Анютка Кувайкова – Чудище или Одна сплошная рыжая беда (СИ) (страница 60)

Ну да. Куда тащить зазнобу своего сына для знакомства, как ни в дорогой, элитный, но все-таки пив-бар?

Как говорит Харлей — убиться крышкой танка, но… Мне начинает нравиться этот мужик!

— Солнцева, значит? — промокнув губы салфеткой, спросил сидящий за столом мужчина, когда тот самый парень почти культурно сунул меня в самый угол красного кожаного диванчика, стоящего в самом конце помещения, фактически за барной стойкой. Отсюда хорошо просматривался весь зал, а потому охранник не ушел, а ни разу не тактично подпер стенку между окнами сразу около дивана.

— А если я скажу, что вы ошиблись? — иронично выгнула я брови, глядя на миллиардера, сидящего по другую строну крепкого, массивного стола. Хорош, мерзавец, что ни говори… Не, не стол. Полонский!

Ему должно было быть где-то около пятидесяти, однако я бы ему на вид даже сорок не дала. Крепкое, подтянутое тело в шикарном классическом костюме-тройке темно-голубого цвета. Синий галстук, часы, запонки — ну, прям все, как надо. Упрямый подбородок, интересный разрез глаз, но не ярко-голубых, как у его сына, а скорее пронзительных и даже жестких. И при этом те же черты лица и фактически тот же цвет волос!

Вот клянусь на капоте любимой машинки, у мужчины оказался тот самый редко встречающийся в природе пепельный цвет! Правда короткая шевелюра Полонского была просто пепельной, а вот у его сына к добавлению блестящего оттенка серебра явно приложил руку хороший мастер.

Но похожи… умереть, ни встать!

Н-да. Учитывая обстоятельства, пожалуй, черный юмор сейчас ни разу не уместен…

— А если я не поверю? — тем же тоном отозвался блондин, переплетая пальцы и устраивая на них подбородок. И улыбнулся.

Та-а-ак… Где-то я уже это видела. И теперь всей печенью начинаю чувствовать подвох!

— Беда-беда-печалька, — притворно вздохнула я, стаскивая куртку. Положила ее на диван между собой и охранником… и скопировала до точности жест миллиардера. — Значит, все-таки убедить вас в том, что ваши люди по ошибке сперли мой двойник, у меня не выйдет?

— Без вариантов, — усмехнулся Полонский, наблюдая за мной, как за чем-то очень занятным и любопытным. Ну, как за зверюшкой в зоопарке!

— Ладно, — пожала я плечами и открыто улыбнулась. — Наверное, я снова повторюсь… Но чем обязана, Максим Леонидович?

— Любопытно, — ни к кому конкретно не обращаясь, протянул вдруг мужчина и констатировал. — А ты ведь не боишься.

— А должна? — спросила я нескрываемым любопытством. — Точнее даже не так: на это есть весомые причины?

— То есть тебя мое приглашение не смутило? — иронично спросил блондин, вскинув брови.

Мужик, давай на чистоту — твой сын меня вообще насильно в Порт-Луи упер. Так что мне твои мальчики с их пушками как зубочистка носорогу!

Уф, нет. Надо завязывать нервничать, иначе не сдержусь и ляпну вслух! И вряд ли кто-то мой сарказм оценит. Отец-то, в отличие от сына, еще не в курсе, что когда боюсь, у меня реально сносит крышу. А сие чревато чьим-то дергающимся глазом. Не моим!

Да, я боюсь. И отнюдь не смерти. Не знание, вот, что страшнее всего. А что ждать от этого человека, я сейчас не представляла совершенно!

— Смутило, — кивнула я. — С такой настойчивостью меня даже ваш сын не добивался. Однако если говорить начистоту… Я не хорохорюсь, Максим Леонидович. Я просто понимаю — хотели бы убить, убили бы сразу. Хотели бы запугать — в таком случае наш с вами разговор проходил бы где-нибудь на берегу глубокой безымянной реки, пока ваши мальчики сноровисто заливали мои ноги в тазике бетоном…

И тут этот кадр светловолосый, прости меня осспади, просто взял… и рассмеялся!

У меня аж глазик дернулся, причем, скорее всего, оба сразу!

— Никит, ты слышал? — отсмеявшись, поинтересовался миллиардер у охранника. Брюнет у стенки в черных джинсах и черной куртке заметно скривился в ответ. Нет, значит, как наблюдать стоя с пистолетом за моим переодеванием, это у него нормально. А как только я из него помощника мафиози пытаюсь сделать, так все, обидки какие-то пошли!

Нет, ну что за люди…

— Спасибо, рассмешила, — усмехнулся Полонский, как-то странно глядя на меня и не обращая внимания на направленные на него взгляды редких посетителей. Ну, как редких… всего-то человек пятнадцать! — А ты не глупая девочка, как оказалось… Что не удивительно. На полную дуру мой сын бы даже не посмотрел. И все-таки, я не могу понять… Что еще он в тебе нашел?

О, все, пошла проверка связи. Сейчас, как говорится, будут на прочность проверять, на недостатки внешности нетактично указывать, на положенье намекать и нещадно надавливать на совесть.

Элита не меняется.

— Я, конечно, дико извиняюсь, — потянула я, страстно желая одного — курить! И много. — Но вы у меня-то почему интересуетесь? У самого Богдана спросить не того? Ну, не пробовали?

