Аня Сокол – Воровка чар (Дилогия) (СИ) (страница 85)

— Я был удивлен. Рэг не даст соврать, напуган, но решил не отвечать, просто проигнорировать, — чернокнижник закрыл лицо руками, а его друг покачал головой. — Но потом… когда дасу прорвался, когда я сам попросил у тебя магию и взял ее, выбора не осталось.

— То есть, ты хочешь сказать, что сперва я сделала тебе предложение руки и сердца, а потом ты его принял?

— Примерно.

Я хотела что-то сказать, но вместо этого закашлялась, замотала головой, отступая, чувствуя, как воздух, всегда такой легкий и почти не осязаемый, вдруг стал тяжелым и затхлым, он с трудом проходил в горло. Истинная пара — какое красивое слово. Об их любви поют в балладах менестрели и слагают стихи поэты, а если подумать? Ведь это лишение. Я вспомнила поцелуй Дамира, уже поблекший в памяти и далекий, как никогда. Но это был мой первый настоящий поцелуй. Меня лишили возможности выбирать! Это как… как увечье, если бы у тебя отрубили ногу, и ты больше не смог танцевать, не то, чтобы тебе этого сильно хотелось, но... Это то, что судьба отобрала у тебя. Это принуждение. Ничего не поделать, но горький осадок остается. И дело даже не в Вите. Дело в самой невозможности выбора.

— Не хочу!

— Айка! — чернокнижник вышел из-за стола, протягивая руку.

— Не трогай, — попросила я, продолжая отступать. — Не сейчас, пожалуйста.

Рион вскочил на ноги. Где-то вдали тревожно зазвонил колокол на часовне.

— Послушай, это же дар богов! Вряд ли ты в своей Тарии с вельможами зналась, и не тебе отвергать Витторна, я бы даже сказал, наоборот…— Киш нахмурился.

Все так. Не мне. Не безродной Айке Озерной. Тогда отчего же так плохо? Отчего нечем дышать? Отчего же так хочется убежать, куда глаза глядят? От чего или от кого?

За дверью раздались торопливые шаги, сиплое дыхание, беспорядочный стук сердца, что я слышала даже сквозь стену.

— Отройте, ради Рэга, — забарабанили в дверь.

Киш в два шага преодолел расстояние до выхода и распахнул створку. Судя по выражению его лица, это не сулило ничего хорошего визитеру.

— Чего надо? — рявкнул Кишинт.

Я не сводила глаз с Вита, а он не сводил с меня, словно восполняя то время, когда боялся даже повернуть голову. Хотел, но чувствовал себя не в праве.

— Прорыв дасу! Спаси нас боги! Прорыв дасу, бургомистр послал за вами, — затараторил испуганный паренек в криво сидящем шлеме и с мечом, который ощутимо перевешивал его вправо.

— Дасу? Здесь? — воскликнул Киш.

— Слава Рэгу, нет. Восточнее, но бургомистр…

— Я понял, — прервал его мужчина. — Вы ждите здесь, — сказал он нам, прежде чем выйти.

Напрасный труд, мы продолжали сверлить друг друга взглядами, невзирая на очередное пришествие демона.

— И что, с этим ничего нельзя поделать? — спросила я. — Ну, там принести жертву богам и попросить забрать свой дар назад?

— Айка, — Вит устало потер глаза руками. — Клянусь Рэгом, тебя никто неволить не будет, ты в любой момент можешь уйти, забыть меня и все это, как страшный сон.

— А если я захочу выйти замуж? Не за тебя, а за кого-то другого?

— Во-первых, я тебе еще ничего не предлагал, — неожиданно зло сказал чернокнижник. — А во-вторых, ты не захочешь.

— С чего бы это? Все же хотят, и я должна, — я упрямо мотнула головой.

— Ээээ.. Айка… Вит, — позвал Рион, но мы не обратили на него ни малейшего внимания.

— Не захочешь, и я не захочу, — вириец вдруг одним скользящим движением оказался рядом. — Это самое поганое в нашем даре. Или проклятии. — Он схватил меня за руку, рывком притянул к себе и добавил: — А это на память.

Я поняла, что сейчас он меня поцелует. И растерялась. Раньше, это был наш выбор, или скорее порыв. А сейчас я буду гадать, прикасается он ко мне по собственной воле или наша «истинная любовь» принуждает его это делать.Его губы приблизились к моим, и я вся сжалась. Вит горько усмехнулся и вдруг вместо поцелуя, привлек меня к себе, заставляя уткнуться носом в пахнущую костром и элем форму.

— Никакого принуждения. Даю слово. Тебе и себе. Либо ты придешь ко мне сама, либо — нет. А боги пусть идут к дасу, — он все же коснулся губами моего лба, легонько, нежно, почти невесомо. Словно прощаясь. Кожу кольнуло теплом.

