Антон Зедгенизов – В плену заблуждений (страница 8)

Что же касается законов, то здесь не всё просто и однозначно, в качестве примера я приведу несколько из них, но сначала я должен оговорится, что в нашем мире законами называют почти всё, что касается универсального описания какого-либо процесса, хотя чисто хронологически и этимологически (извини, что умничаю) сам последнее время ловлю себя на этой мысли, в общем, по науке о происхождении слова, «закон» – это то, что находится за коном, или логически, можно сказать, «поясняет и дополняет кон». Поэтому законы, которыми пользуется Творец или точнее которыми он и является нужно называть конами, а все их следствия – законами. Уф, разжевал. Так вот, примеры таких конов – кон бумеранга или его ещё называют коном сохранения энергии, кон свободы воли, кон любви и другие. Как всё тесно связано в нашем мире, боюсь, если начну рассказывать в этом письме про коны, то придётся отправлять не письмо, а бандероль…

Вот мы и подошли к завершению осмысления понятия Творца. Прости за длинное письмо, хотя я и не уверен, что всё написанное ты прочтёшь, в городе же бесконечная спешка и суета, ну хоть последние строки прочтёшь. Резюмируя, можно заключить, что нам неведомо то, как зародилась разумная жизнь и вообще жизнь, но она вполне реальна, материальна, рациональна и представляет собой хорошо отрегулированную суперсистему, которую для простоты можно назвать Творцом, а человек – это её подсистема, причём весьма сложная, то есть часть Творца, выполняющая свою очень важную миссию в мироздании.

Перечисленное богатство макромира, начиная с неорганического вещества, то есть с того момента, когда элементы микромира всё же становятся материей, из которых, как из кубиков, скалываются объекты макромира, необходимо Творцу для накопления и систематизации опыта собственной деятельности. Только представь себе, как информация, накапливающаяся в полевой энергетической структуре, может быть сохранена и увековечена? Вероятность её потери в поле очень велика, поэтому она сохраняется в веществе, клетке, флоре, фауне, разуме человека.

Представь, что мы и наш плотный мир – это винчестер Творца, причём живой, самомыслящий и саморазвивающийся. Интересно? Ну ладно, в очередной раз многого не прошу, напиши о себе и своих буднях, о наших одногруппниках, как они там? Адрес знаешь…

Иван.

Воскресенье незаметно для Даниила подошло к завершению: часы показывали половину одиннадцатого, а смартфон уже переключился в ночной режим. На этот раз «переварить» письмо оказалось сложнее, чем то, которое он читал ночью. Оно уже требовало осознанного мыслительного процесса, но, также сильно цепляло Даниила. Некоторое время он ещё провёл сидя в кресле, пока желудок не начал ему подсказывать о желании подкрепиться. В кухонном углу стоял маленький холодильник, который Даниил часто использовал в качестве тумбы для самых разных предметов, но сегодня на нём было чисто. Заглянув в бытовое чудо новейшего времени, он обнаружил красную рыбу, засоленную в небольшой пол-литровой банке по особому рецепту из детства. Эту рыбу ему ещё в начале недели принесла мать, зная, как он её любит. В этом рецепте не было ничего лишнего, как и во всём гениальном. Рядом с рыбой в холодильнике лежал чёрный хлеб с хрустящей корочкой, свежесть его была условна, но он вполне был пригоден в пищу.

Так, что тут у нас, произнёс Даниил в слух, и, пренебрегая всеми правилами этикета, стал выкладывать аппетитные маслянистые кусочки рыбы на хлеб и, конечно же, сверху лучка, которого было в достатке в той же банке. Под натиском зубов ржаная корочка хрустнула, крошки облепили губы и частично попадали на стол. Мозг через своих верных слуг – вкусовых рецепторов –ощущал то самое неописуемое выражение блаженства.

