Анжела Марсонс – Кровные узы (страница 35)

– Вы правы, босс, это моя вина.

– В любом случае твой молокосос меня мало волнует. За него я не отвечаю, а вот за тебя – да. Так помоги же мне, Кев. Как ты вообще дошел до такой мысли?

– Я просто подумал, что неплохо было бы обратиться ко всем, кто мог…

– Насколько это неплохо, мы увидим позже, но я не это имела в виду. Мы много раз расходились с тобой во мнениях, но ты всегда уважал мои решения.

Кевин засунул руки глубоко в карманы и пнул ногой валявшийся рядом камень. Он продолжал хранить молчание.

Стоун глубоко вздохнула и попыталась забыть о своем гневе. Теперь его место заняло глубокое разочарование.

На несколько минут между ними повисла тишина. Это была реальная проблема, с которой требовалось немедленно разобраться.

– Хорошо, можешь называть меня Ким, – распорядилась инспектор.

Голова сержанта дернулась.

– Ну же. Давай, – подбодрила его Стоун. – Называй меня Ким и выскажи все, что думаешь. Прямо здесь и сейчас.

– Я не могу назвать вас… – покачал головой молодой человек.

– Нет, можешь, – настаивала Стоун. – Эта беседа зашла так далеко от дисциплинарных правил и профессиональной этики, что нам, наверное, надо использовать это по максимуму. Так что теперь называй меня по имени.

В ее устах это прозвучало так, как будто она нанесла Доусону первый удар.

– Ладно, Ким. – Он посмотрел по сторонам и нахмурился. – Я не могу…

– Продолжай, – потребовала инспектор. – Сейчас я не твой босс, так что выговорись до конца. Вывали все на меня.

К участку повернула патрульная машина. Офицеры с любопытством смотрели в их сторону.

– Не обращай на них внимания – говори со мной, – поторопила Ким своего коллегу.

– Вы никогда не работаете со мной в паре. Только с Брайантом, – вырвалось у сержанта, и на лице у него появилось удивление, как будто он хотел сказать вовсе не это.

– Продолжай. – Инспектор не так уж и удивилась услышанному.

– Это ваш неизменный выбор. Все время проводите с ним и наблюдаете за тем, как он работает. И Брайант производит на вас впечатление. А Стейси периодически творит чудеса с базами данных. Мне же остается только монотонная работа по…

– Ты действительно так думаешь? – уточнила Ким. Неожиданно она почувствовала себя матерью, которую обвиняют в том, что у нее в семье есть любимчики.

– Я думаю, что вы не хотите доверить мне принимать решения или самостоятельно вести какую-то часть расследования. Мне кажется, что вы просто бросаете мне кости, чтобы я не мешался под ногами.

Стоун в замешательстве покачала головой.

– Давай так. Через несколько минут пробьет пять, и я опять стану твоим боссом. А пока я расскажу тебе правду. Дело не в тебе, а во мне. Вуди нравится, когда я работаю в паре с Брайантом. Потому что у Брайанта есть навыки, которых нет у меня. И людям он нравится гораздо больше, чем я. Он минимизирует наносимый мною вред. И сокращает количество жалоб на мое поведение, которые скапливаются у Вуди на столе. И не только это, Кев. Наша работа вместе помогает нам в достижении нашей общей цели.

Сержант нахмурил брови.

– Как тебе такой расклад? – продолжала его начальница. – А у тебя есть достоинства, которые редко встречаются. Ты напоминаешь мне саму себя в молодости. Ты умеешь быстро, практически с колес, анализировать ситуацию. Понимаешь, чем стоит заняться вплотную, а что можно отбросить. Эти способности неоценимы при опросе свидетелей и оценке вероятных направлений розыска. Научиться этому просто нельзя. Ты меня понимаешь?

Доусон медленно кивнул.

– И один ты работаешь, потому что я верю… верила в тебя.

– Я действительно накосячил, босс, – серьезно признался сержант, глядя прямо на инспектора.

– Да, Кевин, это действительно так, – кивнула Ким и вздохнула.

