Аргентина Танго – Тигры Редфернов (страница 35)
- Но, быть может, юная фройлен уговорит вас...
Маргарет с полсекунды смотрела на Рагнихотри, а потом вывернулась и впилась зубами в его ладонь, поближе к большому пальцу.
Хозяин нежити испустил пронзительный высокий вопль и рванулся прочь, но Маргарет с мстительной радостью сжимала зубы все крепче и крепче, сглатывая стекающую в рот кровь. Наконец-то ему тоже больно! Больно по-настоящему! Она вонзала зубы все глубже, наслаждаясь визгом "могучего учителя". Жертва извивалась, Ляйднер пытался помочь, его захват ослаб, и Маргарет вырвалась на волю. Она метнулась к Энджелу и замерла позади него, положив руки ему на плечи. Кровь еще заполняла ее рот и стекала по подбородку.
Вопли Рагнихотри перешли в стоны с взвизгами. Он попятился от Ляйднера, баюкая прокушенную насквозь ладонь, и неверяще уставился на мисс Шеридан. Маргарет сплюнула его кровь, вытерла губы и улыбнулась.
- Schickse[1]! – крикнул Рагнихотри. Энджел издал короткий слабый смешок.
- Что вы так верещите? – сипло прошептал он. – Всего лишь маленький укус.
Маргарет стерла рукавом пот с его лба. Заметив краем глаза мазандранца, она с некоторым удивлением обнаружила, что тот насмешливо и довольно скалится.
Рагнихотри шептал над укусом, узоры оплели рану, и она стала затягиваться.
- Посмотрим, что вы скажете, когда вас здесь заменит эта fotze! – прошипел он. – Станете вы разговорчивей, когда в ее но... –он неожиданно смолк, уставившись в пространство поверх головы Маргарет отсутствующим взглядом. На его лице появилось смятенное, почти испуганное выражение. Хозяин нежити встряхнул головой, коротко бросил что-то по-доргернски и по-мазандрански, развернулся и устремился прочь. Матросы последовали за ним. Ляйднер ушел последним, то и дело оглядываясь на Маргарет.
- Бешеная сука, – пробормотал он на прощанье. Девушка фыркнула. Гигант-мазандранец внимательно смотрел на нее.
- Ваджу, – вдруг веско заявил он, с одобрением глядя на Маргарет. – Бахаду-ор ваджу[2]! – и скрылся во тьме амбара.
[1] доргернское ругательство
[2] храбрая девственница (мазандр.)
Глава 16
Валентина сидела рядом с Джен и держала ее за руку. Видимо, это как-то препятствовало ведьме спалить весь дом прямо во сне. Хотя Натан не был уверен, что она спит. Он повернулся к Лонгсдейлу. Консультант расположился в кресле на максимальном расстоянии от вдовы. Пес лежал у его ног, не сводя глаз-угольков с кровати. Это была, кстати, кровать Лонгсдейла – он благородно уступил девушке свою спальню.
- По-моему, гад зашел с козырей, – сказал Бреннон. Консультант вопросительно поднял брови.
- Дюжина кровососущих тварей. Не меньше полусотни прОклятых людей, – Бреннон кивнул на ведьму. – Если бы не она, я бы тут уже не стоял. И если бы не она, – помолчав, мрачно закончил он, – по меньшей мере пятьдесят человек сейчас были бы живы.
- Она ведь вас предупреждала, – сказала Валентина.
- Но не о том, что она спалит дотла людей, повинных только в том, что у хозяина нежити руки чешутся.
- Она не могла остановиться.
Бреннон исподлобья уставился на ведьму. Он и Фарлан были обязаны ей жизнью, но... сейчас он впервые по-настоящему осознал, насколько ведьма опасна и как сильно она отличается от него и вообще любого человека. А ведь Редферн предупреждал!
…куда он, черт побери, сам пропал?
- Думаете, хозяин бросил против нас всю свою нежить? – спросил Лонгсдейл. На вдову он смотрел ревниво, без приязни.
- Откуда мне знать? Может, у него уже фабричное производство налажено. Я у вас и спрашиваю: возможно, что сейчас хозяин нежити остался без собственно нежити?
- Не знаю. Нам ничего не известно о том, как он делает из людей нежить. Вероятно, у него в запасе целый батальон вампирок. Хотя, – тут же нахмурился консультант, – такое массированное скопление нежити нетрудно засечь.
- Ладно, – решил Бреннон. – Сомневаюсь, что Редферна мы еще услышим. Поэтому займитесь тем, что собирались сделать: выследите источник проклятия, про который вы мне говорили.
- Вы уверены? – с тревогой спросил Лонгсдейл. – Мы ведь не знаем, на что способен хозяин.
- И с какой целью он вас преследует, – добавила Валентина. – Джен сейчас не сможет вас защитить.
Бреннон отвернулся к окну. Он уже не хотел, чтобы Джен его защищала. Он вообще сомневался, что хочет ее присутствия рядом. После того, что случилось – не лучше ли будет отправить ее домой? В конце концов, Лонгсдейл обязан был присматривать за ней лишь до момента взросления. Теперь она взрослая, настоящая ведьма – и кто знает, какой она очнется…
- Найдите нашего вампирского пастыря, – сказал комиссар. – Давно пора потолковать с ним по душам. Кстати, вы еще не получили ответов на ваши письма в Доргерн?
