Арчибальд Грейси – Правда о «Титанике». Участники драматических событий о величайшей морской катастрофе (страница 46)

Сенатор Смит: В вашей шлюпке не было мужчин-пассажиров?

Миссис Уайпт. Ни одного. Я никогда в жизни не встречала лучших людей, чем мужчины — пассажиры „Титаника“ — спортсмены и настоящие джентльмены. Если бы им позволили сесть в шлюпки с семьями, шлюпки управлялись бы должным образом и удалось бы спасти больше жизней. А вместо того в шлюпки пустили стюардов, потому что они заявили, что умеют грести, хотя не умели совершенно ничего».

Шлюпка № 10[17]

Пассажиров-мужчин на борту не было.

Пассажирки. Первый класс: мисс Эндрюс, мисс Лонгли, миссис Ходжбум. Второй класс: миссис Пэрриш, миссис Шелли. Всего 41 женщина, 7 детей.

Экипаж. Матросы: Булей (старший), Эванс, кочегар Райс; стюарды Берк и еще один.

Безбилетный пассажир: 1 японец.

Спрыгнул с палубы А в спускаемую шлюпку: 1 армянин. Всего 55 человек.

Эдвард Дж. Булей (Ам., с. 604):

«Старший офицер Уайлд сказал: „Поищи еще одного матроса, чтобы помогал, и прыгай“. Я нашел Эванса, своего сослуживца, способного моряка, и мы оба прыгнули в шлюпку».

Почти все показания Булея и стюарда Бэрка повторяют показания матроса Эванса, поэтому я привожу лишь слова последнего.

Ф.О. Эванс, матрос (Ам., с. 675):

«Я поднялся (на шлюпочную палубу) с оставшимися членами экипажа и помог расчехлить все шлюпки по левому борту. Затем мы перешли на правый борт и начали спускать шлюпки, которые там находились, с помощью корабельного боцмана, А. Никола. Далее (после спуска шлюпки № 12) я перешел к № 10. Там стоял мистер Мэрдок. С помощью стюарда я опустил шлюпку до уровня палубы. Первый помощник приказал: „Садись в шлюпку“. Я сел на нос. Молодой пекарь (Дж. Джокин) брал детей и бросал их в шлюпку. Мистер Мэрдок и пекарь приказывали женщинам прыгать в шлюпку; им пришлось преодолеть расстояние примерно в два с половиной фута. „Он придерживал детей за одежду и бросал их женщинам в шлюпку“. Одна женщина в черном платье оступилась и упала. Она была напугана и не сразу согласилась прыгать. Она не сумела попасть в шлюпку, а упала между ней и кораблем. Ее подхватили какие-то мужчины с нижней палубы. Она снова поднялась на шлюпочную палубу, снова прыгнула и благополучно попала в шлюпку. Никто из детей не пострадал. Единственный несчастный случай произошел с той женщиной. Единственным мужчиной-пассажиром был какой-то иностранец. Когда шлюпку спускали, он прыгнул в нее с палубы А — перепрыгнул в шлюпку и спасся.

Когда мы спустились на воду, нам не сразу удалось найти рукоятку для освобождения гаков; она находилась под сиденьем, но женщины сидели так плотно, что мы не могли туда добраться. Пришлось освобождать гаки вручную, так как заело полиспаст. Мы оттолкнулись от корабля и прошли на веслах около 200 ярдов. Мы подошли к трем другим шлюпкам и пришвартовались к шлюпке № 12. Мы простояли на месте около часа. Затем к нам подошла шлюпка № 14, в которой командовал мистер Лоу. Он велел нам взять к себе пассажиров из его шлюпки, распределив их равномерно, а нам, матросам, приказал перейти в его шлюпку. Он собирался вернуться к месту катастрофы и подобрать там всех, кто остался в живых».

Свидетель показал, что более крупные спасательные шлюпки были рассчитаны на шестьдесят человек.

«Сенатор Смит: Правильно ли я понимаю, что каждая такая спасательная шлюпка, как шлюпки под номерами 12, 14 и 10, могли быть заполнены до полной вместимости и безопасно спущены на воду?

Эванс: Да, сэр, потому что тогда мы так и поступали.

Сенатор Смит: Отличный ответ.

Эванс: Мне впервые пришлось таким образом производить посадку в шлюпки.

Корма корабля, после того как он ушел носом в воду, оставалась в перпендикулярном положении примерно четыре или пять минут».

У. Берк, стюард ресторана (Ам., с. 822):

«Я отправился на свой пост, но оказалось, что моей шлюпки, № 1, нет. Затем я перешел на левый борт и помогал сажать пассажиров в шлюпку № 8. Я видел, как ее спускали на воду. Потом я перешел к № 10. Офицер велел: „Садись туда!“ — и толкнул меня к шлюпке. Я сел в нее. Убедившись, что на палубе вокруг него нет женщин, офицер отдал приказ спускать шлюпку на воду.

После того как двух матросов (Булея и Эванса) перевели в шлюпку № 14, несколько женщин, сидевших на носу, сказали мне: „На дне шлюпки есть двое мужчин“. Я подошел к ним и схватил одного. Он был похож на японца и не говорил по-английски. Я посадил его на весла. Второй показался мне итальянцем. Я попытался поговорить с ним, но он сказал: „Армянин“. Его я тоже посадил на весла. Затем я пришвартовался к шлюпке, где командовал офицер — по-моему, мистер Лайтоллер (то есть к шлюпке № 12)».