Глава 47

Ким знала, что у Доусона есть еще что сказать, но она жестом остановила их беседу, когда они шли по парковке. Сейчас не время. Сейчас им предстоит столкнуться с последствиями его действий.

Сержант придержал дверь, чтобы дать дорогу выходившей из здания женщине. Стоун мельком взглянула на нее, а потом присмотрелась внимательнее. Плечи женщины были сгорблены, а светловолосая голова наклонена к земле.

– Я догоню, – сказала она Кевину, который тоже посмотрел на эту женщину и кивнул.

– Керри! – окликнула Ким посетительницу, идущую к припаркованной машине, пытаясь догнать ее.

Керри Хинтон повернулась, и инспектор увидела, что на ее абсолютно белом лице видны только покрасневшие глаза. Так же она выглядела и в ночь их беседы.

Керри был тридцать один год, и она была женой, матерью, учительницей и последней жертвой Мартина Копсона.

Женщина не улыбнулась, но кивнула в знак того, что узнала детектива.

– Как ваши дела? – спросила Ким, не сдержавшись. Вопрос был задан совершенно автоматически, тем более что ответ был ей известен.

В ответ Хинтон просто покачала головой, и Стоун все поняла.

– Опознание? – уточнила она.

– Да, – слабо выдохнула Керри.

И хотя Ким знала, что арестовали они именно того, кого было надо, опознание было необходимой частью неприятного процесса.

– Для вас, должно быть, было тяжело… – начала инспектор.

– Тяжело было терпеть его член во мне. Тяжело было не иметь возможности его остановить. Тяжело было оставаться в сознании, когда моя голова билась о землю.

Ким сглотнула. Все это уже было ей известно. Они с Керри провели три с половиной часа сразу же после медицинского обследования.

– Тяжело было не спать ночами, зная, что он разгуливает на свободе, – продолжала ее собеседница.

– Я знаю.

– Это вы его поймали, – нахмурилась Хинтон.

Стоун утвердительно кивнула.

– Спасибо вам. – Керри с силой сжала руку детектива. – Я знала, что это будете вы. Вам, наверное, пришлось…

– Мы смогли поймать его только благодаря тому, что пережили вы, Керри, – честно призналась Ким. – Это после нападения на вас мы получили образец его ДНК. Так что его поймали вы, а не я.

Инспектор не могла говорить о своих заслугах перед лицом того, что пришлось пережить этой женщине во время нападения и выстрадать после него, и перед лицом того, через что ей еще предстояло пройти в суде.

– Для вас это слабое утешение, но благодаря вам это больше не повторится, – добавила Стоун.

Хинтон открыла было рот, чтобы возразить, но инспектор покачала головой.

– Его поймали благодаря вашей смелости, Керри, – сказала Ким, пожимая женщине руку. – А теперь оставьте его нам. И верните себе вашу прошлую жизнь, насколько это возможно.

Пожав руку Ким в ответ, ее собеседница повернулась и направилась к машине, в которой ее ждал муж.

Стоун остановилась и проследила, как они скрылись из виду. Часть инспектора хотела, чтобы она могла сделать больше. Чтобы можно было полностью стереть воспоминания Керри о том, что ей пришлось пережить. Вернуть ее в нормальную жизнь. Заштопать ее душевные раны. Но это было невозможно, и с этим приходилось мириться.

Ким поднялась по ступенькам и молча пересекла комнату отдела.

Оказавшись в «кутузке», она ничуть не удивилась, увидев на своем телефоне беспрерывно мигающий красный сигнал вызова.

Какое-то время Стоун не обращала на него внимания. Все равно он никуда не денется.

Плотно прикрыв за собой дверь, детектив села. На пару секунд мигание прекратилось и тут же возобновилось снова.

Ким повернулась спиной к общей комнате. Беседа пойдет лучше, если во время нее она не будет видеть перед собой физиономию Доусона.

– Стоун, – произнесла она в трубку.

– Инспектор, это Марта. С вами будет говорить детектив-суперинтендант Болдуин.