Аня Васнецова – Тройное торнадо для папочки (страница 3)
– Ах, да… Едрить твою налево! – дедок словно вспоминает что-то. И тянет мне несколько рюкзачков. – Там их вещи. Бывай.
И снова разворачивается.
Этот дед реально хочет оставить на меня каких-то детей? Он в своем уме?
Но первое, что вырывается из меня, так это вопрос:
– И что мне с ними делать-то? Кто за ними смотреть будет?
Дедок вздыхает.
– Твои дети, вот тебе за ними и смотреть. А я стар уже для этого.
– Какие ещё мои дети?! – кричу ему в спину. – Алё, дед?!!!
– Мне сказали отвести к отцу, я отвел. Потом навещу ещё. Дети, не скучайте, – машет нам рукой не оборачиваясь. – Хе-хе!
И сваливает.
А хоть что-то объяснить?
Смотрю на карапузов. Те… Тем, похоже, вообще плевать.
Малявка в руках Кристины залезла той в вырез на груди. И своими ручками упорно пытается оттянуть моей помощнице лиф. Видно, понравилась дорогая кружевная вещь. Хм…
Кристина краснеет и, конечно, сопротивляется, но девочка-клещ вцепилась в элемент одежды не по-детски.
Опускаю взгляд вниз.
Пацанчик играет со шнурками моих ботинок. Успел развязать. И теперь пытается завязать между собой соседние.
Поворачиваю голову на девочку в своих руках. Та тянется вслед ушедшему деду. Тянет в ту сторону ручку. Сжимает и разжимает ладошку.
Это, типа, машет – «пока»?
И тут случайно обращаю внимание на маленькое, почти незаметное пятнышко за её ушком. Если бы она так вперед не подалась, находясь у меня на руках, я бы и не заметил.
Вещи, сунутые мне дедом, ставлю на стол Светлане. Аккуратно оттягиваю детскую ушную раковину и наблюдаю маленькую родинку чуть выше мочки.
Да ладно?!
Осторожно щупаю пальцем у себя за ухом.
Ну, да. Моя-то родинка никуда не исчезла. Такая есть у моего отца и у моего брата…
Меня чуть током не прошибает. Ядрёным таким зарядом!
Ставлю девочку на пол. Пытаюсь посмотреть за ухом пацанёнка.
– А у тебя что там?
Тот пытается драться со мной и убежать одновременно.
– Атя-тя! – угрожает мне.
Завязать шнурки он не успел, или не смог, потому я не падаю, когда делаю рывок за убегающим на коленках малышом.
Ага, и у этого за ухом есть родинка.
Быстро сокращаю расстояние до Кристины с малышкой на руках.
– Я когда узнала, то обратно принесла её к вам в кабинет, – сообщает помощница, пытаясь справиться с наглой воровкой и вандалкой. – А вас там уже не было. А потом…
Вот, значит как малявка в третий раз появилась в кабинете? А как тогда появилась другая в шкафу? Или она там изначально пряталась?
Ничего не понятно!
Но сейчас, важно другое.
Дотягиваюсь и оттопыриваю ушко малявки… И тут родинка на том самом месте.
Ка… пец…
Впервые за много лет стою и не знаю, что делать. Мне кажется, со мной, вообще, такого не было! Никогда.
– Бо-бо? – девочка в руках Кристины показывает пальчиком мне на шею.
– Какое бо-бо? – не понимаю я.
– У вас это… – Кристина тоже показывает пальцем мне на шею и воротник рубашки. Личико хмурит, словно в ожидании бури и грома. – У вас там, зелёнкой что-ли намазано… Вот девочка и думает, наверное, что болячка.
Кошу взгляд вбок и вниз.
Свою шею мне не видно, я не жираф и не страус. А вот ворот дорогой рубахи и плечо в зелёных каракулях вижу отчетливо.
Медленно, стараясь сдержать себя, чтобы не метать молнии и не греметь на весь бизнес-центр, перевожу взгляд на виновницу.
Та, стоя за пацаном, который пытается оторвать уже свои шнурки, принимает сначала испуганный вид. А потом…
– Н-на! – сует зелёный фломастер мальчику в руки.
И отворачивается, мол, она не причём тут.
А пацан, особо не думая и не размышляя о смыслах бытия, кулачком зажимает фломастер. Покрепче так. Видно, как вся ладошка напряглась.
И, давай, рисовать круги по плитке на полу.
– Тимур Дмитриевич, – осторожно и испуганно даёт о себе знать Светлана, снова встав со своего места.
Или она так и не садилась ещё?
– Пожалуйста, выслушайте. Я раньше хотела сказать, но не получилось. Вы то…
– К делу ближе, – вздыхаю я.
– Вот тут письмо, – она кладёт на стол конверт и подвигает ко мне, быстро одергивая руку. Осторожно продолжает. – Тот дедушка передал. Говорит, вам. От их мамы. Ещё сказал, что это ваши… дети. Он их давно привёл, просто они разбегались постоянно. И ему приходилось за ними бегать.
– То, что они, – показываю на карапузов, – мои, я и сам от него слышал. Эх… Что же ты раньше молчала?
Хватаю конверт.
– Но… я… – пытается выловить помощница.
Знаю, что сам затыкал, так как было не до неё. Но я начальник. А начальник всегда прав.
– Всё! Не мешай! – не даю девушке договорить.
Что там в письме?
И всё?
Больше мне ничего знать не положено, что ли?! Кто ты сама?!
– Ай! Ухо! – вопит Кристина, отвлекая меня.