Анжела Марсонс – Исчезнувшие (страница 39)

Дверь открыла девушка, которой, по прикидке Доусона, было лет восемнадцать-девятнадцать. Вспомнив фотографии в деле, он понял, что перед ним старшая сестра Дивэйна Шона. Ее приятное личико, которое хмуро смотрело на него, было обрамлено плотными блестящими кудряшками.

– И чё надо? – спросила она, уже решив про себя, что это нежеланный гость.

– Детектив-сержант Доусон, – представился Кевин, показывая свой знак. Девушка не отрывала глаз от его лица. Доусону приходилось видеть подделки полицейских знаков, сделанные в Холлитри, – на их фоне его собственный трудно было назвать аутентичным. – Я могу поговорить с вашим отцом?

– Это еще о чем? – спросила девушка.

– О вашем брате, – терпеливо ответил полицейский. Хотя ее поведение и выводило его из себя, он не забывал, что в этой семье случилось несчастье, а полиция не смогла его предотвратить. – Открылись новые обстоятельства.

– Он что, вдруг ожил?

– Ваш отец дома, Шона? – твердо повторил вопрос Доусон.

– Подожжите, ща проверю, – сказала девушка и захлопнула перед ним дверь. Обычно такие квартиры состоят из двух спален, холла, кухни и туалета. Ей ничего не надо проверять, подумал Доусон.

Через несколько мгновений дверь открылась вновь.

Прямо на Доусона смотрел Вин Райт. На его лице не было ни радости, ни гнева. Оно было словно окаменевшим.

– Что тебе надо, сынок?

Доусон выходил из себя, когда его называли «сынком». Его собственный отец никогда его так не называл, даже тогда, когда уходил из дома в горы Шотландии в поисках себя самого. Насколько Доусон знал, он все еще находится в процессе поисков. Но не нравилось ему это обращение не только поэтому. Он был полицейским, сотрудником уголовного розыска и никак не сыном этого человека.

– Мистер Райт, я должен проинформировать вас о вновь открывшихся обстоятельствах, касающихся смерти вашего сына. Я могу войти?

Вин Райт поколебался, прежде чем сделать шаг в сторону.

Доусон знал, что миссис Райт не существует в природе вот уже двенадцать лет – женщина умерла от осложнений при рождении очередного ребенка.

Кевин прошел на узкую, напоминающую камбуз кухню, где Шона расставляла горшки и пакеты по полкам в шкафу. Рядом лежал рулон пластиковых пищевых пакетов. Убирается после того, как приготовила сухой паек для младших сестер, догадался Доусон.

Перед чайником лежали проспекты с памятниками и цветами на обложках. Этот человек занят подготовкой к похоронам сына.

Вин продолжал стоять в дверях, не желая покидать это крохотное помещение. Кевин решил, что много времени этот разговор не займет. И он не имел ничего против, потому что не хотел заставлять этого человека страдать ни на мгновение дольше, чем это было необходимо.

– Мистер Райт, информацию о том, что ваш сын все еще жив, выдала не журналистка.

В мойку упала тарелка, и Доусон с Вином посмотрели на Шону. Она не повернулась в их сторону, а продолжала стоять, глядя на предмет, который выскользнул у нее из рук.

Вин несколько минут смотрел ей в спину, а потом повернулся к Кевину.

– Ничего не понимаю. Ведь очевидно, что…

– Там время не совпадает. У нас есть подтверждение того, что газеты еще только выезжали из типографии к тому моменту, как Дивэйн был мертв. Все произошло так быстро, что мы решили…

Доусон замолчал, почувствовав, что в его тоне появились извиняющиеся нотки.

Вин тоже их услышал. Но его глаза не обвиняли; в них не было ничего, кроме глубокого горя.

– Мы все так думали, сынок.

– А это значит, что его выдал кто-то другой.

Вин понимающе кивнул. Он уже сам об этом догадался.

– Я должен задать вам вопрос: кто, помимо членов семьи, знал, что Дивэйн еще жив?

