВОРЕЦ СЕМЬИ КОРШУНОВЫХ.

Раздался звонок в дверь. Генри-младший бросился открывать дверь. На пороге стояла Вероника с дочкой на руках, и ее муж Стивен Лидус. Они только прилетели в Торн с Лидуса. Родители бросились обнимать и целовать приехавших детей и любоваться внучкой. Когда первые эмоции схлынули, мама с дочкой отправились в комнату Вероники, чтобы покормить девочку и уложить ее спать. Потом они спустились в столовую и сели обедать.

Родители переглядывались между собой, не зная, как сказать дочери о Питере. Вероника со смехом сказала:

— Мама, папа! У вас такие заговорщические лица! Что случилось?

— Наверное, родители не знают, как тебе сказать, что в столицу вернулся живой Питер Райс, дорогая, — спокойно произнес ее муж.

— А откуда ты, Стивен, это знаешь? — удивился отец Вероники.

— Что?! — Вероника изменилась в лице, — Питер вернулся? Когда? Как? Он же погиб! Стивен, а почему ты мне об этом не сказал раньше? И откуда ты это знаешь?

— А я тебе говорил, Ника, — произнес ее брат, который терпеть не мог ее нового мужа, — что он может вернуться.

— А почему я тебе об этом должен был говорить? — спокойно ответил муж Вероники. — Он посторонний человек, и если у вас когда-то были какие-то детские отношения, сейчас это не имеет никакого значения. Ты — моя жена и мать моего ребенка. Надеюсь, мне не придется этому генералу объяснять подобные вещи, — добавил он со скрытой угрозой.

— А если придется? — с усмешкой спросил брат Вероники. — Он же простой барон, высоким политесам не обучен.

— Тогда я ему разъясню правила поведения в высшем обществе! — с презрением и весьма высокомерно ответил имперский принц.

— Ты ему сам объяснишь, или наймешь кого-то?

— А какая разница?

— А не хочу, чтобы моя сестра оказалась молодой вдовой, если ты решишь сделать это сам, — насмешливо ответил Генри-младший.

— Успокойтесь все! — решительно сказал отец. — Питер не имеет никаких претензий к нашей семье, и он сам через три месяца женится!

— Как? На ком? — тихо спросила ошарашенная новостью Вероника.

— На Диане Смит, — ответила мама.

— Значит она его, все-таки, дождалась, — так же тихо сказала дочка.

— А куда ей было деваться? С их-то нищетой, — попыталась успокоить ее мать.

— Ну зато сейчас, они стали очень богаты, — ехидно заметил брат, — говорят, Питер привез десять тонн золота и целый мешок огромных драгоценных камней! А несколько тонн его золота сам Император просил продать на Монетный двор. Представляю, сколько денег он за это получил!

— Спасибо, мама, за обед, я пойду к Анечке, вдруг она проснулась, — Вероника встала из-за стола и направилась в свою комнату.

— Стивен, ты не ответил, откуда ты узнал про Питера?

— Папа, я же работаю в Министерстве Обороны Лидуса. Даже там мы наслышаны о похождениях этого генерала. И его, так называемых, подвигах!

— Что значит, так называемых? — недовольно спросил брат Вероники.

— Убийства, хамство, грубость, самоуправство, сомнительные знакомства и подозрительные связи! Все, что не допустимо для офицера Армии Лидуса! — напыщенно ответил муж Вероники.

— Стивен, ты считаешь, что в армии Торна служат недостойные офицеры, — глядя в упор на зятя, спросил генерал.

— Я считаю, что не все достойны носить генеральские погоны! — не унимался принц.