Антонина Смирнова – Карьера демона-искусителя (страница 8)

Когда Люба в слезах спросила: «Ты меня еще хоть хочешь?», он честно ответил:

– Конечно… просто я… (зевок) …очень устал.

В 2:47 ночи Люба взяла его телефон (в сотый раз за месяц), лихорадочно пролистывая сообщения. Ничего. Ни одной подозрительной смс. Даже эмодзи с сердечками не было – только унылые «ок» и «ясно» в переписке с коллегами. Да: «Коля, срочно отправь отчет», «Мама, позвони завтра», «Люб, купи туалетную бумагу».

– Может, он просто слишком хорош в скрытии следов? – подумала она вслух.

В ответ диван только крякнул – Дима перевернулся на другой бок, непотребно обняв подушку. Люба почувствовала укол ревности даже к этому куску поролона.

Она открыла ноутбук и с яростью напечатала: «Как понять, что муж изменяет», «Развод + ипотека на мужа», «Как отомстить, если секс раз в месяц». В поисковике замерцали зловещие слова: «развод + ипотека + как оставить мужа без трусов». Гугл услужливо предложил 527 тысячи вариантов разрушить свою жизнь, а также 5 спа-салонов и психолога.

– Все… – прошептала она, глядя, как Дима сопит в обнимку с подушкой. – Я подаю на развод.

– Пять лет назад он раздирал на мне это самое белье зубами, – всхлипнула Люба, заедая горе вчерашним тортом. – А теперь… Теперь я даже не уверена, помнит ли он, как оно расстегивается!

Из гостиной донесся особенно громкий храп – будто сама судьба смеялась над ее несчастьем. Люба захлопнула ноутбук и швырнула в сторону дивана подушку (промахнулась – попала в лампу).

– Вот и вся наша семейная жизнь, – прошептала она, глядя, как абажур качается, угрожающе скрипя. – Ипотека, храп и холодная пицца…

Где-то в далеком уголке ее сознания зашевелилась мысль, что, может быть, что-то нужно изменить. Но Люба отмахнулась – проще же обвинить Диму во всех грехах.

Она повалилась на кровать, даже не смыв макияж (которого, если честно, и не было). Последнее, что она услышала перед сном – новый раунд храпа из гостиной и свой собственный голос, бормочущий:

– Все… Завтра подаю на развод…

2.

Люба стояла перед зеркалом в ванной, яростно дергая феном по своим волосам, будто пыталась не высушить их, а вырвать с корнем.

– Убить его… – бормотала она, представляя, как Дима «случайно» падает в ванну с включенным феном. – Нет, слишком банально… Может, подсыпать что-то в его любимую пиццу? Но что? Я же даже ядов не знаю!..

Фен завыл, как разъяренный шершень, а Люба закатила глаза:

– Вот и он – идеальный символ нашего брака! Громкий, раздраженный и вот-вот взорвётся!

И тут…

Ба-бах!

Яркая вспышка, искры во все стороны, запах паленой проводки – и Любу бьёт током так, что её подбрасывает на 10 сантиметров от пола.

– АЙБЛИН!!!

Она шлепается на кафель, чувствуя, как волосы встают дыбом (теперь ей точно не нужен фен).

Последняя мысль перед темнотой:

– Ну хоть ипотеку страховка покроет… Хотя… черт, а если я не выживу, а Дима да?..

Сознание отключилось.

Люба пришла в себя с ощущением, будто в её череп забили железный костыль, а во рту всего-навсего: вкус меди, привкус гари и непонятно откуда взявшаяся жевательная резинка «Love is…» (видимо, мозг в отключке решил пошутить).

Она попыталась пошевелиться, но тело отозвалось болью в каждом мускуле, будто её не током ударило, а протащили по коридору ада с остановкой у каждого круга.

Мокрый кафель под щекой холодил кожу, а где-то рядом раздавалось мерзкое чавканье – звук, напоминающий Диму, жующего ночью пельмени, но с более дьявольскими нотками.

Люба с трудом подняла веки. Перед ней, развалившись в позе «я тут хозяин», сидело существо:

Кожа – красная, как помидор в супермаркете (тот, что всегда почему-то мягче, чем кажется).

Глаза – горящие, как две мини-лавы лампы из ИКЕА.

Рога – стильные, слегка потрёпанные, будто их уже использовали для дверных ручек в преисподней.

В лапах – обёртка от её последней шоколадки, которую он облизывал с неприличным энтузиазмом.

Азик заметив её взгляд, с набитым ртом:

– Аззираэль, демон третьего круга. Специализация – оживлять умирающие браки (ну и искушения, куда без них). Но можешь звать меня Азик.

Люба медленно моргая, голос хриплый:

– Я… умерла?

Азик пожимает плечами, проглатывая шоколад:

– Нет, но твой фен – да. Кстати, у тебя есть ещё шоколадки? А то эта была немного подтаявшей.

Люба села, опираясь на локти, и тут же пожалела – голова закружилась, а в висках застучали маленькие демоны с молоточками.

– Ты… настоящий? – она протянула руку, чтобы потрогать его рог, но передумала.

– О, давай! – Азик наклонился, подставляя голову. – Только аккуратнее, они чувствительные.

Люба дотронулась – рог оказался тёплым и… пульсирующим, как перегретый телефон.

– Ну что, убедилась? – ухмыльнулся демон. – Или хочешь, чтобы я что-нибудь поджёг для наглядности?

– Нет-нет! – Люба отползла к стене. – Ты… демон. Настоящий демон. В моей ванной.

– Ну, технически, ты сейчас на полу, – поправил он, доставая из воздуха ещё одну шоколадку (откуда?!). – Но да, суть верна.

Азик съел еще одну шоколадку и пожаловался:

– В аду хоть перчиком посыпают!

Люба сжала голову руками – либо мир сошёл с ума, либо она (а скорее всего, и то, и другое).

– Зачем ты здесь? – выдохнула она.

Азик лениво облизнул шоколад с пальцев:

– Ну, солнышко, раз уж твой брак медленно умирает, а ты мечтаешь убить мужа… Кто, как не я, поможет?

Люба ворвалась в кабинет психотерапевта, как торнадо в юбке. Её волосы всё ещё торчали в разные стороны (последствия электрошока), а в глазах читалось: «Или вы мне поможете, или я сожгу это место дотла!»

Доктор Петров поднял бровь, осматривая её взъерошенный вид:

– Вы… на электрическом стуле побывали?

– Почти! – выпалила Люба, плюхаясь в кресло. – Доктор, у меня проблема. Я… вижу демона.

Азик (невидимый, шепчет на ухо):

– О, этот ублюдок вчера целился в жену дротиком! Ха-ха, промахнулся, конечно…

Люба дёрнулась, но собралась:

– Мне кажется, у меня галлюцинации от стресса.

Доктор задумчиво постучал ручкой по блокноту:

– Вам кажется, что вы видите демона? Это классический симптом тревожного расстройства. Или… – он кокетливо улыбнулся, – возможно, вы просто слишком много смотрите фэнтези?

Азик в восторге:

– О, детка, он прямо сейчас представляет тебя в наручниках! Ой-ой, и с кляпом… Ну надо же, а выглядел таким скучным!