Антонина Циль – Гортензия Грей:призраки и злодеи. Книга 2 (страница 3)
Конечно, это было выражено… тактично, словами, от которых у нас создалось впечатление, что Лайонсроу, конечно, безмерно счастлив встречать у себя… как вас там, простите?… господина Корбетта, но…
Однако стоило меня намекнуть, что Майкл – внук того самого Эверета, как рейтинг некроманта просто обрушил топ гостей деревеньки.
В местном гостевом доме тут же нашлась свободная комната с завтраком, ланчем и вечерним чаем. Мистер Ченнинг лично представил некроманта хозяйке семейного отеля и составил список лучших лавок Мидконнер и Лайонсроу.
Убедившись, что Майкл устроен, мы поехали дальше по узким улочкам… мимо храма… ещ е одного храма… паба… пары магазинов и потрепанного временем особнячка в глубине заросшего сада. Полагаю, я только что видела Грей-лок, поместье семьи Грей.
Глава 2
Мистер Ченнинг подтвердил мои предположения. Грей-лок заперт, но незадолго до смерти мисс Грей передала ключи от особняка мистеру Митчу, так что он все расскажет и покажет. А пока вот ключ от домика покойной.
Ажурная калитка, хаотично оплетенная вытянувшимся клематисом, тропинка к пристройке и сараю, почти скрытая засохшим разнотравьем, кусты самшита, некогда круглые, а теперь взъерошенные – садом давно никто не занимался.
Я прошла по дорожке к дому и заглянула в окна. Начинался дождь. Если кто-то и притаился внутри скромного коттеджа, все звуки заглушались шумом капель по крыше.
Ключ легко повернулся в замке. Я осторожно шагнула внутрь, очень жалея, что не обзавелась чем-то посерьезнее острой шпильки для шляпки. Вернусь и приобрету трофейный «штерн», самый дешевый на черном рынке оружия Лонгдуна пистолет, на худой конец, дамский «юнион». Буду тренироваться. Папина наука и навыки Гортензии… непрактично было бы их забыть.
Дом издавал самые разные звуки: скрипели рассохшиеся половицы, и стоило мне миновать напольные часы в прихожей, как они на несколько секунд застучали стрелками и издали хриплый стон. Затем старинный механизм замер, но его внезапное пробуждение меня здорово взбодрило.
Я быстро осмотрела первый этаж. Кухня, гостиная, кладовка. Ничто не екнуло на душе и не щелкнуло в памяти, хотя Гортензия провела в этом доме юность. И только многочисленные фото в рамках выдавали факт ее связи с коттеджем.
Убедившись, что в дом давно никто не входил, я вернулась к калитке и затащила внутрь саквояж. Ужасно хотелось кофе. В дороге я так и не открыла ссобойку, упакованную Линдой, предпочтя сон еде.
Зато теперь меня ждал приятный сюрприз: бутерброды с сыром и термос с кофе. Напиток был еще горячим.
Я смахнула пыль со столешницы на кухне и принялась ужинать. Внезапный резкий звук заставил меня подпрыгнуть. Это были не часы. Звонил телефон, старомодный аппарат на журнальном столике в гостиной.
Я что-то припомнила из разговора с мистером Митчем. Он упоминал, что в последние дни жизни тетя жаловалась на головную боль и тревогу. Наличие телефона позволяло ей по несколько раз в день и даже ночью названивать своему поверенному. Тетя Мэган утверждала, что ее преследуют. Кто? Тени.
Однако к тому моменту многие замечали, что тетушка Грей начала терять память и путать различные события. Поэтому ее беспокойство сочли естественным проявлением угасания. Во время Прорывов в доме дежурила медсестра из госпиталя в Мидконнер. По ее словам, все было как обычно.
Однажды утром тетя просто не проснулась. Коронер не нашел в смерти ничего подозрительного: у пожилой женщины, пережившей несколько войн, остановилось сердце.
Пока я выбиралась из-за стола и искала источник звука, телефон затих, но вскоре звонок повторился.
– Алло, – осторожно сказала я, сняв трубку.
– Гортензия, – донесся до меня голос Майкла. – Прости за беспокойство, проверяю, все ли у тебя хорошо. Твой номер мне дали в гостинице. Как ты устроилась?
– Ужинаю, – с радостью откликнулась я, только теперь осознав, как угнетающе действовала на меня тишина оставшегося без хозяйки дома.
– Тогда я за тебя спокоен, – хмыкнул Корбетт. – Хотел пригласить тебя в паб, но понял, что сейчас важнее выспаться.
– Да, пожалуй, – признала я, зевнув, хотя мне вдруг нестерпимо захотелось увидеть напарника. – Ты тоже отоспись как следует. Честно говоря, я понятия не имею, с чего начать завтра.
