Анжела Марсонс – Мертвые души (страница 53)

– Готовитесь к соревнованиям, док? – спросила Ким, догоняя археолога у самого входа.

Здесь ей кивнула женщина, которую она мельком видела возле раскопа, – Марина. Помощница археолога сняла крышку с пластиковой коробки.

Детектив вновь обвела взглядом целую коллекцию костей, разложенную по каталкам. Ей сделалось нехорошо от осознания того, что только у одного из трупов было имя.

Краем глаза она заметила, что из коробки осторожно достают пластиковые пакеты с вещественными доказательствами.

Ким знала, что костей, к сожалению, не хватит на то, чтобы заполнить все пробелы в скелетах, которые лежали перед ней. Она вспомнила документальный фильм об опознании жертв теракта в здании Всемирного торгового центра[98]. Тогда некоторые семьи похоронили только зуб или фрагмент кости своих близких.

– Послушайте, инспектор, – обратилась к ней доктор Эй, поворачивая пакет и поднося его к яркому белому свету.

Стоун повернулась к ней.

– А вы знаете, что человеческая рука зловеще напоминает переднюю лапу медведя? – спросила македонка.

– Не думаю, если речь идет о Йоги[99], – заметила детектив.

– Что? – нахмурилась археолог.

– Да так, ерунда, – ответила Ким. Не стоило тратить время на объяснение некоторых вещей.

– Ага, вот тебя-то я и ждала! – воскликнула доктор Эй, доставая на свет божий какую-то кость.

Женщина лихорадочно двигалась по комнате – все признаки ее усталости куда-то испарились.

Для Ким это было понятно. Энергия доктора подпитывалась от ее же успехов. У нее самой бывало точно так же. Движение вперед давало ей дополнительную порцию адреналина.

Доктор Эй подошла к телу № 2 и прижала пакет к области таза, после чего удовлетворенно кивнула.

Стоун уже знала, что по тазу можно точнее всего определить пол жертвы.

– Сдается мне, что номер два – тоже мужчина, – сказала археолог. – На что указывали неровности на черепе, а эта кость подошла идеально. Точно мужчина.

– А возраст? – с надеждой спросила Ким.

– С возрастом кости начинают терять кальций и становятся менее плотными. Если здесь не было недоедания и остеопороза, то я бы сказала, что на момент смерти ему было где-то между тридцатью и сорока.

Детектив постаралась запомнить эту информацию. Пенн сможет использовать ее в поисках по своей базе данных.

Доктор Эй встала в ногах каталок, на которых лежали кости Джейкоба Джеймса и жертвы № 2.

– Можно сказать, что с этими двумя несчастными мы почти закончили. Будем надеяться, что оставшиеся кости помогут нам собрать третьего.

Ким взглянула на третью каталку и мысленно поаплодировала оптимизму археолога.

Доктор Эй проследила за ее взглядом.

– Когда закончим с костями, займемся получением ДНК.

Стоун кивнула в знак того, что поняла. Правда тут была небольшая проблема – ДНК надо с чем-то сравнивать. Ким тяжело вздохнула. Эти жертвы расставались со своими секретами гораздо труднее, чем ей этого хотелось бы.

– Ну что ж, док, я… – начала инспектор, но внезапно замолчала, проходя мимо стола, который стоял слева от двери. – А это что такое? – спросила она Марину, которая как раз извлекла из коробки пакет размером с почтовую открытку.

Ассистент доктора Эй протянула ей этот пакет, и Ким поднесла его к свету.

В пакете лежал треугольный обрывок бумаги.

Глава 64

Прежде чем попытаться встретиться со Стейси глазами, Брайант подождал, пока они все усядутся на свои места. За все это время Вуд ни разу на него не взглянула.

Сержант ждал, что она все еще будет злиться на них с Доусоном, но то, что девушка вообще не смотрела в его сторону, говорило о том, что она не смягчилась ни на йоту. Брайант уже подумывал о цветах и даже о шоколаде, но подозревал, что любой из таких жестов с его стороны будет воспринят неправильно.

