Аргус – Конец Ордена Ментальных Имперских Магов 3 (страница 21)
— Бактериологией, — подсказал руководитель Императорской Службы Безопастности.
— Да! Бактериологией? Что это за домашняя лаборатория? Мальчик мой, надеюсь ты не собрался вырастить там холеру или чуму и заразить ею членов Ордена? Я конечно не против, но болезнь может перекинуться на столицу. А это недопустимо! У нас есть «Чумной форт» в Кронштадте — это форт «Император Александр I», уникальное фортификационное сооружение, которое используется как противочумная лаборатория для разработки вакцин, что и дало ему название. А тебе известно, что этом форте в лаборатории, в результате несчастного случай заразились заболели и погибли врачи, работавшие над вакциной? И только его расположение на отдельном изолированном острове тогда спасло город от катастрофы! — озабоченно произнес монарх.
— А откуда Ваше Величество, Вы об этом узнали?! Никакой чумы или холеры! — улыбнулся юноша, — я же не сумасшедший. Наоборот, я планирую разработать уникальное лекарство от патогенных микробов! И это лекарство перевернет современную медицину! Оно будет основано на свойствах простой плесени!
— Петр! Ты думаешь, что будешь ходить по городу, всем совать под нос свой значок Секретной Службы и мы об этом не узнаем? — усмехнулся Лобов, — особенно когда ты до икоты напугал вышибалу долгов тыча ему револьвером прямо в лоб! Наши информаторы везде.
— Петя! Ты же не врач, не биолог, откуда у тебя такие знания? — удивился Император, — после накладок для Даши, я думал, что уже ничему не удивлюсь. Но ты опять сумел это сделать!
— Да! — подал голос Лобов, — ты, Петя, меня, своего начальнику, иногда просто пугаешь!
— Ничего удивительного нет! — стал вдохновенно сочинять юноша, — у моего отца откуда-то, я не знаю откуда, была очень старая тетрадка. Она принадлежала какому-то деревенскому знахарю из далекой таежной сибирской деревни. В этих записях он писал о том, как лечил тяжелые гнойные раны мякишем заплесневелого хлеба. И эти раны заживали гораздо быстрее, чем те, которые лечили простыми способами. Ясно что дело было не в хлебе, а в плесени. Вот я и решил изучить, что это такое!
— Очень интересно! А какой механизм действия это плесни? — с интересом спросил Император, который сам закончил биологический факультет. Он же не знал, что судьба ему уготовила российский престол.
— Думаю такой. В природе идет постоянная борьба живых организмов между собой. И они в этой борьбе вырабатывают различные способы защиты. Так как бактерии и грибки делят одну и туже природную нишу, то возможно, они научились вырабатывать какую-то защиту от микробов. Вот это предположение я и хочу проверить. Если окажется, что это так, то потом мы попытаемся выделить этот фактор и сделать на его основе лекарство!
— А какие болезни, ты предполагаешь можно будет лечить? — с волнением спросил монарх.
— Воспаления легких, туберкулез, сифилис, чуму. Все заболевания, которые вызываются бактериями! Но не это главное! — ответил Петр.
— А что же может быть еще важнее? — спросил Лобов.
— Я думаю, что мир после прошедшей войны это не мир, это перемирие, — начал юноша.
— Ты повторяешь знаменитую фразу: «Это не мир, это перемирие на двадцать лет», которую произнес французский маршал Фердинанд Фош (Ferdinand Foch) после подписания унизительного для Германии Версальского мирного договора, предвидев, что условия договора не установят прочный мир, а лишь отсрочат новую войну. Фош считал, что договор слишком суров к Германии и не решает коренных проблем, а лишь создает почву для реваншизма, предсказав тем самым новую войну, — произнес Лобов.
— Думаю Фош не учел одной принципиальной вещи! — ответил Петр.
— Какой именно? — спросил монарх.
— Немцы были тупым орудием в руках, тех кто толкнул их на войну. Помните, Бисмарк сказал: «В Европе всегда найдется достаточно дураков, готовых проливать свою кровь за интересы Англии». Она отражает реальные взгляды Бисмарка на британскую внешнюю политику. Он считал, что Британия (которую он называл «морским зверем») всегда ищет на континенте «сильную сухопутную державу» («сухопутного зверя»), чтобы та воевала за британские интересы, пока Лондон извлекает выгоду, — произнес юноша, — вот бы он удивился если бы узнал, что в двадцатом веке этим дураком окажется его Германия! Вы помните что сказал британскому премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж? Когда он узнал о гибели династии Романовых в результате мятежа семнадцатого года? В Палате общин он произнес слова: «Одна из британских целей войны теперь достигнута». Вот тебе и союзничек! — саркастически произнес юноша, — и так как эта цель не была достигнута, они попытаются ее реализовать!