— Там Михея ведут, — сказал Рион, глядя в мутное окно.

Вит отстранился и, обхватив пальцами мой подбородок, заставил посмотреть ему в лицо. Усталое, словно припорошенное пылью, постаревшее, но знакомое до последней черточки. Мне нестерпимо захотелось дотронуться до небритой щеки.

— Я никогда не причиню тебе зла, помни об этом, что бы ни случилось.

Кивнув, я спрятала руки за спину, потому что коснуться усталого лица, захотелось еще больше, просто чтобы стереть эти глубокие морщины.Дверь распахнулась, в комнату буквально влетел Кули.

— Вы бы видели, там, у целителя настоящий волшебный… — закричал он и замолк, видать, от переизбытка эмоций.

Следом в комнату ввели Михея. Он почти шел сам, лишь незначительно опираясь на не слишком довольную этим Оли. Мира поставила на стол холщовую сумку. Белую сорочку и потрепанный плащ Вита, сменило крепкое, но местами потертое домотканое платье и косынка, ноги оставались босы.

— Я вам тут снеди принесла, — девушка стала раскладывать на столе печеную картошку, сыр, головку лука, крынку сметаны.

Но аппетит уже улетучился.

— Как ты? — спросил Вит покачивающегося стрелка.

Тот попытался изобразить бодрость, но не преуспел, и лишь устало мотнул головой.

— Главное, что стоишь на своих двоих, — сказал чернокнижник, отходя к столу.

Мне вдруг стало холодно и захотелось немедленно шагнуть следом.

«Это все магия! — мысленно проговорила я. — Магия, дар богов или еще какая потусторонняя чушь. Это не по-настоящему».

— Там у целителя дерево растет, прямо в доме, с зеленой корой и такими лифтьями… — паренек схватил со стола колбасу и откусил, не переставая говорить.

Оле тоже села за стол, Михей осторожно опустился на край лавки. Надо же, целитель и впрямь хорош. Рион остался стоять у окна.

— А ефе… ефе…

— Сперва прожуй, а потом говори, — сделала мальчишке замечание старшая сестра.

— А еще перед домом бургомистра клетка стоит, вот такенная! А в ней… кха… кха, — парень подавился, Оле постучала ему по спине, и даже это движение вышло укоризненным.

Мира стала рассказывать, что на кухне корчмы на вертеле запекался целый кабан, а пьяный повар, оправдывая название постоялого двора, спал в углу и кухарка тыкала в него кочергой. Надеюсь, холодной.

Я перестала прислушиваться и опустилась на тюфяк. Рион отрешенно смотрел на улицу. Михей молчал. Вит… Виту было плохо. Внутри него клубилось что-то едкое, колючее, оно пожирало его изнутри. Угрызения совести? Но для него этот дар богов такая же неожиданность, как и для меня. В молчанку он больше не играет… Так почему ему так плохо? Хуже чем мне…

Что с нами случилось? Помню, мы были таким же, как Оле и Мира, как Кули, что болтал без остановки. А теперь? Я вздохнула. То, что с нами случилось, называлось жизнь, а эти только несколько дней как из своего села выбрались.

Кишинт вернулся спустя половину часа, когда вся снедь была съедена, а разговоры выговорены. Зашел, хлопнул дверью, сел на лавку и мрачно уставился на Оле. Та, не ожидавшая такого повышенного внимания, что-то возмущено проговорила, что-то подозрительно похожее на «шляются тут всякие, приличной девушке и не присесть…»

— Дасу? — спросил Вит.

— Дасу, — подтвердил мужчина.

Оле стала торопливо сотворить знак Эола.

— Где?

— На две сотни совар восточнее. Малые Охапки, — он стукнул кулаком по столу. — К слову сказать, не такие уж и маленькие, более сотни душ отправились к дасу.

Вит задумчиво посмотрел на карту.

— Дасу? Опять? — спросил Михей.

— Что значит, опять? — спросил Киш.

Вит, не отвечая, провел пальцем по карте.

«Ма-лы-е О-хап-ки» — медленно прочитала я.

— Да. Еще один прорвался два дня назад в Волоках, что у Проклятого скита, — он поднял палец чуть выше. — Мы как раз оттуда. Это, — он, не глядя, указал на стол: — Все, кому удалось выжить.

— То есть, у нас два демона сейчас расхаживают по Твирийской равнине? — вскочил Киш, Мила почему-то вскочила вместе с ним, Кули перепрыгнул лавку и бросился к карте, смотреть, что там чернокнижник интересного показывает. Я тоже поднялась, но бросаться не стала, мне и отсюда все прекрасно видно.

— Три, — поправил его Вит и его палец опустился ниже в чащу Багряного леса, к его южной части. — Там погиб мой отряд. При выверте. А я не смог их прикрыть. Никого. Не ожидал, да и силы не хватило.

— И ты не сказал? — наконец-то отмер Рион.