Анютка Кувайкова – Чудище или Одна сплошная рыжая беда (СИ) (страница 61)

И ладно, если в нашем городе.

Сидим, я пью кофе, он потягивает поданный чай и, по всей видимости, ждет обеда. Молчим, ждем официантку. Принесла, протянула папочку, а я, не глядя, вложила в нее карту. И улыбнулась:

— Не забудьте чаевые.

— Конечно, — вежливо ответила девушка и снова убежала. Вернулась минуты через три и отдала вместе с папочкой карточку и чек. — Платеж прошел, спасибо.

— Впечатляет, — с какой-то странной интонацией резюмировал мужчина, не сводя с меня не менее странного взгляда. — Не ожидал.

Папуль, да я ты бы знал, в каком сама я шоке! Кто ж знал, что…

Млять. Млять, млять, млять!

Карточка не та…

— Неужели рассчиталась карточкой моего сына? — вдруг полюбопытствовал Полонский, глядя, как я бледнею, едва ли не сминая прямоугольник в руках.

— Нет, обнаружила, что ее надо продлевать, — как можно спокойнее и милее улыбнулась я, пряча долбанный кусок пластика в карман. Не та карточка… Мать ее, не та!

У меня было их несколько. Одна моя, с деньгами от проданной маминой квартиры, туда же капала з/п. Вторая, разумеется, от Кира, а третья на самый крайний случай, от отца.

И вот третью-то я как раз сегодня по чистой растерянности прихватила, и не только прихватила, но еще и расплатиться умудрилась. В центре города, посреди бела дня! В то время как этой злополучной системой платежа надлежало пользоваться исключительно при форс мажоре, да желательно у банкомата… в соседнем городке!

Я лоханулась. Гребаный иконостас…

И мне пора бежать, и срочно! Да только теперь…

Как?

Глава 20

— Значит, говоришь, тебе от него ничего не нужно, — вернулся к прошлой теме мужчина завязывать разговор не собирался. Откинувшись на спинку дивана, он усмехнулся, складывая руки на груди. — Кажется, я начинаю понимать, что он в тебе нашел.

— Послушайте, Максим Леонидович, — как можно спокойнее попыталась вздохнуть я, доставая из пачки вторую сигарету за каких-то полчаса. Правда, в данной ситуации, да на фоне совершенной оплошности, боюсь что количество употребленного никотина скоро будет волновать меня в последнюю очередь. Трупы они вообще такие… не волнительные! — Я понимаю, что вы потерпели убытки из-за расторжения договора с корейцами, раздражены, недовольны и активно ищите, на кого повесить всех собак. Да только я тут ни с какого бока. Более того, встречать с вашим сыном я не собираюсь.

— Девочка, а кто тебе сказал, что я потерпел убытки? — вдруг изумленно спросил блондин. Я чуть кружку на стол от неожиданности не уронила! А мужчина, подавшись вперед, насмешливо заговорил. — Анют, мой сын, возможно и влюблен, но он не идиот. Нет, этот сукин сын привык все рассчитывать на несколько шагов вперед, и в ночь, когда он заявил о расторжении помолвки, на мой стол легла папка с договорами. Ему удалось найти других поставщиков и, хотя контракты еще был подписаны не все, в итоге я поимел с них больше, чем мог бы получить от семьи Со Хён. Да, я был зол. Но мне хватило нескольких звонков, чтобы убедиться, что мальчишка не блефует. Так что по сути мне плевать, на ком и как женится мой сын, мне он итак принес неплохую прибыль.

Клянусь любимым «Хаммером» соседа, вот это вот ничосси поворот…

Если Полонский-старший на самом деле так спокойно отнесся к разрыву помолвки… Тогда от кого прятал меня Богдан? К чему был тот таинственный отъезд, его шантаж?

И почему чует моя мнительность, что во всей этой истории я явно чего-то не знаю?

— В таком случае, — подняла я на мужчинку малость окосевший взгляд, забыв даже об угрожающей опасности. — Я тут на кой черт, если вам настолько равно?

— Скажем так, — вдруг зло усмехнулся миллиардер. — Мне просто стало интересно, ради какой женщины мой единственный сынок кинул меня на бешеные бабки.

И вот тут я на полном серьезе подавилась. Не, ну правда! Кашляла, как астматик на пробежке, Полонский даже своему охраннику знак дал, что б тот меня по спинке похлопал. Так сказать, первую помощь оказал!

— Спасибо, — торопливо выставила ладонь, не давая охраннику по имени Никита заботливо мне треснуть по спине. — Я уже испытала на себе всю силу ваших нежных рук!

— Сопротивлялась? — понятливо ухмыльнулся в его сторону Полонский.

— Нет, но подумывала удрать, — насмешливо отозвался тот, снова приваливаясь к стенке.

Ну фу ты ну ты, хрен в маршруте… Можно подумать, на моем месте кто-нибудь среагировал бы по-другому!

— Телефон девочке верни, — со смешком приказал мужчина, явно забавляясь ситуацией. И, дождавшись, пока я приму от скалящегося брюнета отключенный мобильник и положу его в карман, перевел взгляд на меня. — Так, значит, ты не в курсе?

— Я вообще не понимаю, о чем речь, — пришлось хмуро признать, откидываясь обратно на диванчик. — И, я, конечно, дичайше извиняюсь… но не могли бы вы меня просвятить? Ну так, хоть чуточку?

