Антонина Штир – Последний дракон Вирхарда (страница 33)

Долго глядеть в нутро колодца не пришлось: Лесная Дева появилась почти сразу, в неизменном синем платье и с улыбкой на устах. Словно в её мире не было войн, гракхов и конца света — лишь тишина, покой и благодать.

— Здравствуй, Марика! — зазвенел её голос. — Я ждала тебя.

— Хорошо, потому что у меня к Вам просьба.

— Можешь не говорить, драконица. Мне известно о твоих нуждах, и я помогу тебе. Мир рушится на глазах, и скоро всё может исчезнуть без следа.

— Вы и раньше знали, да? — догадалась я. — О пророчестве и о моей роли в спасении мира.

— Разумеется. Но тогда ты ничего бы не поняла и не поверила бы. Теперь, Марика, ты готова.

— Но это же я выпустила гракхов.

— Некоторые вещи должны произойти, чтобы потом случились другие. Так предначертано судьбой, Марика. Взгляни на меня.

Она заставила меня поднять голову, посмотреть в её тёмные, как ночь, глаза. Вдруг в глубине тьмы вспыхнуло яркое пламя, и я отшатнулась, попятилась назад. Почему-то стало страшно и неуютно, хотя огонь — моя стихия.

— Ты совсем забыла о мести, Марика. Выпила моё зелье?

— Простите, я потеряла Ваш подарок. — Я отвела взгляд в сторону.

Помолчала и добавила, вспомнив Рейлу.

— Есть одна девушка, которой зелье могло помочь. Сейчас я бы хотела отдать зелье ей.

Лесная Дева вздохнула, непритворно огорчившись.

— Сожалею, Марика, другого такого зелья у меня нет. Но тебе нужно думать о другом. Гракхи захватили королевства Триады, уничтожили большинство жителей и подбираются к Анерону. Красный эдельвейс уже расцвёл, ты ведь знаешь, и море закипело от магии ормеонцев. Признаки уже проявились, и скоро наступит ночь тёмной луны. Торопись, драконица, у тебя только три дня. На исходе третьего ты должна быть в сердце древних земель, там, откуда пришли гракхи. Пламя, извергнутое из пасти в ночь тёмной луны, охватит весь мир и сожжёт создания тьмы, не тронув невинных. Дождись полной темноты, только тогда выпускай пламя. Но берегись, тебя будут ждать и мешать тебе. Иди же, Марика.

Лесная Дева растаяла, как тает туман под лучами солнца, и я осталась одна. Хотелось сбежать на край земли, тревога наполнила сердце. Но я сцепила зубы и запретила себе огорчаться — сейчас мне понадобятся все внутренние силы, чтобы бороться и победить.

Я летела на пределе возможностей, почти без отдыха и сна. Земли гракхов так далеко, а мне приходилось нести на себе двоих крепких мужчин, что, конечно, снижало скорость. Но сильнее усталости, сильнее голода была мысль, что, даже если они не успеют, пророчество не исполнится. Я до сих пор не чувствовала себя избранной, мне казалось, что Аредамиус просто посмеялся над королём и над ней заодно.

К тому же слишком уж хорошо складывалось их путешествие: никто не обращал внимания на огромное зелёное существо в воздухе, никто не преследовал их и не ждал на границе Заклятого леса с землями гракхов. Впрочем, это можно было объяснить сотнями и тысячами погибших. Целые деревни и города опустели, сожранные ненасытными утробами, так зачем оставшимся в живых пялиться на мирного дракона, который летит по своим делам?

Адрес на спине пошевелился во сне: он настолько привык к полётам, что спокойно засыпал, крепко сжимая ладонями шипы вдоль позвоночника. А вот Рэм никогда не терял бдительности — чутко следил за происходящим с высоты. Вот и сейчас бывший командир наёмников подал голос, когда разглядел ровную возвышенность, словно созданную для приземления дракона. Конечно, я увидела её гораздо раньше, но напоминать лишний раз человечку о своих преимуществах не собиралась. Они такие гордые и ранимые, существа, именующие себя людьми.

Заложив плавный вираж, мягко села на площадку. Совсем без тряски не обошлось, и мужчины с трудом удержались на спине. Обвив хвостом сначала Адреса, а потом Рэма, спустила их вниз. Подождала, пока один отвернётся, а второй вытащит из сумки одежду, и обратилась. Пока время не пришло, я хотела побыть в человеческом облике.

— Кажется, тут никого нет, — озираясь по сторонам, неуверенно проговорил Адрес.

Стоял удивительно тёплый для августа вечер. Солнце медленно катилось к горизонту, лаская последними лучами лик земли. Щебетали в ветвях невидимые птицы — внизу, под возвышенностью, росли клёны и дубы. Цепь высоких холмов окружала это место.

— Здесь есть где спрятаться. Расслабляться не стоит, — возразила ему.

Адрес кивнул, уселся на каменную поверхность. Вытащил сыр, хлеб и вяленую козлятину, позаимствованные два дня назад в опустевшей деревне. Рэм присоединился к ним, взгляд его выражал озабоченность и недоверие.

— Не нравится мне тут. Земля дышит злом.

— Надеюсь, оно даст нам хотя бы доесть спокойно, — задумчиво протянула я.

