Аня Вьёри – Бывший. Согреть твое сердце (страница 5)
– Давай таблетку! – шипит еле слышно.
Молча протягиваю ему все тот же стакан, все ту же капсулу.
Ишь! Нашелся тут! Одолжение мне делает.
Он с явным усилием проталкивает в себя лекарство.
Так. Горло бы посмотреть. И послушать.
Ангина? Пневмония? Что-то еще?
– Спасибо, – произносит шепотом и пытается лечь.
Только вот… Упс…
– Сейчас принесу сухую подушку, – кривлюсь, – Лялька решила, что ты грабитель. Извини мою дочь.
И тут Луконин широко распахивает глаза и резко выпрямляется…
– Как ты сказала? Дочь?
Глава 4
– Дочь! – произношу с вызовом.
А у самой трепещет все в груди.
– Я что, по-твоему, не могу иметь дочь? – чуть ли не вскрикиваю я.
И с опозданием понимаю, что я слишком громко говорю. Слишком эмоционально. Слишком воинственно… Слишком… Все слишком…
А он, кажется, не замечает.
Его глаза подергиваются пленкой, взгляд туманится…
– Можешь, – отвечает он полушепотом. – Дочь…
И медленно укладывается на все еще мокрую подушку…
– Ты все можешь, – шепчет он, закрыв глаза.
– Эй, Женька! – кидаюсь к нему.
А у него на висках выступила испарина.
– Блин!
Это просто таблетка действует.
А он провалился почти в беспамятство.
На мои прикосновения реагирует, но глаза не открывает.
– Сейчас, – медик, принесший клятву Гиппократа, берет во мне верх.
Подушка, нормальное одеяло. Ботинки его дорогущие, но тонкие, снять… Куртка? Куртку лучше бы тоже снять.
Тихо вожусь около дивана и чуть не вздрагиваю, замечая стоящую в дверях Ляльку.
– Он тут останется? – вытягивая шею, спрашивает меня она.
– Ляль, он заболел сильно, – объясняю дочери.
– А он кто? – с любопытством спрашивает она, подходя к дивану.
– Он? – замираю, упираюсь руками в коленки. – Никто, – шепчу, зажмурившись.
А Лялька уже присела в изголовье дивана, разглядывая незнакомца. Какое же счастье, что она похожа на меня! Глаза и брови его… Все остальное мое. Не заметит. Никто не заметит. Никто не поймет!
– Мам, смотри, – ее палец бесцеремонно упирается в его шею. – А у него родинка, как у меня!
Елки!
– Ляля! – рычу на дочь, хотя она вроде и не заслужила. – Ляля, иди книжку на ночь выбирай!
Читаю дочке ее любимую Пеппи, а сама…
Сбиваюсь на каждом абзаце…
Как он там? Дышит?
Блин! Вот свалился же на мою голову…
– Мам! – одергивает меня Лялька.
– Да, да… Когда они вернулись на виллу…
– Ты это читала уже три раза! – обиженно выдает мне дочь.
Имеет право.
– Ляль, – складываю книжку на коленях, – я из-за нашего гостя волнуюсь… Давай сегодня просто спать?
Дочка соглашается, я присаживаюсь около ее постели…
Незамысловатая песенка не требует моего внимания. Мурлычу ее на автомате, перебирая золотистые прядки моей малышки…
Как бы Луконина выпроводить побыстрее? Вот зачем он нам тут? И чего он так уцепился за это “дочь”…
Он всегда девочку хотел. Я смеялась над ним тогда… Все мужики хотят мальчика, а он говорил: “Я себя увидеть могу только в девочке!”
Медики… Мы это знаем, как никто… Черты характера и интеллектуальные способности передаются с хромосомой Х. Если у пары мальчик, то Х он берет от матери и У от отца. Поэтому часто мальчики похожи на матерей. Или на дедов. Вот это знаменитое – хотите умных детей, женитесь на дочке профессора!
А вот если девочка… Девочка – это ХХ. Один Х от матери, а второй от папы. И вот тут как раз мужчина может и проявиться. Чаще всего так и бывает. Шутка, что папы любят дочек. Конечно, любят! Они себя в них видят. Ум, характер, упорство… Я бы сказала, даже упертость. Если говорить конкретно о Ляльке и Луконине.
Так что, как настоящий подкованный медик, Женька хотел дочь. Эгоист! И тогда им был, и сейчас таким остался!
Знал бы он, что у него все получилось.
Я последний раз провожу рукой по волосам моей малышки, целую кончик носика… Да, внешне она похожа на меня… А во всем остальном… Эх… Вылитый Женька!
Надо бы посмотреть, как он…
Поднимаюсь, иду в большую комнату, склоняюсь над диваном.
Черт!
Черт, черт, черт!
Температура совершенно точно снова пошла вверх!
– Так, Луконин, – бормочу себе под нос, разворачивая домашнюю аптечку. – Надеюсь, ты не стесняешься демонстрировать своим бывшим свой зад, – набираю в шприц-пятерку литическую смесь. – Сбить бы жар, – уверенно иду к дивану, – а то хоть санавиацию с тобой вызывай!
Укол действует.
Как надо действует.