Анжелика Паршина – Жена дезертира (страница 6)

Мы с младшей дочерью ждали Колю у забора комендатуры довольно долго. Малютка радостно запищала, когда увидела его издалека.

– Папа, папа.

Любовь у них обоюдная. Тут уж ничего не скажешь. Выглядел Коля довольно неплохо, лицо его практически зажило, остался небольшой участок зеленцы под глазом и красный белок от лопнувших сосудов, но это даже придавало ему какой-то брутальности. Меня не пугают такие картинки, а скорее нравятся. Видимо, я существо кровожадное. Мы поговорили, но не так долго, как хотелось бы. Настроение у Коли было приподнятое, создавалось впечатление, что он что-то замышляет. Но меня в свои планы он посвящать не спешил.

До вокзала нас дочкой довёз один из ВП. На автобус мы не успели, поэтому домой поехали на такси.

Ну что вас сильно удивит, если я скажу, что Коля по собственному желанию покинул пределы комендатуры? Ну так вот Коля свалил оттуда. Со мной он уведелся через пару дней, ему было некогда, он закладывал горячительные с дружками. Но видимо, без моего внимания всё же красочки не те, – объявился.

– Давай куда нибудь уедем?

– Здрасте приехали, куда? У нас с деньгами туговато, ты в курсе?

– Я мотак продам

– А дальше что?

Диалог этот не был продуктивным. Дома оставаться нам было небезопасно, поэтому на следующий день мы поехали на базу отдыха. Детям раздолье – нам спокойно. Мы провели там пару дней и решили сменить местность. Коля продал свой пит и мы поехали подальше от станицы в Псебай, на другую базу.

Местность, конечно , – потрясающая. Воздух чистый, рядом горы, на базе – горячий бассейн, уютные номера с удобствами. Мы просто кайфовали, жарили шашлык, купались в бассейне, общались. Но всё это не могло длиться долго. Пит стоит не как крыло самолёта, нужно было думать как быть дальше. Летние каникулы заканчивались. Детям нужно было в школу. Мы приняли решение переехать в Псебай.

Глава 13 Андрюки

Мы сняли жильё на окраине посёлка. Обычный среднестатистический поселковый домишко с печным отоплением, но, правда, с условиями. Хозяевами данного пристанища были пожилая пара. Бабуля при первом знакомстве показалась весьма добродушной и заботливой. Она легко нашла общий язык с детьми, спросила, можно ли ей периодически приходить к нам, чтобы проводить с ними время. На что услышала положительный ответ. Моё «ахринеть» случилось через четыре дня после заезда в этот дом. Я отвела детей в школу и, направляясь домой, встретила её. Мы перекинулись парой фраз, после чего последовали довольно странные вопросы.

– А вы вообще долго планируете жить в моём доме?

– Ну да. Мы обговаривали с вами этот вопрос.

– Ну сколько примерно? Месяц, два?

– Хотелось бы дольше, потому что у детей школа. Частые переезды не желательны.

– Ну, до осени?

Я поняла, что что-то тут явно не так. На дворе как раз осень. Диалог начал терять логику и вообще смысл. Сплошной сумбур из никак не связанных между собой вопросов, который просто взъерошил мне мозг. Я пришла домой в недоумении. Рассказала Коле, он позвонил супругу бабули. Так мы узнали, что, оказывается, она страдает деменцией. Её память весьма кратковременна, заболевание, конечно, очень специфическое. Несмотря на то, что мы понимали, что человек болен и её вины в этом нет, нервишки она нам помотала изрядно впоследствии. И дом мы, оказывается, хотели забрать, по её мнению, и полицию она вызывала, а в нашем положении полиция – как раз вот «да, конечно, давайте вместе чай попьём». И, несмотря на то, что супруг её заключил с нами договор аренды на месяц, мы понимали, что нужно присматривать новое жильё. Чем, собственно, мы и занялись. Но поиски наши увенчались очередным переводом детей в другую школу. Мы не нашли жильё в Псебае, поэтому нам открыли свои объятия Андрюки. Один единственный дом, который мы нашли, принял нас весьма гостеприимно. Хозяйка – молодая женщина, милая и добрая. Об аренде жилья с ней говорила я, Коля в тот момент подрабатывал в делянке. Деньги заканчивались, а жить на что-то было нужно. Заехав в новый дом, мы немного переставили мебель, как нам удобно. Коля растопил печь, поужинали и легли смотреть фильм с последующим отходом ко сну. Это была практически ежевечерняя традиция. Мы включали кино, я ложилась ему на плечо, мы спутывали ноги, и зачастую я засыпала, просыпаясь чуть позже в болоте собственной слюны. Всегда переживала на этот счет, но он улыбался и упрекал меня лишь в том, что я опять уснула, так и не досмотрев фильм.

