Анжелика Рэй – Учитель (страница 7)

Гепард странно посмотрел на меня. Как бы сочувствующе и устало. Любит ли он на самом деле Водную Лилию? А ведь похоже, что не любит!

– Ты ее любишь? – спросил я, хоть и боялся услышать ответ.

– Это сложно, – уклончиво ответил он.

– Что тут может быть сложного? Да или нет?

– Скажем так… Я сблизился с Водной Лилией из-за тебя.

– Что?

– Ну, чтобы нам с тобой было что есть и где спать. Ты, как всегда, недогадлив, Рысь!

Я хотел спросить, любит ли она его. Но не решился. «Конечно, она его любит, – сказал язвительный голос в моей голове. – Как можно не любить такого, как Гепард! Стала бы она с ним встречаться, если бы он ей не нравился. Она звезда и может выбрать любого».

– Гепард… – спросил я охрипшим от напряжения голосом. – Почему ты никогда не злишься на меня и все мне прощаешь?

Он посмотрел на меня долгим взглядом, а затем сказал:

– Как я могу на тебя сердиться? Когда я смотрю на тебя, твоими глазами на меня словно глядит наша матушка.

Он отвернулся. Видимо, ему стало неловко от такого признания. Мы какое-то время помолчали.

– Так что будешь делать с подарком? – спросил он как бы между прочим, указав на коробку. – Если не отправишь обратно, значит ты его принял. А раз принял, то будет совсем по-свински не явиться к ним. В десять раз хуже, чем то, что ты сбежал с собеседования.

Я запустил пальцы в волосы и подпер голову руками. Мне совсем не хотелось решать это прямо сейчас.

Но тут к нам в дверь постучали. Заметив, что я в каком-то трансе, Гепард отворил дверь. Это был Носорог Колсби, из местных ремесленников. (Колсби был таким большим оборотнем, что едва проходил в нашу дверь. В зависимости от породы оборотни бывают крупными и не слишком – смотря от какого животного они произошли. Мы с братом, к примеру, не особо крупные. Хотя люди так не считают.) А пришел он сообщить удивительную вещь. Уже несколько дней подряд к нему приезжают люди из города, а иногда даже оборотни, и спрашивают «рубаху, как у Рыси Танэльса». Все хотят себе такие же рубахи!

– Но это еще куда ни шло, – сказал Носорог. – Они и амулеты, как у тебя, спрашивают.

Мы с братом подняли головы. Амулеты? Это было уже слишком. Для оборотней амулеты – не просто украшения. Это наша связь с предками и кланом. Чтобы не сбиться с пути, чтобы не забывать, кто ты. Нельзя было, чтобы люди их носили для развлечения.

– И что ты им сказал? – спросил Гепард.

– Да то и сказал, – ответил басом Носорог, – что амулеты каждый род делает для себя. Их никто не изготовляет на продажу. Но я не уверен, что кто-нибудь из менее честных ремесленников не сделает копии наших амулетов, чтобы содрать с людей денег.

Я нахмурился. Но тут мне пришла в голову одна мысль.

– Гепард, – сказал я брату, – что, если я схожу к Шанхольцам и попрошу их повлиять как-то на общественное мнение, чтобы люди не смели носить наши амулеты? Они смогут это сделать?

– Ну вот, кажется, ты начинаешь понимать, как устроено высшее общество. Думаю, у Шанхольцев достаточно влияния и связей, чтобы это осуществить.

«Что ж, наверное, все-таки придется учить их невоспитанную внучку», – подумал я с досадой. Сама судьба направляла меня в эту семью.

Глава 9

пожалуй, стоит пояснить кое-что о моем характере. С самого детства я чувствовал, что как-то не так воспринимаю мир, и особенно сказанное мне, нежели другие оборотни. Брат и его друзья, мои родственники и знакомые, наши родители – все они как будто общались с помощью зашифрованного языка. А я из него понимал только какую-то часть знаков. Остальную притворялся, что понимаю… С переменным успехом. Тут,

Часто мне казалось, что я не улавливаю сказанное между строк, само собой разумеющееся. Поэтому Гепард говорит, что я недогадливый, – в этом он прав.

Но у этой моей особенности есть другая сторона. Возможно, в каких-то ситуациях это может быть преимуществом. Ну то есть… Вот большинство разумных существ мыслят согласно установленным канонам (я эти каноны не до конца понимаю, поэтому не мыслю как они). А я не раз замечал, что мое мышление работает как-то иначе. Часто от этого мне бывало неловко. Как будто на тебя накатывает ноющее осознание собственной ненормальности. Но! Бывали ситуации, когда я предлагал какие-то идеи, а окружающие говорили, что это гениально, и не могли поверить, что я до этого сам додумался.

Например, еще когда мы жили в Алисси́и, при сильном урагане на дорогу повалило огромное дерево. Оно было очень прочной породы, и его было сложно распилить. Все ломали головы, как убрать дерево с дороги, ведь даже не было понятно, на чем его можно увезти, не распилив. А я сказал: «Так а почему бы не вырыть ров вдоль дороги размером с это дерево и не закопать его там?» Все пришли в восторг и сделали как я предложил. И таких историй было немало.

Но все-таки большую часть времени эта моя необычность меня беспокоила. Я часто думал: «А смогу ли я сойтись с этим оборотнем?», «А что, если я что-то не так пойму или странно себя поведу?».

Дело в том, что когда я веду себя странно, то я не понимаю, как это смотрится со стороны. Поэтому мне нужны существа вроде моего брата или Саниты, которые ко мне хорошо относятся, прощают мне чудачества и скажут, если я зайду слишком далеко. Я на них полагаюсь.

Такие мысли одолевали меня, когда я шел в назначенный час на обед к семейству Шанхольц. Еще я немного думал о Водной Лилии, хотя и старался выбросить ее из головы. Думал о том, что если она узнает, какой я на самом деле чудак, то точно не захочет меня больше видеть. Поэтому я не собирался давать ей шанс узнать меня получше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.