Апавен Мартиросян – 13 Королей Зодиака. Книга 1. Танец теней (страница 14)
Купив живую курицу, Софилия направилась к дому кухарки, который стал для неё временным приютом.
В доме царила тишина, нарушаемая лишь шёпотом ветра за окном. Солнечные лучи, проникающие внутрь через него, оживляли мрачные стены комнаты.
Софилия с сомнением смотрела на ещё живую курицу в своих руках. Вдруг её взгляд остекленел, будто под гипнозом, и, как тень, её рука метнулась, прервав жизнь пернатой. Девушка стала пить кровь погибшей птицы, словно исполняя древний ритуал. Мгновение было наполнено странным восторгом, которым наслаждалась Софилия.
Но после того как первоначальное блаженство отступило, она почувствовала, как желудок сжимается и тошнота подступает к горлу. Прекрасный момент превратился в муку: Софилии была нужна совсем другая кровь.
Девушка открыла дверь в другую комнату: на полу лежала связанная верёвками кухарка. Её терзали с нечеловеческой жестокостью. Глаза, до этого полные доброты и тепла, теперь сверкали безумием и жаждой крови, а бледно-синяя кожа была как у мертвеца.
Оглушительную тишину нарушил скрежет зубов, когда кухарка медленно повернула голову в сторону Софилии. Она начала судорожно дёргаться в попытках освободиться, издавая жуткие крики. Софилия, охваченная страхом, заткнула уши и бросилась в чулан, стараясь скрыться от этого ужаса. Когда девушка немного пришла в себя, она заметила среди старых вещей лопату, стоявшую в углу. Взяв её, Софилия решительно направилась в комнату, где находилась кухарка. Не колеблясь, она начала бить её лопатой и била до тех пор, пока в кухарке не угасли признаки жизни.
Девушка стояла вся в крови, дыхание её было тяжёлым и прерывистым, а в глазах стояла полная растерянность. Осознав случившееся до конца, она чуть не лишилась чувств от ужаса: ей не верилось, что она могла такое сотворить. Однако она взяла себя в руки и, с тревогой взглянув на свою одежду, принялась смывать с себя пятна крови, а после торопливо стала осматривать полки и ящики в поисках ценных предметов. Собрав несколько серебряных ложек и вилок, а также украшения – зажимы для волос, амулеты и изящный женский ножик, служивший скорее украшением, но при необходимости годившийся и для защиты, – она сложила всё в небольшой мешочек. Той же ночью Софилия закопала тело кухарки, чтобы спрятать следы своего преступления.
Ранним утром следующего дня она покинула дом, осторожно пробираясь по улицам в поисках безопасного жилища.
Под лучами восходящего солнца, разгоняющего утренний туман, город Нойл-Вир начал пробуждаться. Внутренний мир Софилии резко контрастировал с красотой этой идиллической картины. Девушка ощущала, как под властью неутолимого желания он превращается в бурлящий океан. Жажда крови, подобная беспощадному приливу, затапливала каждую клетку её тела, проникала в самые глубины её сущности. Казалось, что неудержимые инстинкты скоро поглотят её сознание.
Выпивший мужчина, вышедший из здания, похожего на бордель, неуклюже прошёл мимо неё и упал неподалёку, лишившись сознания. Взгляд Софилии сосредоточился на нём, и после недолгой борьбы между жаждой крови и человечностью она схватила мужчину за руки и попыталась перетащить в более уединённое место, чтобы избежать посторонних взглядов. Однако её сил не хватало, чтобы совладать с весом мужчины. Внезапно из здания вышла местная куртизанка.
– Эй, что ты делаешь? – резко выкрикнула она тоном, полным возмущения.
– Я его жена. А ты, позволь узнать, кто? – застигнутая врасплох, Софилия всё же сумела искусно парировать выпад.
Оцепеневшая куртизанка, не ожидавшая такого отпора, молча повернулась и торопливо вернулась обратно в здание. Вздохнув с облегчением, Софилия вновь схватила за руки пьяного мужчину и принялась его поднимать. Однако, несмотря на все её старания, она не смогла даже сдвинуть его с места. Понимая тщетность попыток перетащить тело, Софилия оглянулась, желая убедиться, что поблизости нет посторонних. Убедившись в тишине и пустоте вокруг, она вынула из мешочка женский ножик, который сейчас должен был послужить иному. Сжимая его в руке, Софилия осознавала: вонзать зубы в плоть человека нельзя, иначе случится то же, что и с кухаркой, превратившейся в бездушного мертвеца. Потому она решила иначе утолить свою жажду: пролить кровь мужчины лезвием, не превращая жертву в проклятую тень.
Пьяный мужчина начинал шевелиться и открывать глаза, и Софилия быстро спрятала ножик. Его мутный взгляд остановился на ней, и он, не сомневаясь, решил, что перед ним куртизанка. Разум, ещё затуманенный алкоголем, не мог верно оценить происходящее. Поднявшись на ноги, он последовал за ней подальше от людских глаз.
Городские улицы пробудились к жизни, наполнившись движением и шумом. Люди суетились, занимаясь своими повседневными делами. Торговцы выставляли свой товар, перекрикивая друг друга для привлечения внимания прохожих. Стайки детей играли в уголках улиц, а прохожие спешили по своим делам, создавая мозаичный портрет многолюдного города.
Софилия, с опущенной головой, ускоренным шагом стремилась уйти подальше отсюда, словно пытаясь сбросить с себя невидимое бремя. Лицо под капюшоном было скрыто от взглядов, и никто не видел, как расцветал румянец на её щеках, будто дневной ветер принёс ей свежесть и жизненную энергию. Однако причина была не в ветре. В кожаном сосуде для воды плескалась кровь, которую Софилия, вдоволь напившись, оставила на потом.
Проходя мимо стойки, где пожилой купец деятельно грузил товар в повозку, Софилия невзначай услышала, что он направляется в город Парамон. Девушка почувствовала волнение, её взгляд оживился. Внутренний голос, некогда гнавший её из родного города, молчал, и она тут же предложила купцу обмен: мешочек с серебряными приборами и драгоценными вещицами – за место в его повозке. Купец, взглянув на блеск украшений, с радостью согласился. Только один предмет остался при ней – ножик, скрытый под тканью платья.
В гуще леса под знаменем знака Девы воины короля Вилиса терпеливо ожидали прихода врагов, прячась в засаде.
Военачальник Ризар был среднего телосложения, с густыми кучерявыми волосами; его пышные усы добавляли живописности лицу с холодным взглядом, говорившим о готовности к предстоящему бою.
Воины выглядели внушительно, но были уже порядочно изнурены. Один из них осмелился обратиться к командиру:
– Командир, позвольте спросить?
– Говори!
– Мы уже слишком долго в засаде, а никакого наступления так и нет. Почему мы выполняем грязную работу, в то время как войска других королевств сидят в тёплых крепостях и едят нормальную пищу? – сдержанно возроптал воин.
– Во-первых, отряды короля Ялу точно так же сидят в лесу, как и мы. Во-вторых, основные силы у крепости будут первыми, кто примет удар. А в-третьих, ты смеешь ставить под сомнение решение своего короля? – спросил невозмутимо Ризар.
– Нет, командир, – с испугом в голосе ответил воин, вытянувшись по струнке.
– Немедленно возвращайся к своим обязанностям, пока я не расценил это как бунт.
Воин вернулся в строй.
Вдалеке замаячил гонец верхом на коне, стремительно приближавшийся к Ризару; копыта лошади ритмично барабанили по тропе. Судя по спешке, вести, с которыми он прибыл, были крайне важны и требовали немедленного внимания.
В преддверии надвигающейся угрозы на границе земли короля Палади, в крепости Райго-Сап, царила напряжённая тишина. Рыцари, одетые в блестящие доспехи с узорами, символизирующими знаки стихии земли, стояли в боевой готовности, располагаясь по всему периметру крепости. Их лица были сосредоточенны и полны решимости. Взгляды их то и дело скользили по густым облакам на горизонте, обещающим ливень.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.