Анюта Соколова – Диагноз (страница 3)

— Давно вы ей сказали, что хотите с ней развестись?

— Тринадцать дней назад.

— Сколько лет вы женаты?

— Четыре года.

— Вы поженились по любви? — некромант подождал и опять переиначил фразу: — Вы любили свою жену?

— Нет.

— Тогда почему вы на ней женились?

— Заставили её родители, — бесстрастно ответил покойный и вдруг продолжил: — Угрожали скандалом.

Риден сделал паузу. Краем глаза я заметила, как подрагивают кончики его пальцев. Даже самые далёкие от некромантии люди вроде меня знали: чтобы призвать и удерживать душу, требуется огромная концентрация воли.

— Вы богаты, господин Сожен?

— Да.

— Вы составили завещание?

— Да.

— Кому вы завещали своё имущество?

— Жене.

— Вы собирались переписать завещание?

— Да.

Где-то за моей спиной хмыкнул невидимый Вирен.

— Что вы делали этим утром?

— Спал, проснулся, увидел человека с ножом. Вскочил, побежал, вырвался, побежал, побежал, побежал…

— Не убежал, — тихо пробормотал судебный медик.

— Как выглядел этот человек?

— Большой, тёмный, страшный.

— Во что он был одет?

Господин Сожен опять уставился на кастрюлю. Я его прекрасно понимала: когда тебя спросонья пытаются убить, не до разглядывания костюма или формы бровей.

— Покойтесь с миром, — произнёс Риден.

Убитый качнулся и медленно опустился на стол. Его руки безвольно упали, Риден сложил их на груди и почтительно закрыл покойному глаза.

— Надеюсь, Шонел, вы всё поняли? — насмешливо спросил он. — Вам следует арестовать и допросить госпожу Сожен, а также поднять ориентировки уголовного отдела. В Сентаре не так много наёмных убийц, чтобы вы не нашли «большого, тёмного, страшного».

— Святой Спаситель, как вы до этого додумались?! — выдохнул Шонел. — Ведь на вид обычное ограбление!

— Ни один уважающий себя вор не проникнет в дом так, чтобы оставить следы, — менторским тоном начал Риден. — Погнутые жалюзи уже ставят под сомнение идею грабежа. К тому же сейф в частной квартире — это, знаете ли, лотерея. Там вместо пачек купюр вполне могут храниться неоплаченные счета или любовные письма. Время тоже выбрано неудачно: в половине восьмого утра вовсю работают дворники, на улицах людно, не то что часа в два-три ночи, когда и происходит львиная доля ограблений. Потом, не так-то просто заколоть здорового мужчину с первого же удара. На это способен только опытный профессионал, который знает, куда бить. Вы сказали: взломщик убегал, но посмотрите, как порвана одежда покойного. Сожена схватили за воротник халата, развернули и ударили ножом. Хозяин не гнался за преступником — он пытался сбежать через чёрный ход. Однако его затащили в кухню и прикончили.

— Браво! — Вирен шутливо хлопнул в ладоши. — Астер, ты бесподобен. Но почему ты зацепился за жену?

— Я не цеплялся, — с кислой усмешкой ответил Риден. — Но реальные преступления редко напоминают головоломные детективы в романах. Обычно всё примитивно: деньги, деньги и ещё раз деньги. Сожен собирался развестись и переписать завещание, он богат, у него квартира и кафе в престижном районе. Жена после ссоры не сняла отдельное жильё или номер в гостинице, а отправилась на окраину к родителям. Значит, у неё финансовые затруднения. Возможно, есть куча побочных мотивов: обида, ревность, месть. Лейтенант это выяснит без труда.

— Сейчас же отправлюсь на Разночинную! — воодушевлённо откликнулся Шонел. — Благодарю, господин Риден! Оплата как обычно?

— Да, — некромант кивнул и впервые за всё это время соизволил взглянуть на меня.

Под строгим взглядом мне, вероятно, следовало изобразить восторг. Но, хоть я и была восхищена — даже не искусством поднятия мёртвых, а безупречной логикой некроманта, — внешне ничем себя не выдала. Очень уж самодовольным выглядел сейчас господин Риден. Если бы не отчаянные обстоятельства, я хорошенько подумала бы прежде, чем наниматься к нему на службу. К тому же, несмотря на собственное специфическое чувство юмора, меня сильно смущали его шутки про двадцать четыре часа в сутки. Увы, выбирать не приходилось.

— Господин Риден, пожалуйста, распишитесь в протоколе, — невероятно почтительно попросил полицейский, который вёл запись.

Некромант отошёл, и возникшей паузой тут же воспользовался подскочивший ко мне Вирен:

— Нет, я определённо вас где-то видел! Нас не знакомили на банкете в честь столетия основания Службы? Или мы встречались в управлении? Камиль Вирен, старший специалист бюро судебно-медицинской экспертизы Полицейского управления Сентара, госпожа?..

«Какого чёрта? — обречённо подумала я. — Не сейчас, так потом».

— Янира Эрлан.

Серые глаза Вирена широко распахнулись:

— Та самая Эрлан? Серьёзно?! Быть не может! Я… — он перевёл взгляд на мои руки. — Какой рукой вы влепили пощёчину похотливому ослу?!

