Аня Сокол – Воровка чар (Дилогия) (СИ) (страница 43)
На лице Тамита играла удовлетворенная усмешка. И забивая очередной гвоздь в крышку моего гроба, маг добавил:
— Над Айкой Озерной была печать смерти и ранее, но другая. Забрав силу у Рионера, она закрыла старую метку новой. Не знаю, на что она рассчитывала, может, на то, что парень влюбится и ради нее пожертвует всем, как было с моим бедным братом. Но просчиталась, он привел ее сюда, не дав сбежать по дороге. После обряда метка исчезает. Обвиняемая уйдет отсюда свободной и вместо петли получит вечную благодарность молодого мага и его защиту.
— Неправда! — хрипло выкрикнула я.
— И разрушит свой резерв на веки вечные? — саркастически вставил Неман, — Не слишком ли большая цена? При описанном вами коварстве? Да и к тому же, была ли печать ранее или не было, мы знать не можем, разве только Рионер… — он посмотрел на парня. — На Айке была печать до того, как она сломала твой кристалл?
Атмосфера в зале изменилась, шутить расхотелось совсем. Даже мысленно.
— Ну, давай же! — молча взмолилась я. — Скажи им, что печати не было! Скажи…
Парень перевел ошалелый взгляд на вышградского мага.
— Я.. я…
— Была? — с нажимом спросил Тамит. — Айка Озерная, молчите! — приказал мне обвинитель, видя, что я уже готова вмешаться.
— Нет… — сказал парень и тут же добавил:— Не знаю… я бы заметил…
Рион мямлил и выглядел чертовски растерянным. А все оттого, что говорил правду. Она зачастую именно такая, неубедительная.
— Предайте суду амулет, — отдал приказание высокий Гуар, Неман тут же склонился к яме, и я вложила в протянутую руку цепочку, на которой покачивался камушек. Даже несмотря на сказанное, мне не хотелось расставаться с артефактом. Так просто было прятать за ним свою непохожесть.
Гуар взвесил украшение на ладони, поднял к свету черный камушек, по полу разбежались серые блики.
— Откуда у тебя амулет и как давно? — задал прямой вопрос голубоглазый маг.
— Мне дал его Действительный Вышграда Дамир месяц назад, — ответила я чистую правду.
— Она лжет! — зло сказал Тамит.
— Вы сами видели меня в его доме с этим амулетом, когда… когда хотели…
— Видел,— перебил меня обвинитель. — Но не видел, что кулон вам вручил Дамир.
— Зато видел я, — четко сказал Рион.
— Влюбленный идиот! — рявкнул Тамит. — Ты что, не понимаешь, что она делает?
— Я не влюблен. И не идиот, — последнее прозвучало даже обиженно.
— Рионер, ты подтверждаешь слова Айки Озерной? — вмешался Неман
— Да. Мой учитель дал Айке артефакт, чтобы скрыть приметную внешность.
— Айка Озерная, признаешь ли ты себя виновной в смерти Действительного Киеса? — осведомился Гуар.
— Эол! Нет. Я даже не знала его.
Высокий повернулся к Тамиту и с некоторой опаской спросил:
— Это все обвинения? — и получив утвердительный кивок, с облегчением обратился к хранителю фонтана: — У защиты тоже все?
— Да, Высокий.
— Суд семерых должен принять решение. Ожидайте.
Маги поднялись и вышли. Я провожала взглядом спину последнего, того самого, самого молоденького, едва разменявшего пятый десяток. Но прочитать грядущее по удаляющемуся черному платью не удалось.
Рион подошел к яме, хмурый, усталый, но в чем-то даже привычный парень. Вышградский маг плюхнулся в одно из освободившихся кресел и забарабанил пальцами по подлокотнику.
— Я не забирала силу вашего брата, — четко проговорила я, но Тамит, не поворачивая головы, презрительно скривился.
Рион сел прямо на пол и тихо спросил:
— Как ты?
— Будет зависеть от них, — я кивнула на дверь, за которой скрылись маги.
— Тебе ничего... — он замялся, — не сделали?
— Нет, — я невесело ухмыльнулась, поняв, о чем он думает. — Не сделали. В уборную не пускают, а в остальном…
— Говорил же я тебе, не надо было вирийца с собой тащить, — невпопад произнес Рион, не впечатлившись моими страданиями. — Чернокнижник в Велиже, кто бы мог подумать, — он покачал головой, словно сама мысль казалась ему кощунством. — И как замаскировался тварь, даже я не увидел.
Я хмыкнула, покосившись на Тамита, не время сейчас признаваться в чем бы то ни было. А то к преступлениям против Тарии добавят заговор против князя Вирита.
Судьи вернулись быстро. Очень быстро, Рион только раза три прошелся по предкам Вита, а я даже не успела спросить о Михее, когда дверь скрипнула…
Маги зашли в зал, тем же порядком, что и вышли. Строгие и отрешенные. Мне не удалось поймать взгляд ни одного из них, сколько я ни старалась. Не к добру.