Любила ли я его? Безумно! Причем сама не понимала за что. Мы были с ним полными противоположностями в мировоззрении. Наши взгляды на жизнь, на отношение к жизни настолько разнились, что мне часто было непонятно, как вообще мы можем уживаться под одной крышей больше двух минут. Единственное, наверное, в чем мы были схожи – это излишняя эмоциональность. При малейшем разладе мы мгновенно вспыхивали, как две спички, и только со временем каждый из нас научился идти на компромисс. Но это было не всегда. Физика – вот, наверное, что меня удерживало рядом с ним. Мне нравилась его походка, и его кривые ноги колесом мне тоже нравились. Мне нравились его руки, и то, как он ими что-то делает, особенно ковыряется с проводами, или когда его пальцы были в моторном масле, а сам он был чумазый, как попуас. Мне нравилось наблюдать, как он ест, но больше всего я любила его глаза. Несмотря на то, что иногда в них вспыхивала ярость, которая могла в момент нагнать жути, в большинстве я видела в них что-то очень загадочное и чистое. Ну да ладно. Опустим лирику.

Проснувшись утром, как ни в чем не бывало, мы сделали кофе и вышли на веранду. Салам, Амиго. У ворот остановилась машина. Но у нас не вызвало это никаких опасений. Ведь за месяц нахождения в Псебае к нам ни разу не наведались по поводу Колиного отсутствия на СВО. Я спокойно открыла калитку. Господь Всемогущий – машина с ВП, еще одни какие-то по форме, на третьей машине еще парочка, один из которых с виду прям Викинг. Но смотреть в глаза я давно научилась, не показывая страх.

– Добрый день. Лина?

– Да, я.

– Позовите, молодого человека, вашего сожителя.

– Какого еще молодого человека? Я тут с детьми.

Навык соображать на ходу уже практически был доведён до автоматизма.

– Да вот, только что вышел с веранды.

Я обернулась, но увидела уже, как Коля мелькнул в другой выход на задний двор.

– Это, наверное, сын. Вы ошиблись, тут нет никого больше.

В это время молодой человек вышел огородами и исчез в неизвестном пока никому направлении. Притом оставив свой телефон дома, потому что времени его прихватить у него не было. Мой диалог с нагрянувшими особями не был долгим и задушевным. Как только они начали мне рассказывать страшилки, которые я слышала уже неоднократно, я вежливо сказала: «Простите, всего хорошего». Закрыла калитку и зашла в дом. Неторопливо растопила печь и занялась наведением порядка в доме, ожидая, когда Коля выйдет на связь. Это был вопрос времени.

Вешая занавески в одной из комнат, я заметила, что возле двора стоит машина. Какого лешего они ждут? Рассчитывают, что Коля выйдет к ним с распростёртыми объятиями? Или, может, думают, что выйду я и скажу: «Ой, ребятки, да он вон на яблоньке сидит, ждёт, пока вы подойдёте с ним поговорить»? Ну ждите, чего уж. Арендную плату за стоянку у двора брать не стану. Ночь они провели в своём авто, наутро в окно я увидела, что они прохаживаются и осматривают ближайшую местность. Коля на связь вышел. Он был у моей двоюродной сестры. Теперь я была спокойна и их возня возле дома меня совершенно не интересовала.

Глава 14 Горы

Днём граждане госслужащие покинули свой пост наблюдения. Я вышла со двора, чтобы убедиться в этом, после спешно собрала детей, взяла Колин телефон, и мы пошли к сестре. На улице было уже довольно прохладно. Путь к её дому был не особо близким, но мы, ребята стойкие, преодолели путь быстро и без нытья. Коля, как обычно, был в своём излюбленном состоянии, которое я никак не могла понять, выбиралось оно им сознательно или же он шел на поводу своих противоположных мыслей, иными словами – то весел, но нос повесил. Нужно было решать, как быть дальше. Оставаться здесь уже небезопасно. Эта история уже была знакома. Подскакивать среди ночи от проезжающих мимо машин и наслаждаться стабильным выплеском норд-адреналина? Его было уже с лихвой. Мы нашли выход, как нам тогда казалось, – адекватный. Но никто из нас не знал, что именно это расстояние станет первоначальным толчком к развалу всех иллюзий относительно друг друга.

Благодаря связям и знакомствам, которые имелись, мы решили отправить Колю в горы. Там бы его точно искать никто не стал, а если бы даже искали, то не нашли. Он должен был отправиться туда на днях. Обсудив это, он остался у сестры, а я с детьми вернулась в дом. Оставшаяся часть дня прошла совершенно обычно. Вечером дети смотрели мультфильмы, а я собирала алмазную мозаику. Как вдруг меня напугал внезапно появившийся силуэт в окне. Это был один из розыскной группы. Я вышла, он расплывался в улыбке, и речь повёл о том, чтобы нам адекватно поговорить. Видимо, поняли, что все их психологические запугивания не сработали, поэтому он перешёл к следующему приёму – психологическое поглаживание.

– Вы же умная женщина.