Решить проблему можно было только одним способом.

– Стейс, я хотел бы извиниться за неуважение к тебе, как к офицеру полиции и как к детективу… – заговорил Брайант.

Наконец-то она подняла на него глаза!

– Больше этого не повторится, – продолжил ее коллега. – И нам действительно необходима твоя помощь в этом деле.

Констебль кивнула в знак того, что извинения принимаются, и посмотрела на Доусона.

– Полностью поддерживаю, – смущенно произнес тот.

Брайант покачал было головой, но заметил, как Кевин подмигнул девушке.

– Ладно. Вуди договорился в Ллойд-хаусе о специалисте для нас. Его зовут инспектор Фредерик Виндзор, и он, как здесь написано, является почетным бакалавром чего-то там[100], – заметил Брайант, прочитав сокращения на карточке, шедшие после имени специалиста.

– Ну да, давайте встретимся с белым мужчиной средних лет, и он просветит нас на предмет преступлений на почве расовой ненависти, – с сарказмом заметил Доусон.

Стейси хихикнула, и напряжение исчезло с ее лица. Правда, оно практически сразу же вернулось снова.

– Стейс, ты можешь проверить прошлое наших жертв? – спросил ее Брайант. – Это что, три не зависимых друг от друга нападения, которые чисто случайно произошли в течение одной недели, или между ними существует какая-то глубинная связь?

Вуд кивнула.

– Обрати внимание на Брэндона «Баббу» Джонсона, – попросил Брайант. – Он любил привлекать к себе внимание. Интересно было бы посмотреть, какова была реакция на его смерть в социальных сетях…

– Гм! – хмыкнула Стейси.

– Все-все, я уже заканчиваю учить тебя работать. После того как мы закончим с нашим экспертом, я хочу еще раз вернуться к семьям пострадавших – начать с самого начала и еще раз опросить их всех. – Сержант протянул девушке клочок бумаги. – И покопайся в прошлом вот этой молодой леди.

– Жертва кислоты? – уточнила констебль.

– Умерла вчера от ран, – кивнул ее коллега. – В Дерби считают, что это убийство связано с вопросами семейной чести, но глянь, не оскорбила ли она кого-нибудь в соцсетях. А ты что-то сегодня утром слишком тихий, – повернулся Брайант к Доусону. – Что случилось?

– Шрам, который упомянула Айша Гупта, никак не дает мне покоя, – отозвался Кевин. – Что-то подсказывает мне, что в этом что-то есть…

– Какой шрам? – спросила Стейси, нахмурившись.

– Айша сказала, что у напавшего на нее мужчины был шрам. Вот здесь, – Доусон указал на свою щеку. – И я все…

– Шрам в этом месте был у Джастина Рейнольдса, – сообщила констебль.

– Это что еще за Джастин Рейнольдс? – спросил Брайант. Имя самоубийцы ничего ему не говорило.

– Точно, Стейс! – Кевин хлопнул ладонью по столу, словно он сам вспомнил об этом. – Это тинейджер, который совершил самоубийство несколько дней назад, – повернулся он к Брайанту. – Мы со Стейси там были.

– Но я не вижу здесь никакой связи. А ты? – вновь обратился его напарник к констеблю.

– Я постараюсь поискать, – пообещала Вуд, глядя на экран своего компьютера.

– Тогда по коням, – сказал Брайант, хватая свою куртку и бросая ключи от машины Доусону. – Заводись и сам выбери радиостанцию.

Одним из предметов бесконечных споров двух сержантов был выбор между радиостанциями «Радио-1» и «Радио-WM».

Доусон ухмыльнулся, и тут Брайант понял, что управление людьми напоминает воспитание младенца – политика кнута и пряника.

– Послушай, Стейс, я действительно сказал то, что думаю, – обратился он к девушке. – Я был не прав и сожалею об этом.

Вуд слабо улыбнулась.

– И я действительно считаю, что нам надо забыть об этом и двигаться дальше, – добавил сержант.

Выходя, он украдкой взглянул на Стейси.

Девушка сидела, положив голову на руки.