– Возможно, завещание тети подскажет, – успокоил меня Майкл. – Номер гостевого дома – три-три-пять. Здесь только один телефон, в вестибюле, Но если позвонишь… обязательно позвони, если что-то побеспокоит… меня позовут. Я приеду в любое время. У хозяйки гостиницы есть второй автомобиль, старый «плюмаж». Я немного похвастался своей родословной и получил разрешение пользоваться мобилем в случае необходимости.
Разговор с Майклом все изменил. Дом уже не казался затаившимся потусторонним существом из фильмов ужасов (привет, детские травмы!), ожидающим, когда жертва расслабится.
Налив себе еще одну чашку кофе, я поднялась наверх. Рюшки и подушки – так можно было описать интерьер комнат. У тети был кот, рыжий великан с острыми ушами, запечатленный на многих фото. После смерти мисс Грей его приютили соседи. Обстановка носила признаки его активного участия в жизни дома: следы когтей на ножках стульев и столов и аккуратные дырочки на листьях засохших фиалок. Рыжие шерстинки на мебели навевали грусть.
Спать я предпочла внизу, в гостиной. К моему великому облегчению ночью меня ничто не потревожило. Никто не нарушил тишину скрипом половиц, зловещим смехом или тяжкими стонами. Мне даже пришлось с некоторым сожалением напомнить себе, что призраки в этом мире не ограничивались паранормальными намеками. Уж лучше бы они таинственно шуршали на чердаках и подвывали из подвалов.
Единственной проблемой для меня стал холод. Если свет в доме еще не отключили, то газ уже не подавался. Газовый счетчик в прихожей, в который полагалось время от времени закидывать монеты в пять ассов, был опечатан.
Меня спас камин. Отсыревшие поленья вначале напрочь отказывались разгораться. Но я пожертвовала огню пачку квитанций, расписок и чеков за двадцать седьмой год из ящика письменного стола, полагая, что уж за двадцать лет тетя рассчиталась со всеми долгами.
Камин согрел комнату и меня. Дождь то стихал, то усиливался. Но в эту ночь Прорыва не было, лишь где-то по соседству лениво лаяли собаки.
В кабинете мистера Митча царила идеальная чистота. Я смущенно спрятала под стол ноги в туфлях и чулках, забрызганных уличной грязью. В гостинице сказали, что Майкл еще спит. Поэтому я не стала беспокоить Корбетта и добралась до конторы сама, по мелкому и холодному дождику.
Несмотря на погоду, было приятно покинуть старый дом и изучить окрестности. Я обратила внимание, что даже будучи расположенным в глубине пышного, разросшегося сада, Грей-лок навязчиво доминирует над деревней.
– Что ж, мисс Грей. Давайте приступим, – мистер Митч поправил запонки.
– Разве мы не ожидаем других претендентов? – я оглянулась на дверь.
– Других претендентов нет. С мелкими наследниками и представителями церквей я уже переговорил.
– Постойте, – растерялась я. – А как же родственники, о которых вы упоминали?
– Я говорил о них как о
– Экорни? – повторила я удивленно.
Мы проезжали этот городок по пути сюда. Там жгли дубовые листья. Мне еще захотелось побывать в местном храме и увидеть Древо. Видимо, теперь побываю и увижу.
– Сведения поступили оттуда, – кивнул нотариус. – Якобы имеются законные отпрыски восьмого поколения Греев.
– Восьмого, – кивнула я.
Ну, теперь все понятно. Есть восьмое поколение, а у него имеются потомки. Что же непонятного?
– Дети вашего отца или вашей тети, – пожевав губами, сообщил мистер Митч.
– То есть у меня может быть сестра или брат… Или кузен… или кузина.
– Совершенно верно, – подтвердил Митч сухим тоном.
Что-то его определенно смущало. Он чуть ли не морщился.
– Существует ли вероятность, что это может быть ребенок тети Мэган? Она же… никогда не была замужем.
У меня, несомненно, возникла пара вопросов к мистеру Эверету, признавшемуся в романе с моей тетей. Честно говоря, я не могла в точности сказать, насколько далеко зашли их отношения, но судя по томным вздохам железного магната не думаю, что ограничились пылкими взглядами.
– Определенно, – Митч поправил галстук.
Да уж, есть от чего занервничать. Старая дева, которую, как я заметила по Ченнингу и Митчу, здесь чуть ли не боготворят, может оказаться не такой уж девой. Но она намного старше моего отца… отца Гортензии. Сколько же лет может быть моему кузену или кузине?
– Продолжим?
Митч начал читать завещание. Начал он обыденным тоном… дом и участок земли на улице Семи Церквей, счет в банке «Боулес и сыновья»… а закончил торжественным голосом, словно на службе в церкви:
–
Да, все-таки хорошо, что в этом мире уже отменили майорат. В противном случае усадьба отошла бы округу или церкви. Это меня бы не особо расстроило, но я хочу получить доступ к особняку и разгадать его тайну.