Ardabayev Saken – Покорение тела (страница 14)

Глава 31

Мы втроём остались на веранде, и день словно растянулся только для нас. Малыш бегал по траве, радостно крича и прыгая через маленькие кустики, а я наблюдал за ним с улыбкой, время от времени присаживаясь рядом, чтобы показать, как правильно кататься на маленьком самодельном деревянном «транспорте» из палок, который он умудрился сконструировать. Ваннеса сидела на пледе, опершись на локти, и наблюдала за нами. В её взгляде уже не было страха или тревоги она принимала меня полностью, как часть своей жизни. Время от времени она посылала мне тихие шутливые реплики, а я отвечал ей лёгкой насмешкой, играя с малышом одновременно. Ты думаешь, он всегда будет таким непоседливым? спросила она, улыбаясь. Похоже, что да, ответил я, бросая взгляд на сына, который умудрялся прыгнуть на самый край небольшой скамейки, но ловко смягчал приземление. И хорошо, что он такой это делает его мир ярче. Ваннеса тихо рассмеялась и, словно решив, что пора действовать, взяла корзину с фруктами. Мы вместе начали собирать клубнику, которую она выращивала на заднем дворе, и малыш присоединился, таская ягоды в маленькой миске и периодически угощая нас. Слушай, сказала Ваннеса, присаживаясь рядом со мной и слегка касаясь рукой моей я давно не чувствовала себя так спокойно. Мне кажется, я могу доверять тебе. Я кивнул, держа в руках ягоду, и улыбнулся: Я здесь и никуда не исчезну. Она тихо вздохнула и прислонилась ко мне плечом. Мы молчали, наслаждаясь этим тихим, почти магическим моментом мир вокруг словно перестал существовать, оставив нас втроём, в своём маленьком островном убежище. Малыш вскоре утомился и уснул в пледе, а мы с Ваннесой остались сидеть рядом, наблюдая, как солнце постепенно поднимается над горизонтом, заливая всё вокруг мягким золотым светом. В этот день у нас не было планов, только простое счастье: тихое, домашнее и настоящее. В какой-то момент я почувствовал стыд перед ней за своё враньё и за то, что захватил чужое тело. Объяснить всё ей полностью я не мог, поэтому, чтобы хоть немного рассеять тайны, прошептал: Я не должен был тебе этого говорить… но ты стала мне настолько дорога, что я не могу сдержаться. Она насторожилась и замерла, внимательно слушая. Я продолжил свои признания: Я служил в секретных войсках до того момента, пока не получил травму, несовместимую с жизнью. Меня списали и… забыли. Но по какому-то стечению обстоятельств или по воле небес я выздоровел. Теперь я вынужден скрываться под чужим именем. Меня не ищут, потому что списали, но если я где-то появлюсь, обо мне вспомнят. У нас есть правило: «бывших не бывает», и отставка принимается только посмертно или при тяжёлой болезни. Ваннеса замерла, глядя на меня широко раскрытыми глазами, будто пыталась осознать каждое слово. Её руки сжались на пледе, а дыхание стало чуть учащённым. Ты… ты всё это скрывал? спросила она тихо, чуть слышно. Я кивнул и прикоснулся к её руке: Да, но не ради тебя. Ради того, чтобы ты была в безопасности. Чтобы никто не смог причинить тебе боль через меня. Всё, что я делаю, делаю, думая о защите. Она опустила взгляд на плед, будто переваривая услышанное. В её глазах сквозила смесь удивления, страха и… доверия. И всё это время… тихо произнесла она. Всё это время ты был один? Я улыбнулся, слегка тяжело: Нет. Не совсем один. Но никто не мог знать меня настоящего. Я жил в тени, словно призрак. Она прижалась ко мне, как будто ища опору, и шепнула: Я понимаю… и всё равно остаюсь здесь. С тобой. Я почувствовал тяжесть на душе стыд, правда и облегчение смешались в одно чувство. Я держал её за руку и молчал, потому что слов больше не требовалось. В этом молчании мы оба понимали: секреты были раскрыты, доверие заработано, и теперь между нами стояла не только привязанность, но и глубокое понимание, граничащее с союзом, проверенным временем и испытаниями. Малыш тихо сопел на пледе рядом, а я почувствовал, как ответственность и новая роль защитника, партнёра, взрослого накрывает меня мягкой, но непреклонной волной. Ваннеса была рядом, и этого было достаточно, чтобы смягчить любую тень прошлого.

