Антонина Крейн – Шолох. Тень разрастается (страница 4)

После тарелки сливочных спагетти с морепродуктами, двух брускетт с кальмарами и салата из водорослей под ореховым соусом мне начало казаться, что жизнь моя прекрасна и удивительна, Шэрхенмиста – лучшее место для внепланового отпуска, а Мелисандр Кес – чудеснейший из людей.

Возбуждённо размахивая руками, я рассказывала ему сокращённую версию событий последних недель. Мы сидели на палубе старого рыбацкого судна, переделанного под ресторан. Мачты были увиты гирляндами с мерцающими огоньками, за бортом тихо плескалась вода, горящая синим цветом из-за живущего в ней планктона.

– Получается, Тинави, ты спешишь вернуться в Шолох, чтобы узнать, как дела у Полыни, которого должны были выпустить из тюрьмы, у Дахху, которого ранил убийца, у Кадии, чей парень оказался этим самым убийцей, и у самого убийцы заодно… То есть у нашего старого доброго знакомого Анте Давьера, – Мелисандр задумчиво побарабанил пальцами по подбородку.

– Всё верно, – я кивнула. – И для того, чтобы продолжить жить свою жизнь, конечно же.

– При условии, что тебя не считают преступницей.

– Неважно, кем меня считают. Я всё равно хочу и буду жить только в Шолохе, даже если для начала мне придётся потратить очень много сил, возвращая себе доброе имя.

Вместо того чтобы обрадоваться моей решительности, Мелисандр расстроено вздохнул.

– Эх! – воскликнул он, подливая нам жемчужное островное вино, пахнущее орхидеями и лотосами. – А я надеялся, что смогу предложить тебе присоединиться ко мне в моём квесте.

– Каком квесте? – непонимающе наклонила голову я.

– Я называю так поиск артефактов богов-хранителей, – Кес улыбнулся.

Потом оттянул ворот белой рубахи и вытащил наружу три серебряных амулета на длинных цепочках. Они все были одинаковой овальной формы, каждый – со своими рунами, вырезанными на ободке, и вживлённым в центр камнем. Поняв, что это, я пораженно воскликнула.

– Ты носишь древние артефакты прямо так?!

– А что? Моя грудь – самое надёжное место на свете! – фыркнул Мелисандр. – Твоё внимание сосредоточено не на том, Стражди. Удивляться стоило другому, а именно, тому, что я собрал уже три штуки из шести.

А ведь и впрямь.

– Остальные амулеты я найду ещё быстрее, вот увидишь, – пообещал Кес. – Спасибо Пику Волн: в этом городе полно полезных документов о Срединном государстве, во времена которого и были созданы эти артефакты. Я правильно сделал, что приехал именно сюда. Информации у меня теперь выше крыши!

Он откинулся на спинку плетёного кресла и с удовольствием подставил лицо тёплому морскому ветру. Пшеничного цвета волосы Мелисандра казались совсем золотыми в свете стоявшей на столе лампы, имитирующей щупальца осьминога.

Я оторвала кусочек белого хлеба с розмарином, который нам подали перед ужином, и кинула за борт. Толстые краснобокие рыбы, толкущиеся возле корабля-ресторана, были ужасно рады угощению.

– Последние две недели я только и делал, что гулял и читал, – продолжил Мелисандр, и я втайне ужасно ему позавидовала. – И среди прочего узнал одну вещь, которую теперь хочу рассказать тебе. А именно: создателем амулетов, которые я ищу, был человек по имени Хинхо из Дома Страждущих. Прародитель твоего рода.

Я удивлённо моргнула, замерев с новым кусочком хлеба в руках.

– Ты серьёзно?

– Конечно. Зачем мне шутить?

Я растерялась ещё сильнее. Мел с интересом оперся локтями о стол:

– Ты что-нибудь знаешь о Хинхо?

– Нет. Я даже никогда не слышала его имени.

Кес осуждающе цокнул языком. Затем широко улыбнулся:

– А вот я теперь настоящий эксперт по твоему пра‐пра…деду. И знаешь, в его истории есть несколько загадок.

– Каких?

– А тебе точно интересно? Что-то не вижу энтузиазма.

– Мел! Имей совесть!

– Хорошо… Итак. Тайна первая. До падения Срединного государства Дома Страждущих не существовало. Первые свидетельства о нём датируются уже теми годами, когда оставшиеся в живых срединники обосновались здесь, в Шэрхенмисте. Хинхо – в их числе. И он – первый задокументированный человек с такой фамилией.

– А как же раньше назывался мой Дом?

– Понятия не имею. Я надеялся, ты мне скажешь. А вот почему вы именно Страждущие, я теперь знаю.

– Почему?

– Твои версии?

Хм.

Теперь я откинулась на спинку кресла.