Рион вскочил, Тамит поднялся из чужого кресла и занял место слева от ямы. Неман, прекратил метания по залу. Воцарилась тишина.
Их молчание казалось бесконечным, их лица — бесстрастными, шаги — громкими, а слова — излишне торжественными. Объявлял вердикт Высокий Гуар. Но мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы понять, о чем он говорит, так громко колотилось сердце.
— Обвинения признать состоявшимися в части. Признать Айку Озерную виновной в присвоении силы Рионера, ученика действительного Вышграда Дамира и приговорить к ритуалу Полного Покаяния. Если в процессе оного обнаружится сила другого мага, то судьбой и жизнью обвиняемой будет распоряжаться семья погибшего Киеса. Айка Озерная освобождается из-под стражи. До исполнения приговора ей запрещено покидать Велиж и надлежит носить ограничивающий артефакт. К Действительному Дамиру отправить гонца для выяснения происхождения артефакта, — маг оглядел присутствующих. — Решение принято и оглашено.
Глава 12. Приготовления
— Айка, не чеши, — раз в третий скомандовал Неман, оборачиваясь.
Я тут же спрятала руки за спину и поторопилась нагнать хранителя фонтана. Кожа под браслетом немилосердно зудела. Ограничивающий артефакт подозрительно смахивал на кандалы, только без цепей. Но цепи были — магические — они не позволят мне покинуть город, если я вдруг надумаю податься в бега. Металлический, исписанный непонятными символами браслет был тяжелым и обдавал кожу холодом. Словно по весне белье полоскаешь, когда руки в полынье немеют, а белье хрустит льдинками.
Кандалы кандалами, но ходить по Велижу с печатью смерти над головой, без артефакта, чревато. Как сказал хранитель фонтана, проще сразу в домовину лечь, тогда, как артефакт не только не даст сбежать опасной преступнице, но и удержит не в меру справедливых магов от самосуда. Это что-то вроде отметки: проходите мимо, уже наложено Покаяние.
Вроде действовало, по крайней мере, встречающиеся нам маги хоть и косились, но за топоры и магию не хватались.
Велиж был построен королем Угуром Первым в северо-восточных землях Тарии на месте, где на поверхность вышел магический источник. Поначалу это была просто чаша и домик мага-смотрителя, потом — казарма гарнизона, потом —торговый пост, потом… Дома, как грибы, вырастали вокруг магического источника. Владея им, король владел, по сути, всеми магами, съезжавшимися к фонтану Силы заполнять свой резерв. Город лишился положения столицы спустя две сотни лет, после первого же столкновения с Виритом. Тогдашнего монарха Угура Пятого очень обеспокоила близость города к границе с Княжеством, и по высочайшему указу в кратчайшие сроки был заложен Вышград, а Велиж осиротел.
Осиротели гранитные мостовые и белокаменные увитые плющом особняки, которые дышали величием и древностью. Пустовала и королевская резиденция.
— А вот здесь… — маг указал на высокий дом с резными ставнями, кажется, ему очень нравилось, что я иду следом за ним, тараща глаза на каждый фасад, кажущийся мне едва ли не дворцом. — Жил Кизил. Великий маг прошлого…
Далее Неман поведал мне историю постройки пары домов, принадлежащих особо выдающимся чаровникам. Я вежливо восхитилась их умениями. Кизил изобрел какую-то втулку (я так и не поняла, куда и зачем ее втыкать), второй убил на магической дуэли уйму народа и был награжден титулом. Полагаю, только затем, чтобы теперь его могли вызывать на дуэль лишь равные, а дураков среди дворян немного.
Река Верега делила город на две части: на юго-западе, где находится фонтан Силы, жили в основном маги; по другую сторону — рабочий люд. Военный гарнизон и тюрьма являлись исключением из правила, и необычайно украшали почтенные кварталы чаровников.
— Айка, хватит головой вертеть, — в очередной раз крикнул хранитель фонтана, и я прибавила шагу.
Больше всего Велиж напоминал часть сказки, которую рассказывала бабушка на ночь — высокие шпили, белые стены, благородные маги, легенды и войны. Красиво. Если не приглядываться, а когда приглядишься...Сквозь белую штукатурку почти везде проступала плесень, сады зарастали дикой лебедой, а маги — по большей части чванливые и толстые старички — мало напоминали тех героев, что рисовало мое детское воображение.
Будь шанс, я бы с радостью променяла мощеные мостовые на пыльные дороги Солодков. Вру, Вышград манил меня не меньше, хотя сам город имел мало отношения к этой тяге.
— Тюрьма, судебные залы, гарнизон, а вот здесь палач с семьей живет. Простой люд его не любит, могут и камнем кинуть, — продолжал указывать на здания Неман, а я, заметив знакомую постройку, обеспокоенно почесала запястье.
После суда я первым делом оскорбила великомагические кусты, а потом почти сутки отсыпалась в доме Немана. На следующий день меня начали готовить к Покаянию, и первым делом хранитель поволок меня к фонтану, до которого мы все никак не могли дойти…