— Анют, твой парень поимел меня на такие бабки, количество которых тебе даже представить будет страшно, — вдруг жестко усмехнулся Максим, который Леонидович, который сейчас уже не казался забавным добрым дядей. — Половина моего состояния… Догадываешься, сколько это?

— До хрена, — машинально ляпнула, чувствуя, как становятся квадратными глаза. Вот это новости, да в нашем тихом Датском королевстве… Похоже, что принц кинул… короля?

— Больше, — коротко хмыкнул миллиардер, тот который, похоже, уже с приставкой бывший. — В результате грамотно провернутых афер и некоторых махинаций, я лишился лишь ничтожной части бизнеса. А знаешь, что самое обидное, малыш? Остальное он присвоил официально!

— Я, конечно, извиняюсь, — подняла я на него вконец офигевшие глаза. — Но у меня сейчас только три вопроса. Зачем он это сделал… как… и на хрена?!

Мужчина с ответом не торопился. Сделав жест официантке, он стянул пиджак, закатал рукава и ослабил галстук. И лишь потом, когда махнул принесенные работниками сто грамм коньяка, вдруг усмехнулся, закуривая сигарету:

— Я говорил тебе, что Богдан не идиот. Он — хуже. Мне довелось своими же руками воспитать финансового гения… И на себе же испытать, на что он способен на самом деле. Там где команда финансистов рвала жопы неделями, Богдан решал проблему за один час. Он и раньше предпочитал независимость и мне это казалось простой блажью. Пока он вел мои дела и фирмы приносили прибыль, меня все устраивало, Анют. Я предполагал, что рано или поздно он захочет выйти из моей тени и его уже никто не остановит. Но что б так?..

А я в ответ сижу, молчу… курить хочу! Перевариваю и жду, пока миллиардер выговорится — ну видно же, накипело у человека!

Что у меня внутри творилось, лучше никому не знать. Ибо ужас пополам с восхищением… Это, ребятки, надо на себе лично испытать!

— Видишь ли, малыш, — плеснув себе еще коньячку, посмотрел на меня Полонский странным взглядом. — Раньше ему не было резона затевать всю эту возню. Пока ты не объявилась.

— А я причем? — просто посмотрела я на мужчину, откровенно не понимая, а я-то тут с какого боку?

Но в душу уже коварно полз отожравшийся червяк сомнений…

— Девочка моя, — усмехнулся мужчина. Неприятно, жестко, многозначительно. — Богдану зачем-то вдруг понадобилась полная независимость. И я даже догадываюсь, зачем.

— А мне я так понимаю, это знать не обязательно? — с надеждой поинтересовалась я. В ответ меня не обрадовали. Ни разу!

— Есть наметки о том, что он будет делать дальше, — с абсолютным спокойствием посмотрел на меня миллиардер. — Его следующей целью станет GRT- групп. Анют, для того, чтобы опрокинуть меня, ему хватило месяца. И на достигнутом он останавливаться не собирается. Поверь, уже совсем скоро, максимум полгода-год, и Воронцову с Исаевым не поможет даже слияние их акций и капиталов. Их корпорация просто перестанет существовать. Что теперь скажешь о моем сыне? Он для тебя все такой же милый и пушистый?

— И повел Моисей народ иудейский к морю, — тихо ответила я. — И ударил он посохом о землю. И расступились волны морские, и сказал Моисей… ОХРЕНЕТЬ!

— Ты издеваешься? — наконец-то не выдержал Полонский-старший, даже кулаком по столу от всей души треснул.

Я подняла на него осоловевшие глаза. Я издеваюсь? Мужик, на данный момент это ты мой бедный мозг своими новостями изволил морально и конкретно поиметь!!

— А, так ты действительно об этом ничего не знаешь, — увидев мою крайнюю степень шока, явно написанную на лице огромными буквами, остыл потенциальный «папочка» на пару градусов. — Занятно. Богдан мстит за свою женщину, а она пребывает в блаженном неведении…

— С чего вы взяли, что это все из-за меня? — нервным жестом доставая сигарету из пачки, спросила я, но подкуривать не стала, покручивая табачное изделие между пальцами, которые, к слову, не тряслись лишь чудом. Верить в услышанное не то, что не хотелось, просто не представлялось возможным!

Особенно на фоне того, чего не знал миллиардер.

— Девочка, я знаю своего сына и не верю в совпадения, — иронично вскинул брови Полонский, снова наливая коньяка. И, взглянув на мою побледневшую моську, вдруг потянулся за вторым пузатеньким фужером. Я приняла тару, не глядя выпила… а мне неожиданно заботливо пододвинули тарелочку с лимоном. — Месяц назад тебя пыталась убить поклонница Исаева и тут мой Богдан откалывает такой фортель. Конечно, действовать на эмоциях не в его стиле… но размах впечатлил даже меня. Видишь ли, Анюта, нам всегда было ни с руки воевать с Исаевыми. У нас разные сферы влияния и дальше обычного спортивного интереса, кто обойдет кого, у нас не заходило. Как и у наших сыновей. На некоторых рынках мы с Исаевым сотрудничали, а наши мальчишки развлекались: Богдан тренировался в аферах, а Демьян разгребал. И всех все устраивало. До той поры, пока в их жизни не появилась одна единственная неприятность. То есть ты!