— Правой, — ответила я растерянно.

Вирен схватил мою правую кисть и звучно поцеловал.

— Три месяца я мечтал это сделать! Девушка, которая не побоялась отвесить плюху министру! Увы, с тех пор, как отменили дуэли, мужчины лишены удовольствия защищать свою честь. Нам говорят: «Идите в суд», но, к сожалению, нельзя осудить человека за то, что он подлец!

— Умерь свой пыл, — сухо вставил неслышно подошедший Риден. — Возможно, госпожа Эрлан жалеет о своей вспыльчивости. Министр внутренних дел — влиятельная персона, унизить его публично означает крупные неприятности.

— Нисколько не жалею! — я гордо выпрямилась. — Даже если вы, господин Риден, сейчас заявите, что передумали брать меня на службу.

— Он передумал, — быстро выпалил Вирен. — Я вас нанимаю, госпожа Эрлан! Мне до зарезу необходим помощник!

— Перебьёшься, — ехидно прищурился Риден. — Госпожа Эрлан уже работает на меня. Я месяц рискую, хватит!

— Месяц обходился, значит, и дальше потерпишь! — парировал Вирен. — К тому же девушка даже не представляет, на что она соглашается! Госпожа Эрлан, позвольте руку! Моя машина на улице…

— Вот и топай в свою машину, — Риден подхватил меня под локоть.

Когда тебя начинают делить без твоего участия, неприятно. Но отчего-то мне стало ясно: если я сейчас уйду с Виреном, некромант не станет меня останавливать. Гордость не позволит. Лейтенант Шонел тихонько хихикнул, и этот смешок всё решил. Я вежливо улыбнулась судебному медику:

— Простите, господин Вирен, я уже поступила на службу. Некрасиво менять работодателя спустя всего час после найма. Благодарю за любезное приглашение, я буду иметь его в виду, если по каким-либо причинам мы с господином Риденом не сработаемся.

Вирен разочарованно пожал плечами, некромант повёл меня к выходу. Опять пришлось перебираться через нагромождённые друг на друга коробки и последними словами клясть чёртову юбку. Во дворе я с наслаждением вдохнула свежий воздух. Шофёр завидел нас издали, выскочил и почтительно распахнул дверцу кабриолета. Риден пропустил меня вперёд и небрежно бросил:

— Домой, Жиль.

Глава 3

Вопреки моим ожиданиям, на обратном пути Риден молчал. Откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза, словно приглашая восхититься длиннющими острыми ресницами. Лили называла такие ресницы «неотразимыми», и, пожалуй, теперь я была готова с ней согласиться. Не в том смысле, что некромант сразил меня наповал, но многие сплетни стали куда понятнее. Поговаривали, что из-за Астера Ридена топились и травились экзальтированные девы, что он стал причиной скандального развода звезды варьете и именно из-за него бросила своего богатого покровителя юная и очаровательная любовница генерала.

Кроме расхожих слухов, о своём работодателе я не знала ровным счётом ничего, поскольку принципиально не интересовалась знаменитостями. А жаль. Сейчас хотя бы примерно представляла, что меня ждёт. Оправданием подобной небрежности служил тот факт, что вплоть до сегодняшнего утра мне и в голову не приходило наняться на работу к некроманту. О вакансии объявила Лили, причём вовсе не из сострадания к безработной подруге. Лили мало беспокоили чужие проблемы — справедливости ради следует заметить, что собственные проблемы волновали её не больше.

Лили была фаталисткой. Она считала, что всё в мире происходит по кем-то заранее утверждённому плану, поэтому не стоит переживать и суетиться. События и так сложатся самым благоприятным образом. Переубедить Лили не сумели ни четыре неудачных брака, ни сомнительная карьера певицы, ни почтенный для представительниц её профессии возраст. В свои пятьдесят два она подрабатывала в ночных ресторанах и искренне верила, что судьбой ей предопределено огромное безграничное счастье, надо всего лишь подождать.

Наши квартиры располагались на одной лестничной площадке — дверь в дверь. За последние три месяца Лили приобрела привычку забегать ко мне всякий раз, возвращаясь с работы. Так у меня в руках оказался экземпляр «Вечернего Сентара», сложенный специально, чтобы выделить объявление. «С ума сойти! — потрясала газетой Лили. — Он до сих пор никого не взял! Любопытно, какую помощницу он ищет: с тремя высшими образованиями или прекрасную, как ангел?!»

Прекрасной, как ангел, я не была. Необычной, интересной — да, но от интересной девушки до красивой, если верить восточной пословице, дорога в тысячу разочарований. Хотя собственная внешность меня вполне устраивала. Кровь деда, беженца из Риáнды, подарила мне смуглую кожу и чёрные глаза, бабушка-северянка наградила высоким ростом и белокурой вьющейся шевелюрой. «Убийственное сочетание!» — по выражению Лили. Каких-либо особых достоинств за мной не значилось, диплом у меня тоже был один, ещё и без отличия. Однако отчаяние и вынужденная трёхмесячная диета прекрасно способствуют безумным идеям, благодаря чему я в данный момент любовалась ресницами скандально известного некроманта.