И, конечно, угадала: стоило мне это сказать, как внизу послышалось шуршание. Глянув с возвышенности, я увидела ползущее по земле существо, отдалённо напоминающее человека. Грязное, взхломаченное и всё в крови.

— Что это? Адрес, я хочу посмотреть.

Наёмник хмуро взглянул на существо и покачал головой.

— Нет, Марика, не стоит. Это может быть опасно.

— Я всё-таки проверю, — возразила Адресу. — Прикрой меня, пока раздеваюсь.

— Одну я тебя не отпущу. Привыкай, Марика. Всегда вместе, всегда рядом.

— Ты напоминаешь мою няньку из детства, Адрес, — добродушно хмыкнула я. — Идём, пока твоя забота не начала раздражать.

Он отвернулся, но я заметила его улыбку. Адрес смеялся надо мной! Однако сердиться на него почему-то не хотелось.

Существо подняло голову, и я с изумлением узнала в нём Рамину. Ту самую шпионку, которую считала мёртвой. Как она спаслась из Заклятого леса в тот день?

— Я тебя видела, Марика, — прохрипела женщина. — Ты летела воо-он там! — Она ткнула пальцем в небо над собой.

— Почему ты ещё не сдохла? — поинтересовалась я.

Я не испытывала к ней ненависти, больше нет. Просто хотела, чтобы такие, как она, исчезли с лица земли. Это ведь Рамина забрала у меня крылья и свободу.

— О, это очень… длинная история. Как я пряталась, как выживала назло врагам. Но не волнуйся, мне уже недолго осталось.

Она перевернулась на спину, не в силах двигаться дальше. Тело шпионки в многочисленных рваных ранах подтверждало её слова. С такими повреждениями долго не живут. Странно, что она вообще могла ползти.

— Ты помнишь тот пожар, который ты устроила? — кашляя через слово, выдавила из себя Рамина. — Видела, что стало с Заклятым лесом?

Да, я оценила свою работу, когда пролетала над ним. Вместо вековых дубов и сосен теперь здесь торчали обгорелые пеньки, а земля почернела от гари и пепла. Моя вина, моя ответственность. Только не ей, не Рамине, упрекать меня за это.

— Ты ползла, чтобы поговорить о сгоревшем лесе? Ах да, Триады больше нет. Твой король мёртв, и ты никому не нужна.

Рамина вымученно улыбнулась, глаза её недобро сверкнули.

— Я читала пророчество. В Ормеоне много шпионов Триады. И теперь с удовольствием посмотрю, как ты сдохнешь вместе со мной. Чувствуешь, драконица?

О чём это она? Неповторимый аромат крови — да, конечно. Запах пота и немытого тела — разумеется. Что же ещё?

Я глубоко вдохнула, принюхиваясь, и вдруг поняла: пахнет сырой землёй и грозой. Только они так пахнут — гракхи. И они здесь.

— Адрес, бежим! — крикнула я, но не успела сделать и пары шагов.

С ближайшего дерева спрыгнул гракх и молнией метнулся к нам. Адрес успел вытащить меч, полоснул лапу монстра. Гракх взревел, но не отступил. Он кружил вокруг наёмника, совершая обманные движения, изматывая противника. Из отверстой пасти капала на траву капала слюна — желтоватая, как топлёное молоко.

Мы с Адресом переглянулись, поняв друг друга без слов. Ударили одновременно, но с разных сторон: он мечом, я когтями. В который раз порадовалась возможности оборачиваться частично — дракон на земле неповоротлив, а пламя выпускать рано. Гракх качнулся и упал, пронзённый в грудь в двух местах. Адрес попал в сердце — он никогда не промахивался.

— Рано радуетесь, голубки, — простонала Рамина. — Он тут не один.

Гракхи больше не скрывались: они лезли отовсюду, соединяясь в сплошную чёрную массу. Как тогда, в Рамере, только теперь нам нельзя было улетать.

— Быстро! На площадку! Переждём там до заката, — бросила я мимоходом, делая полный оборот.

Адрес не заставил просить себя дважды, и через минуту мы уже поднимались наверх, к обеспокоенному Рэму. Площадка высоко, под ней отвесная скала, надеюсь, гракхи наверх не заберутся. В противном случае мы обречены.

Гракхи столпились внизу, как муравьи, и пытались залезть к нам. Падали, снова поднимались и лезли, и так бесконечно. Рамину они давно сожрали, и мне совсем не было её жаль. Даже какая-то мстительная радость возникла в сердце: если мне и суждено умереть сегодня, она не увидит. Впрочем, радость быстро сменилась тревогой: до темноты оставалось пара часов, а если луна станет тёмной не сразу после заката, ждать придётся ещё дольше. Я старалась не показывать своё волнение — заставила себя сесть на камень и не шевелиться. Какой толк от суеты — она лишь заберёт последние силы.

Адрес и Рэм тоже выглядели собранно, как всегда, но я разглядела в глазах любимого лёгкое беспокойство. Глядя на тварей внизу, трудно было поверить, что мы выстоим.

Между тем гракхи прекратили безуспешный штурм скалы и замерли, словно переговаривались. Кажется, они поумнели с нашей прошлой встречи, слишком быстро, на мой взгляд.