Глава 32

На обед мы поехали в кафе. Сделав заказ, мы непринуждённо беседовали. Ваннеса благодарно сжимала мою ладонь. Я всё передумала, говорила она с придыханием. Ты такой странный, как будто не от мира сего. А теперь всё стало на свои места. Ты действительно не с нашего мира, ты житель параллельного мира, поэтому такой внимательный и чуткий. Тебе не страшен наш реальный мир, ты можешь его сам перекроить, для тебя нет преград и помех. Люди это чувствуют от тебя исходит энергия, сила и непоколебимость. Мне с тобой теперь спокойно и хорошо. В это время подошёл полицейский. Он приветствовал меня официально и поздоровался с ней. Вижу, что у вас всё хорошо, произнёс он благодушно. Я рад за вас. Могу я рассчитывать на вашу помощь? обратился он уже ко мне. Я осмотрел его представительную фигуру и ответил: Только в самых крайних случаях. Он понимающе кивнул и добавил: Смею вас заверить, по пустякам не буду вас тревожить. После этого он удалился. Нам накрыли на стол, и мы принялись за еду. Рыба была изумительно вкусна. Мама аккуратно давала куски сыну, тщательно выбирая косточки. В это время подошёл Поль. Его грудь была в жёстком корсете, а лицо выражало виноватую улыбку. Увидев моё одобрение, он подошёл: Мы приносим вам свои извинения, произнёс искренне, приподнеся корзиночку с тремя бутылками. Вот это вам подарок от французов с заверениями, что мы больше не потревожим ваш отдых. Я кивнул головой в знак согласия и добавил: И передай своим: я тут не на отдыхе, я остаюсь жить. Он поклонился, приняв моё сообщение, и удалился. Ваннеса смотрела на меня с благодарностью и слезами. Ты так быстро принимаешь судьбоносные решения, произнесла она с удивлением. Я пожал ей руку и продолжил обед. Тебя ничем нельзя удивить, воскликнула она восторженно. Я лишь качнул головой в знак согласия. Мы доели рыбу и на десерт съели мороженое. Официант принес счёт, но Ваннеса забрала его и оплатила. Когда мы встали, она прошептала: Не вздумай светить свою карту. Мы поехали на пляж. Тёплое море встретило нас мягкими волнами. Немного искупавшись, мы отправились в тренажёрку. Мышцы постепенно крепчали и наливались силой, а я упражнялся в любом месте, где находился, прокачивая каждую группу мышц. После тренировки мы вышли на улицу, и солнечные лучи приятно обжигали кожу. Ваннеса села на скамейку, наблюдая за малышом, который гонял мяч по траве. Он смеялся и подпрыгивал, пытаясь поймать мяч, а её глаза светились радостью и лёгкой тревогой она уже полностью доверяла мне, но всё ещё осторожничала, наблюдая, как я веду себя с её сыном. Ты действительно странный, сказала она тихо, подходя ко мне. – И не только потому, что не как все. Ты… совсем другой. И я боюсь, что однажды не смогу удержать этот мир для себя и для сына. Я взял её за руки: Не бойся, сказал я спокойно. Я здесь, и пока я с вами, никто не сможет нарушить наш мир. Она прижалась ко мне, словно забывая в себе все страхи, а я почувствовал, как её тело расслабляется. Малыш же снова подбежал и прыгнул ко мне на руки. Я поднял его, и мы втроём стояли на солнце, смеялись, ощущая тихое счастье. После короткого отдыха мы решили прогуляться по пляжу. Песок был тёплый, море мерцало на солнце, а я шёл рядом с Ваннесой, чувствуя её руку в своей. Сын бегал впереди, исследуя каждый камешек и маленький ракушечник. Ты никогда не перестанешь меня удивлять, сказала она, глядя на меня. Мне всё ещё трудно понять, кто ты и откуда. Я усмехнулся: Это и есть моя задача быть непостижимым, чтобы ты могла верить в то, что рядом не обычный человек, а кто-то особенный. Ваннеса посмотрела на меня с удивлением и лёгкой улыбкой. В этот момент я понял, что её страхи постепенно сменяются доверием, и она готова идти со мной через любые трудности. Мы продолжали прогулку, смеялись, играли с малышом и обсуждали, что будем делать дальше. Этот день, полный солнца, смеха и тихой уверенности, стал началом нового этапа нашей жизни вместе, без лишних страхов, с ощущением силы и защищённости, которое я дарил им своим присутствием.

Глава 33

К вечеру мы заехали на пирс. Она забрала кассу с катеров и, осмотрев отремонтированный мною причал и соседние, которые всё ещё оставались искореженными, ещё раз поблагодарила меня. Если бы не ты, я понесла бы убытки, произнесла она с искренней благодарностью. Кстати, мне надо забрать ноутбук у ребят, добавил я. Мы поехали в гестхаус. Ребят не было, но консьерж открыл нам комнату, и я забрал свои вещи. Приехав домой, Ваннеса с тревогой спросила: А твой ноут не отследят? Я задумался и не стал его включать. Возможности хакеров и моего несбывшегося тестя были велики действительно могли отследить и нарушить нашу идиллию. Ваннеса спрятала ноут и мой мобильник в сейф и выдала мне свой старый телефон с параллельным аккаунтом. Теперь нам приходили одинаковые сообщения. Она открыла передо мной всю свою жизнь без утайки: У меня нет от тебя секретов, произнесла торжественно. Её доверенный мне телефон так же лежал сиротливо, не удостоившись моего внимания. Ты не соскучился по гаджетам? спросила она недоумевая. Она решила, что только секретность меня сдерживает. Приобняв её, сказал я. Меня учили жить автономно. Любой выход в интернет это след. А след повод к изучению. Ваннеса с испугом прикрыла рот рукой: Извини… прошептала она. Но вот в твоем аккаунте мы можем поработать, успокоил я её. У тебя есть свободные оборотные средства? Да! воскликнула она и открыла передо мной свои банковские счета. На них было триста пятьдесят тысяч долларов сумма приличная даже для Шульца. Присев за её ноут, я открыл счета и купил на бирже ценные бумаги на всю сумму. Вот так! произнёс я, довольный собой. Она удивлённо смотрела на меня: Ты так легко оперируешь такими большими суммами и так быстро ориентируешься с ценными бумагами. Значит, ты не шутил, когда предлагал ребятам по миллиону? Я рассмеялся: Я редко шучу, сказал я настойчиво. А вот ты доверчивая дурочка. Будь на моём месте какой-нибудь альфонс и твои деньги тю-тю исчезли бы. Она улыбнулась и, слегка покраснев, ответила: Это стоило того! и засмеялась. Мы ещё немного посидели за ноутбуком, просматривая графики и корректируя сделки. Ваннеса наблюдала за мной, словно изучая чужую магию: каждое движение, каждое нажатие клавиши вызывало у неё восхищение и лёгкое трепетание. Ты словно… дирижёр, произнесла она тихо, управляешь деньгами так же легко, как оркестром. Я улыбнулся, поправляя её волосы, которые случайно упали на лицо: Так же легко, как ты управляешь своим хозяйством, шутливо сказал я. Она рассмеялась, откинувшись на спинку стула, но глаза её сияли: смесь удивления, доверия и лёгкого страха. Казалось, она ощущает всю глубину того, что происходит: мою силу, мою тайну, моё умение действовать быстро и решительно. Ты меня пугаешь, призналась она, слегка дрожа, но при этом чувствуешься так… спокойно рядом с тобой. Я взял её руку в свою: Страх это нормально, сказал я мягко. Он учит быть осторожной. Но доверие… доверие важнее. Ваннеса кивнула, слегка прижимаясь ко мне, и мы молчали, чувствуя, как мир вокруг замедляется. Малыш тем временем играл у ног, а я наблюдал за ним и за ней, понимая, что этот маленький остров, эта маленькая жизнь теперь стали нашими. А что будет дальше? спросила она спустя минуту. Что будет… я задумался и посмотрел на горизонт, где заходило солнце, окрашивая море в золотые и пурпурные оттенки, мы будем жить. Мы будем защищать то, что имеем. И учиться доверять друг другу. Она улыбнулась, будто принимая это как обещание, и, снова взяв мою руку, прошептала: Тогда я с тобой. Во всём. И в этот момент, среди шума моря и лёгкого ветра, мне впервые показалось, что тайна моего прошлого, чужое тело, скрытые страхи – всё это больше не имеет значения. Есть только мы, наш малыш, и наше будущее, которое мы будем строить вместе.