Запись показаний, данных под присягой, миссис Иманиты Шелли (Ам., с. 1146):

«Миссис Шелли вместе со своей матерью, миссис И.Д. Пэрриш, были пассажирками второго класса. Миссис Шелли была больна, и ей с трудом удалось подняться на палубу, где ее усадили в шезлонг. Спустя какое-то время к ней подбежал моряк и попросил ее сесть в спасательную шлюпку, которую тогда спускали, — одну из последних на корабле. Подтолкнув мать к моряку, миссис Шелли направилась к шлюпбалке, на которой была подвешена шлюпка.

Между краем палубы и подвешенной шлюпкой имелся зазор шириной от четырех до пяти футов. Матрос поднял миссис Пэрриш и с силой толкнул ее в шлюпку. Миссис Шелли прыгнула и благополучно приземлилась. Сажать пассажиров в шлюпку помогали кочегар и корабельный пекарь. Шлюпка была заполнена женщинами и детьми; их было столько, сколько могло вместиться без перегрузки. Позже заклинило лебедку; пришлось резать канаты.

Как только они спустились на воду, с палубы в шлюпку прыгнул какой-то обезумевший итальянец. Он упал на миссис Пэрриш, сильно ударив ее по правому боку и ноге.

Им приказали держаться в виду корабельной шлюпки, которую послали вперед, чтобы искать помощь. В тот период времени, от столкновения до посадки в шлюпки, экипаж корабля вел себя идеально. Ни один мужчина не пытался сесть в шлюпку, если не получал такого приказа. Они видели, как многие снимали с себя одежду и укутывали ею женщин и детей, которых подняли с постелей полуодетыми. Миссис Шелли утверждает, что ни один экипаж не мог бы вести себя превосходнее».

Дж. Джокин, главный пекарь (Бр.):

«Старший офицер Уайлд крикнул стюардам, чтобы те оттеснили пассажиров-мужчин, но необходимости в таком приказе не было, поскольку мужчины и так не подходили к шлюпкам. Порядок был образцовым. Стюарды, кочегары и матросы встали цепью и пропускали дам к шлюпкам. Позже у нас возникла трудность, так как не удавалось набрать достаточно женщин, чтобы заполнить шлюпку. Мы не делали отличий в зависимости от класса пассажиров. Я видел ряд пассажирок третьего класса с их чемоданами, которые им не позволяли брать с собой.

Шлюпку начали спускать; женщин заставляли садиться. Она была подвешена на расстоянии полутора ярдов от борта корабля. Из-за легкого крена расстояние увеличилось, и нам приходилось бросать пассажирок в шлюпку. Офицер приказал сесть в шлюпку двум матросам и стюарду».

Шлюпка № 12[18]

Мужчин-пассажиров в шлюпке не было.

Пассажирки: мисс Филлипс, женщины и дети (40 человек).

Попрощался с дочерью и утонул вместе с кораблем: мистер Филлипс.

Экипаж: матросы Пойндестр (старший), Ф. Кленч. Позже из шлюпки D в шлюпку № 12 были переведены Лукас и два кочегара.

Прыгнул с нижней палубы, когда шлюпку спускали на воду: 1 француз.

Всего 43 человека.

На эту шлюпку пересаживали людей сначала с шлюпки Энгельгардта D, а затем с перевернутой шлюпки Энгельгардта В, поэтому, когда она достигла «Карпатии», в ней находилось 70 или больше человек.

Ф. Кленч, матрос (Ам., с. 636):

«Второй офицер и я помогали сажать в шлюпку женщин и детей. Старший офицер передавал их нам, и мы сажали их в три шлюпки, сначала в № 12. В каждой шлюпке находилось примерно по сорок — пятьдесят человек. После того как мы закончили посадку в шлюпку № 16, я вернулся к шлюпке № 12. „Сколько мужчин (членов экипажа) в этой шлюпке?“ — спросил старший офицер, и я ответил: „Только один, сэр“. Он посмотрел на меня и велел: „Прыгайте в шлюпку“. Так к пассажирам добавилось два моряка. Старшим в шлюпке назначили опытного моряка (Пойндестра). Нам приказали следовать за № 14 и держаться вместе.

В шлюпке был только один пассажир-мужчина, француз, который прыгнул с палубы, но нам не удалось его найти. Пока шлюпку спускали на воду, он прятался под сиденьями, и мы его не видели. Офицер Лоу перевел в нашу и другие шлюпки пассажиров со своей шлюпки. После этого в нашей шлюпке стало около шестидесяти пассажиров. После того как мистер Лоу отошел от нас, я услышал крики. Оглядевшись, увидел, что на какую-то шлюпку что-то падает; мы решили, что это верхняя часть трубы. (Речь идет о перевернутой шлюпке Энгельгардта В.) На ней находилось около двадцати человек, и мы взяли с нее приблизительно десять человек. Количество людей на нашей шлюпке дошло до семидесяти».

Джон Пойндестр, матрос (Бр., с. 82):

«Лайтоллер приказал нам перестать грести и держаться близко к кораблю. Шлюпку D и еще три шлюпки пришвартовали к № 12. После того как корабль пошел ко дну, мы находились на расстоянии примерно в 100 ярдов. Не хватало моряков, чтобы помогать вытаскивать людей из воды. Не было света. Мы перевели около дюжины женщин-пассажирок из № 14 в № 12. Мы стояли примерно в 150 ярдах, когда „Титаник“ затонул. Компаса не было».