— А ты как сама думаешь, ответит? — хмыкнул мужчина, пригубив из высокого стакана… нет, не пиво. Судя по виду, там был ягодный фреш! И это вдобавок к тарелке с салатом… Обалдеть. А где омары с пивом? — И честно расскажет, почему он вон той куколке у окошка предпочел тебя?

Я машинально посмотрела в указанном направлении и даже не расстроилась. За столиком прямо у огромного окна, за которым в центре города сновали в будний день люди, спешащие на обед, расположилась парочка подружек. Брюнетка и блондинка шикарной внешности, с лоском моделей глянцевых обложек и ногами от ушей. Одежда неброская, но со вкусом и дорогая, маникюр, укладка, драгоценности в меру…

Пойти что ли от зависти поплакать под столом?

Впрочем, разница между блонди при параде и меня в домашнем растрепанном виде, меня ни сколечко не волновала. Особенно ежели вспомнить, что Богдан любил меня именно такую: взъерошенную и в пижаме… И в джинсах, кедах, со всем моим ехидством и зоопарком в виде активно отрывающихся тараканов.

А это много стоит, знаете ли.

— Это вряд ли, — хмыкнула я, понимая, что отец с сыном не делились секретами ни разу. — Но кто сказал, что на данный вопрос отвечу я? Кстати, вы не возражаете, если я тут немножко нервно покурю?

— Язва, — как-то удовлетворенно произнес Полонский, но кивнул, разрешая. А я хмыкнула и достала из кармана сигареты с зажигалкой. Мигом откуда-то выплыла официантка и, поставив пепельницу, удалилась, напоследок выслушав у миллиардера его заказ. Что он там желал, я не особо вслушивалась, меня больше занимал другой вопрос…

А именно, во имя которых индийских папуасов этот странный папус меня сюда на самом деле приволок?

— Что тебе нужно от моего сына? — резко, без перехода вдруг спросил мужчина.

Ха! Не на ту «отец» напал. Кто-то явно ждал, что я с ходу растеряюсь, а я же только безразлично пожала плечами:

— Ничего.

— Квартира?

— Есть своя.

— Связи?

— Прекрасно обхожусь без них.

— Свадьба?

— Да помилуй боже…

— Ты беременна?

— Чего?! — вот тут я натурально удивилась. Не, вопрос, конечно, злободневный… да только моя дырявая голова отчетливо помнит, как пару недель назад ругался в больнице женский врач, узнав, что я полгода на таблетках! Из-за которых, собственно, у меня живот тогда и прихватило, вдобавок к сотрясению… А что? Ну, было одно увлеченье по весне, встречалась с кое-кем… Дык я ж вроде в монахини не подавалась!

— То есть нет? — серьезно посмотрел на меня Полонский.

— Скорее уж забеременеет он, — махнула я рукой в сторону охранника. Тот почему-то оскорбился…

— Раз так, — произнес миллиардер и замолчал при приближении официантки. Та, вежливо улыбаясь, выставила перед мной… шоколадный фонтанчик и тарелку с кусочками фруктов.

Твою ж дивизию и весь красноармейский полк… Он издевается?

— Что-нибудь еще? — спросила девушка в красивой такой форме. Я вздохнула:

— Уберите, это, пожалуйста… И принесите чашку капучино, если можно.

— Конечно, одну минуту, — ответила та и удалилась. Но фонтан не забрала! Я молча отодвинула сей «презент» подальше и снова закурила.

— Не понравилось? — внимательно за мной наблюдая, просто спросил мужчина.

— Очень мило, — вежливо улыбнулась я. — Но от такого количества сладкого мои зубы придут в такой восторг, что, боюсь в момент повыпадают. Что до кофе… знаете, проще отбелить целые, чем потом вставить новые!

— А ты знаешь, сколько это стоит? — насмешливо выгнул брови блондин и, достав сигареты, тоже закурил.

— Максим Леонидович, не пытайтесь меня задеть, — расплылась в улыбке я, машинально отмечая, что не чувствую запаха вишни, от которого всегда откровенно балдела. — Я девочка самостоятельная, знаете ли. Мой единственный любимый человек — работа. И деньги вашего сына, как собственно, и ваши, мне не нужны от слова вовсе.

— И сколько же ты зарабатываешь? — не упустил возможности язвительно поинтересоваться мужчинка, который так, на заметку, ворочал такими деньжищами, что мне и не снились.

Ну да, да, слон и Моська, в курсе. Только он реально думает, что меня сей факт колышет как-нибудь?

— Чашку кофе могу себе позволить, — хмыкнула я. И, не удержавшись, покосилась на тихо плескающийся фонтан. — И не только.

— Вот как? — насмешливо откинулся Полонский-старший и так многозначительно бросил подошедшей официантке, что принесла вышеупомянутый напиток. — Будьте добры, принесите девушке счет.

— Одну минуту, — ответила та и чинно удалилась.

А моя коварность, пряча довольную лыбу за чашкой, тихо радовалась, что ушла из дома с зарплатной картой. Вообще, ее прихватила на случай, если самой придется возвращаться до дому до хаты, в зависимости от того, как обернется разговор. А учитывая, как меня на него позвали, подразумевалось, что бежать я после него буду долго, тихим сапом, по переулкам и одна!