- Пока нет, – вздохнул Лонгсдейл. – Я написал троим консультантам и еще нескольким людям. Но мало кто из них сидит на месте, возможно, они прочтут письма только через неделю или две.
- Что ж, тогда будем работать с тем, что имеем. Съезжу в больницу, потолкую с Фарланом…
Консультант кашлянул:
- Я немного подчистил его память.
- Чего?!
- В пределах разумного, конечно. Утечка газа, которая вызвала массовую панику…
- И кто вам разрешил? – холодно осведомился Бреннон.
- Мистер Бройд.
- Вот как, – процедил Натан. Он понимал, какие причины вынудили шефа так поступить – но это никак не отменяет того, что Фарлан, выйдя из больницы, отправится хоронить коллег, друзей, родственников. Бреннон взглянул на Джен и отвел глаза. Не только ведьма к этому причастна. Он сам тоже хорош.
"Никто никогда не сможет поймать таких, как хозяин нежити, – сказал ему Редферн тогда, в Бресвейн. – А вы ничего и никому не докажете".
"Ну ладно, – подумал Бреннон. – Ладно же..."
- Если хозяин падали так хочет меня увидеть, – процедил он, – то увидит. Я приду к нему.
- Натан, но это же неразумно! – воскликнула Валентина. Пес встревоженно уставился на него. – Мы же не знаем, чего он от вас хочет! Мы даже не уверены в том, что он действительно хочет вас видеть, а не просто...
- Это не значит, – оборвал ее комиссар, – что я пойду к нему безоружным и неподготовленным.
***
Моряки ушли и унесли трупы. Маргарет оторвала рукав блузки и вытерла пот с лица и шеи Энджела. Он лежал, закрыв глаза и не шевелясь, дышал прерывисто и неглубоко. Наставник был матово-бледным, почти серым, из-за черной щетины его лицо выглядело совсем исхудавшим. Щеки так запали, что казалось, будто заострившеся скулы вот-вот порвут туго натянутую кожу. От него тяжело пахло пОтом, кровью и мясом.
- Энджел, – тихо позвала Маргарет. Он приоткрыл глаза, и девушка коснулась его плеча. – Я сниму вас отсюда. Только найду, куда уложить.
- На пол, – пробормотал он, еле ворочая языком. – Неважно куда, – Энджел судорожно дернул рукой в ремне, и Маргарет прижала ее к лавке, чтобы он не повредил себе еще больше.
- Тише. Не двигайтесь. Я сейчас.
Она пригладила его влажные и слипшиеся волосы, убрала их со лба и взяла светильник. Чаша на высокой ножке оказалась неожиданно легкой. Мисс Шеридан понесла ее, как факел. В амбаре оказалось еще несколько устройств вроде лавки с ремнями, но матросы уволокли с собой все инструменты, которые сошли бы за оружие. В углу девушка обнаружила груду тряпок, ветоши и пустое ведро – видимо, для уборки. Она унесла с собой все: ведро поставила подальше, чтобы меньше пахло, когда они воспользуются им как туалетом; тряпки ровным слоем разложила по полу рядом с лавкой. Маргарет понимала, что не унесет Энджела далеко.
- Готово, – шепнула она ему и взялась за ремень. Застежка оказалась такой тугой, что Маргарет с трудом смогла выпихнуть ремень из пряжки. Энджел несколько раз сжал и разжал кулак и со вторым ремнем попытался ей помочь, хотя рука у него дрожала, так что помощь вышла символической.
- Лежите смирно, – Маргарет перебралась к его ногам – и ее затошнило. На рубашке Энджела остались брызги крови, но брюки были залиты ею почти целиком, к влажной ткани липли кусочки кожи, мяса и осколки кости. Маргарет подобрала тряпку и, сглотнув, протерла зажимы над коленями и у лодыжек Энджела. Они были липкими, скользкими и красными.
- Я сам, – сказал наставник и попробовал сесть. Его тут же дернуло судорогой боли, а лицо так исказилось, что Маргарет поспешила уложить Энджела обратно. Она освободила сперва целую ногу из тугих зажимов, затем перебралась к другой, взглянула на потемневшие доски под ногой Энджела, и вдруг у девушки затряслись руки, глаза заволокло горячей влажной пеленой, от запаха к горлу подкатила рвота.
- Маргарет, – как сквозь вату донеслось до нее, – я сам...
- Сейчас, – сквозь зубы выдавила мисс Шеридан, сглотнула кислую жижу, которая заполнила рот, и вытерла рукавом глаза. Поморгала. Обернула руку тряпкой и стала осторожно подергивать зажим внизу, у лодыжки. Она старалась побыстрее, прислушиваясь к сбивчивому дыханию Энджела. Он по-прежнему не издавал ни единого звука – ни криков, ни стонов. Хотя Маргарет не знала, становится ли легче, если кричать от боли. С зажимом у колена было хуже – при каждом движении Энджел замирал, задерживая дыхание.
- Он что-то повредил вам? – спросила Маргарет.
- Нет, это реакция на восстановление. Пройдет. Не обращайте внимания.
"Если они не сделают с вами еще что-нибудь", – горестно подумала девушка. Она раскрыла зажим и, едва касаясь, провела тряпкой по ноге. Энджел схватил ее руку и просипел: