Анжелика Скворцова – Знахарка из многоэтажки (страница 13)

– Да что ж ты такая приставучая, это наши деньги, мы заработали! – вторая цыганка оттолкнула Машу, девочка, оступившись упала.

В какой именно момент голова заполнилась тяжелой черной тучей Маша осознать не успела. Не то, когда ее захлестнула обида, что она ничем не может помочь Егору, продолжавшему словно спать стоя. Не то, потому что мама никогда ее не била и там, где прошло все ее детство тоже никто не обижал. Ее отбросили как ненужную вещь. Маша поднялась, отряхнула прилипшие к куртке листья и взглянула на цыганку, которая все же задержалась глянуть – не переборщила ли с этой девчонкой.

Лишь секунды Маша пристально смотрела той в глаза, губы сами что-то пришептывали, а потом плотно сомкнулись. Маша смотрела в глаза и разговаривала без слов.

– Не смотри, не смотри на меня так! Зара, отдай ей деньги, все отдай! – Цыганка вдруг стала говорить быстро, словно стараясь разорвать этот зрительный контакт. И не могла. Старалась отвернуться – не получалось. Хотела уйти, но что-то не отпускало.

– Зара, забирай детей, надо к дому уходить, быстрее надо, – в какой-то момент показалось что у говорившей перехватило дыхание, словно ее придушили. Глаза женщины расширились и в этот момент Маша взглянула на вторую добытчицу. Женщина, с испугом протянула Маше пачку банкнот и что-то крикнула детям на своем, непонятном. Старший из пяти ребятишек недовольно кинул мобильник на траву. Еще один окрик и те убежали галдящей стайкой.

– Уходите. Обе, – Маша тяжело дышала, словно это она сейчас бежала, сверкая подошвами стоптанных сандалий, – не надо сюда больше приходить. И к школе не надо, – Маша решила на всякий случай расширить ареал безопасности сама не зная почему.

Цыганки, подобрав юбки и запахнувшись теплыми платками, словно враз замерзли быстрым шагом поспешили в сторону убежавших детей. Одна что-то быстро и взволнованно говорила, откашливаясь, словно в горло что-то попало, вторая качала головой, но только один раз обернулась еще раз взглянуть на Машу, постаравшись это сделать украдкой и издалека.

Подойдя к Егору и взяв его за руку, Маша увидела выбегающую из подъезда маму. Почему-то показалось, что она будет ругаться, хотя ничего плохого же не было. Вот деньги вернули, телефон с травы надо поднять. Все ж хорошо, только мамины глаза ничего хорошего не предвещали. Откуда и узнала только… Маша поежилась.

20.

– Что тут происходит? Егор, Маша? Почему цыгане толпились? Егор, они что-то у тебя выманивали? Маша, ты-то чего опять полезла, вот вечно в самой гуще событий! – Полина дергала то одного, то другого, но ей отзывался только Каспер. Резко повеселев, он прыгал вокруг Машиной мамы и пытался лизнуть, словно та спасла его от какой-то одному ему ведомой собачьей проблемы. – Пойдемте домой, нечего тут торчать, вон уже теть Валя из-за шторы выглядывает, завтра весь двор судачить будет и наврут с три короба. Чаю попьем, и вы мне все-все расскажете! – Полина просто взяла Машу за руку и потащила ее за собой. Вернее, собралась потащить, но та и не упиралась, а спокойно пошла за матерью. Егор выглядел слегка оторопевшим, словно только что проснулся и не совсем понимал, что за суета. Каспер все же умудрился облизать каждого и определив, что они идут не домой, а в гости – помчался впереди небольшой компании.

Домашняя обстановка, знакомые лица, горячий чай, сливовое варенье окончательно привели Егора в чувство, и он начал неторопливо рассказывать, как вышел выгулять собаку, как Каспер умчался в кусты за воробьями. Что нужно было убрать за собакой, а потом еще прогуляться до мусорного контейнера и как наткнулся на толпу цыганок уже почти у подъезда. И разговаривать с ними не хотел, обойти пытался, да одна в руку вцепилась и давай приговаривать: «Давай погадаю, венец безбрачия на тебе, не женишься никогда, снимать надо, только тогда у тебя семья будет…»

– Ой, да что она врет-то, никакого венца на дядь Егоре нет и женится он через год! – Маша от возмущения аж подскочила. За столом замолчали.

– А ты откуда знаешь, что я через год женюсь? И может даже знаешь на ком? – Егор постарался сказать это в виде шутке, но вышло как-то неестественно. Можно даже сказать заинтересованно, что здорово смутило его самого. Еще бы – просить совет у подростка, да еще девочки.

– Я знаю, но не знаю почему знаю. Я иногда…, – Маша осеклась и глянула на мать, которая словно сжатой пружиной сидела, выпрямив спину и глядя Маше в глаза, – ну, вы же хороший, добрый, помогаете всем, конечно женитесь! Все такие женятся, – постаралась выкрутиться из ситуации Маша.

Егор улыбнулся, зачерпнул еще ложечку варенья, на секунду замер, пытаясь почувствовать его аромат, а затем совершенно просто и буднично сказал:

– Я знаю, что у Маши есть дар. Я знаю, что таким людям в жизни не просто. И я понимаю, что любая мать будет стараться оградить своего ребенка от чужого любопытства, сплетен и главное – просьб. Давно понял уже, а сегодня еще раз увидел. Я же пока в ступоре стоял не спал и в обмороке не был. Ничего сделать не мог, рукой двинуть не мог, слова сказать, но видел. Маша, а ты когда на цыганку смотрела, мне показалось, что она словно что-то услышала. Что это было?

Полина охнула, непроизвольно прикрыв рукой рот. Сколько древнего и неизведанного еще есть в каждом современном человеке, который ведет себя правильно и цивилизованной в обычной ситуации, но мгновенно вспоминает что-то иррациональное в минуту стресса. Например, что через рот может не только выйти, но и войти что-то нехорошее, а поэтому лучше чаще прикрывать его во всех смыслах.

– Я… дядь Егор, да я ничего не делала, я хотела…, я придушить ее хотела, – Полина охнула еще раз.

– А потом почувствовала, как ей воздуха не хватает. Я сказала, что у нее дома пожар и надо торопиться, – Маша почему-то чувствовала себя виноватой, хотя вроде как спасла своего и маминого друга от ограбления.

– Маша, а у них дома правда пожар? – Полина вскочила из-за стола и даже схватила дочь за руку, заглядывая в глаза, с какой-то странной надеждой на определенный ответ.

– Мам, ну что ты говоришь, я просто…ну как это объяснить… посмотрела в ее голове как выглядит комната и передала ей назад мысль, что на столе лампа осталась включенной и провод загорелся. Она и поверила, – Полину словно отпустило и она, обмякнув, села на стул. В то же время казалось, что напряжение, державшее ее весь вечер немножко ушло и что она получила не страшный ответ на мучивший вопрос.

– Маша, а ты могла бы зажечь этот шнур? – Полина все же решила опуститься до дна омута материнского страха.

– Мамочка, нет же, я тут была, а оно все там. Далеко это все, как же можно, – Маша ответила быстро и не задумываясь. Полина улыбнулась и прижала дочь к себе.

– Да это я глупая, всякую ерунду у тебя спрашиваю. Сама понимаю, что это невозможно, – Полина продолжала гладить дочь по голове.

«Это не невозможно, это очень трудно, но я сегодня поняла, что нужно быть осторожной. Чтобы плохо никому не сделать. Даже, если я очень злая». Маша жмурилась под маминой рукой, как маленький котенок. Быть сильной вообще не хотелось, когда тетка начала задыхаться – Машу тоже холодом обдало. Словно темный туман вокруг заклубился. Неприятные ощущения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.