Вин почесал покрытую короткими вьющимися волосами голову.

– Не знаю. У меня все это как в тумане. В это же время на прошлой неделе мой сын был… Все произошло так быстро. Мне позвонили на работу. Я перезвонил детям и…

– Лорен, – негромко произнесла Шона.

Доусон молча ждал. Девушка наконец повернулась к нему.

– Мы позвонили Лорен. Она… она была девушкой Дивэйна. Я оставила информацию для нее, но она так и не перезвонила. – Шона повернулась к отцу. – Ты помнишь, Па, она ни разу не появилась в больнице.

Доусон почувствовал волнение. Полиция звонила только ближайшим родственникам подростка. И Кевин знал, что всем было строго-настрого приказано молчать о том, что мальчик жив, до тех пор, пока его состояние не стабилизируется.

– А вы не знаете, где я…

– Я вам напишу, – предложила Шона и почти бегом покинула комнату. Полицейский повернулся к Вину, который взглядом проводил свою старшую дочь.

– После смерти Дивэйна банда больше не беспокоит?

– После того как ваши ребята арестовали Лирона по обвинению в убийстве – нет, – покачал головой Вин. – Там сейчас всем заправляет Кай. Он не такой отмороженный, как Лирон. Мне кажется, им велели оставить нас в покое.

В этом Доусон сильно сомневался. Смерть одного из членов семьи от рук бандитов не гарантировала безопасность трем дочерям Вина. Банды так не работают. И Вину Райту придется не спускать глаз со своих девочек до тех пор, пока они не покинут район Холлитри.

Вернувшись на кухню, Шона протянула Кевину клочок бумаги.

– Вот ее адрес, – сказала она.

– Спасибо. Благодарю вас… – Звонок мобильного телефона прервал его. – Простите, – сказал Доусон и отвернулся.

Это был дежурный.

– Наконец-то я нашел хоть одного детектива, – произнес голос на другом конце провода. – Не могу дозвониться ни до вашего босса, ни до сержанта Брайанта. Поэтому придется вам меня выслушать.

Доусон и так знал, что он лишь третий среди четырех сотрудников следственной группы, и очень не любил, когда ему об этом напоминали.

– Секундочку, – сказал он, прикрыв микрофон ладонью, и повернулся к Вину Райту. – Спасибо за все. Я буду держать вас в курсе.

Вин печально кивнул и открыл перед ним дверь.

– В чем дело? – спросил Кевин дежурного, обходя мусор в палисаднике.

И замер на месте, услышав слова, которых ждал вот уже шесть лет.

– У нас здесь образовался труп, а так как до босса мы дозвониться не можем, то вам придется им заняться.

Наконец-то, пусть и на короткое время, он стал начальником.

Глава 51

– Слушаю тебя, Кев, – сказала Ким, отвечая на его звонок.

– Босс, я в шести футах от тела женщины. Ей около двадцати пяти лет, и я не уверен…

– Какого цвета у нее джинсы?

– Э-э-э… желтые.

– Это она, – простонала Стоун, прикрывая глаза.

Она внимательно слушала, пока Доусон сообщал ей подробности.

– Сейчас буду. – Сказав это, инспектор отключилась и обернулась к Брайанту. – Мы опять, черт побери, опоздали.

После просмотра изображений с камер наружного наблюдения Ким не испытывала к женщине никаких личных чувств. И тем не менее Инга была их единственным точно известным подозреваемым.

Ее знали обе девочки, особенно Эми. И Инга предала их самым подлым способом. За это она теперь заплатила своей жизнью, и хотя Ким предпочла бы видеть ее извивающейся на месте для свидетелей в суде, она никак не могла заставить себя почувствовать сожаление по поводу смерти женщины.

– А может быть, у нее не было выбора, командир? – предположил Брайант.

Она по достоинству оценила филантропические взгляды сержанта, но согласиться с ними не могла.

– Чертов выбор есть всегда. Она знала этих девочек – и тем не менее продала их со всеми потрохами.