Помню, в детстве мне очень нравилось мусолить на разные лады имя своего Дома: я придумывала жуткие и героические истории о том, почему оно такое грустное и одновременно красивое. Я поделилась с Мелом парой своих старых гипотез. Он с усмешкой выслушал, а потом наставительно поднял указательный палец:

– А теперь слушай правильный ответ. Хроники гласят, что в год падения срединников Хинхо служил в Прибрежном легионе.

Я округлила глаза и присвистнула.

Срединное государство – страна наших предков – было беспощадно стерто с лица земли в 1147 году. Его мирную столицу, город Мудру, с неба выжгли драконы. Военные отряды соседних стран захватили деревни и форты. А так называемый Прибрежный легион – исследовательский лагерь учёных, военных и магов, – находившийся на месте нынешнего Шолоха, зажали в тиски две вражеских армии и устроили там такую резню, что, говорят, не только тела, но и даже души легионеров были разорваны в клочья.

Это их кости лежат в некрополе, над которым построен королевский дворец Шолоха.

– Хинхо был легионером? – я опешила. – Серьёзно? Но ведь, согласно легендам, их вырезали всех до одного. Как же он умудрился выжить?

– Не знаю. Но именно тот факт, что твой прадед пережил кровавую бойню в Прибрежном легионе – единственный из всех, попрошу отметить, – и стал причиной того, что его начали называть Хинхо Страдающим. А потом – Страждущим.

Я поежилась.

Мелисандр продолжил:

– История гласит, что, когда Хинхо после бойни добрался до Шэрхенмисты, из вещей у него были только эти шесть амулетов. И всё. Он никогда не рассказывал о случившемся – даже наложил на себя заклинание Вечного Молчания. Что, впрочем, не помешало ему завести тут семью. Правда, потом он её бросил: уехал и стал путешественником, дошёл аж до Западных Пределов.

– Вот козлина!.. А почему он молчал?

– Это ещё одна загадка. Мой брат полагал, что Хинхо скрывал нечто важное и боялся проболтаться. Нечто, связанное с этими амулетами и с падением срединников. С тем, как всё‐таки беспощадно вырезали ваших предков. Не понимаю, почему ваш народ вообще с этим смирился: ещё и забыть пытается всеми силами…

Я только тяжело вздохнула.

Есть такое.

Дело в том, что гибель срединников – больное место для нас. Мы считаем, что во многом они сами виноваты: их жестокая политика, чрезмерная гордыня и имперский гонор былиневыносимы. Недовольство окружающих накапливалось и однажды вылилось в реки крови… Да, это была не война, а бойня. Но ведь не бывает дыма без огня.

– Обвинять жертву – последнее дело, – не согласился Мел. – Мне интересно, что стало последней каплей, после которой чаша терпения драконов и правителей других стран переполнилась и они устроили такой кошмар. Особенно драконы! Они же всегда были мирными, или, вернее сказать, поразительно безразличными к человеческим делам. Зуб даю: когда я соберу все шесть амулетов, я пойму, что именно случилось в 1147 году.

– Удачи, – искренне пожелала я.

Мелисандр отрицательно замотал головой и строго покачал пальцем.

– Не надо, Тинави. Не желай мне её. Лучше скажи: как насчёт того, чтобы присоединиться ко мне в моём квесте? Давай вместе найдём оставшиеся три артефакта!

Я удивлённо двинула бровью. Прежде чем я успела что-то ответить, Кес продолжил:

– Да-да, я понял, что твой план – вернуться домой. Но как насчёт того, чтобы совершить пару подвигов по дороге?

– Э-э-э, Мел, я…

– Мне кажется, то, что твой прадед создал амулеты – это не просто знак, это прямо-таки непосредственное и конкретное указание госпожи Судьбы на то, что именно тебе стоит заняться их поисками.

– Мелисандр…

– К тому же, мы с тобой просто роскошные компаньоны! Если задуматься, в Шолохе было ужасно весело, да?

– Мел! Прекращай! – я хлопнула ладонями по столу.

Мне не хотелось повышать голос, но иначе Кеса невозможно было заткнуть. На мгновение над палубой корабля повисла тишина. Сидевшие за соседним столиком эльфы-путешественники замерли, а потом стали активно шушукаться, прикрывая рты узкими ладонями и ехидно поглядывая на нас. Официант, уже несший чай и десерты, передумал и развернулся обратно к кухне, решив, видимо, что сейчас не лучший момент для сладкого.

Я набрала полную грудь воздуха, чтобы негромко, но внятно и по пунктам объяснить Мелисандру, почему я не хочу искать амулеты и отчего мне не нравится, когда он напирает, но Кес снова опередил меня.

– Я понял, – сказал он, миролюбиво подняв ладони. – Но не спеши отказываться, хорошо? Просто подумай над этим: над возможностью сделать что-то выдающееся по пути домой… Обсудим это потом. А сейчас давай продолжим праздновать нашу удивительную встречу. Веришь ты мне или нет, но я по-настоящему рад снова увидеться с тобой.