— И каким образом? — нахмурился Император.
— Двумя путями! Они помогут восстановиться Германии и снова натравят ее на нас. Это внешний фактор. И выращивая внутренних врагов внутри страны, — усмехнулся поручик, — уверен, найдется немало скотов, готовых выполнять роль надсмотрщиков при британских хозяевах. Так вот. Когда начнется война, будет масса раненых с загрязнёнными землей, обрывками обмундирования и другой грязью ранами. В которых будут бурно развиваться патогенные микробы. И это лекарство поможет таким раненым побыстрее выздороветь и вернуться в строй. Обстрелянный боец гораздо более ценен, чем новобранец!
— Прекрасная идея! — оживился монарх, — мне это тоже очень интересно! Держи меня в курсе! Такое лекарство может иметь важное политическое значение! Ну это дело политиков. И ты, прав, мой мальчик, я тоже думаю, что будет война. А вот будем ли мы к ней готовы? Меня беспокоит внутренняя устойчивость нашего общества. Так что, вы с Суворовым поторопитесь с проектом плана реформ.
— Ваше Величество, а не пора ли и нам создать нашим британским не друзьям проблемы в их империи? — предложил Петр, — а то они очень уж вольготно чувствуют себя на своем острове. Чтобы им было не до нас!
— Это каким образом? — поинтересовался Лобов.
— Почему бы не помочь ирландскому народу в его освободительной борьбе против английского владычества? Там помнят геноцид который им устроил Кромвель, — сказал юноша.
— Напомни о нем, — попросил генерал.
— Завоевание Ирландии Оливером Кромвелем (тысяча шестьсот сорок девятом — тысяча шестьсот пятьдесят третий) — один из самых трагических периодов в истории острова, который многие исследователи и историки-националисты характеризуют как геноцид. В этот период население Ирландии сократилось по разным оценкам на двадцать-сорок процентов. Современник тех событий Уильям Петти оценивал число погибших более чем в шестьсот тысяч человек (из примерно полутора миллионного довоенного населения), хотя современные ученые чаще называют цифру около двухсот тысяч погибших непосредственно от военных действий. Основными факторами гибели людей стали не только прямые убийства во время осад, но и спровоцированный тактикой «выжженной земли» массовый голод, а также эпидемии чумы и дизентерии. Резня в Дроэде и Уэксфорде в тысяча шестьсот сорок девятом году. Эти города стали символами жестокости Кромвеля. После отказа сдаться гарнизоны (включая тех, кто сложил оружие) и значительное число мирных жителей и католических священников были перебиты. После победы почти семьдесят процентов земель, принадлежавших католикам, были изъяты и переданы протестантским поселенцам и солдатам английской армии. Тысячи ирландцев были насильственно отправлены в качестве подневольных рабочих (фактически рабов) в английские колонии в Вест-Индии (Барбадос), — закончил свой исторический экскурс Петр.
— Так это когда было-то? — вздохнул Император.
Глава 13. Разговор с Императором.
— Есть и более свежие дела, — усмехнулся юноша, — например, Великий картофельный голод в Ирландии (ирл.
— О! — вмешался Лосев, — то же грибок!
— Но это не тот, — улыбнулся поручик и продолжил, — Ирландия находилась под властью Великобритании. Несмотря на голод, огромные объемы зерна и другого продовольствия продолжали экспортироваться из страны в Британию. Дошло до того, что одной из известных гуманитарных инициатив того времени стала помощь от османского султана Абдул-Меджида I, который пожертвовал деньги и продовольствие голодающим. Не правительство Британии, а турок решил помочь голодающим!
Погибло около одного миллиона человек от голода и сопутствующих болезней (холеры, тифа). Более одного миллиона человек эмигрировали, в основном в США, Канаду и Австралию. Население острова сократилось на двадцать — двадцать пять процентов и продолжало падать на протяжении десятилетий. Голод положил начало массовому оттоку ирландцев, что привело к появлению крупных ирландских диаспор по всему миру. Трагедия нанесла удар по ирландскому языку, так как наиболее пострадавшие сельские районы были основными регионами его распространения.
А нам интересно, что голод радикализировал ирландское национальное движение, усилив стремление к независимости от Великобритании. Не пора ли нам им помочь? Чтобы британцам жизнь малиной не казалась? Англичанка везде безнаказанно гадит! Привечает у себя весь сброд со всего мира, называя их революционерами. Не пора ли повернуть их же оружие против них самих?