Закончив трапезу и прибравшись, Даниил расстелил диван и лёг спать с чувством глубокого удовлетворения. Ему казалось, что его жизнь уже изменилась и что его ждёт увлекательный процесс познания мироздания. Уж теперь-то он точно знает, что невежество – самый злейший враг человечества. И как много ещё предстоит узнать о законах мироздания…

Глава 5 Механизмы одурачивания толпы

Будильник предательски зазвонил в семь утра. Спать хотелось так сильно, что если бы не строгий корпоративный этикет, то Даниил продолжил бы спать дальше. Первые минуты он вообще не мог сообразить, что происходит, его жизнь и сознание как будто раздвоились: с одной стороны, он понимал, что он это он; с другой, ему казалось, что те обязанности, которые он привык выполнять беспрекословно, отошли на задний план, стали как бы необязательны, именно это ощущение удерживало его от подъёма. Преодолев неистовые страдания, связанные с пробуждением, тело Даниила плелось, шаркая тапочками по полу к той части однушки, которую можно было назвать ванной комнатой. После утреннего туалета, немного взбодрившись, Даниил, ожидая чайник в надежде выпить кофе, услышал знакомый сигнал мессенджера в смартфоне. Рука машинально потянулась в карман и сообщение предстало его взору: «Доброе утро, ты уже едешь?»

– Блин, – Даниил подпрыгнул на месте, – как же я мог забыть? Кристи.

Самое время познакомить читателя с Кристиной, подругой Даниила. Несмотря на то, что Кристина уже два года ухаживала за Даниилом, до свадьбы дело никак не доходило. Да и вряд ли дошло бы, поскольку настоящих сильных чувств между ними не было, а найти другой для этого весомый аргумент Кристина не решалась. Кристина была типичной городской жительницей и, в сочетании с хорошей фигурой, ростом выше среднего, а также с умелым использованием косметических услуг городской среды, выглядела весьма эффектно. В последний год Кристина предпочитала светлый цвет волос, который хорошо сочетался с её смуглой кожей, авторство которой принадлежало солярию. Жила Кристина с мамой в обычной двухкомнатной квартире, хотя и в центре Иркутска, работала там же недалеко от дома, в одном из модных салонов красоты. К слову говоря, там она и познакомилась с Даниилом, который периодически посещал этот салон, поскольку он находился напротив здания, в котором солидная по меркам Иркутска проектная организация арендовала несколько этажей.

Накануне той самой злосчастной вечеринки, посвящённой празднованию или точнее обмыванию нового автомобиля приятеля Даниила, Кристина уезжала на выходные из города проведать своих родственников в другой город и в пятницу вечером, прощаясь возле её дома, Даниил обещал заехать за Кристиной в восемь часов, чтобы вместе попить кофе перед работой и обменяться впечатлениями о прошедших врозь выходных. Даниил понимал, что в понедельник утром ему понадобится не менее сорока минут, чтобы добраться до Кристины, к тому же автомобиль ещё не прогревался, а мороз, наверное, за двадцать пять градусов. Собрав всю сообразительность, Даниил, перебирая нужную комбинацию кнопок на брелке, дистанционно запустил двигатель автомобиля, по обыкновению, ночевавшего возле подъезда, и тут же бросился хаотично надевать то носок, то рубаху, то галстук, в итоге почти сравнявшись с армейским нормативом:

«Портфель, портфель», – вертелось в его голове, – «ага, вот он!»

Выскочив из квартиры, Даниил тут же вернулся обратно.

«Где же ключи», – и, не разуваясь, стал бегать по однушке, вспоминая, куда он мог их сунуть.

«Есть», – отрезал Даниил, подбрасывая ключи в руке и устремляясь за порог.

Через несколько секунд после того, как ключ в дверном замке отсчитал три поворота вперёд и тут же три поворота назад, Даниил вновь оказался на пороге своей однушки.

«Господи, что же это такое? Уйду я сегодня или нет?» – подумал он. В этот раз он забыл ключи от автомобиля, найдя их в оставленном месте после дистанционного запуска автомобиля. Он спешно покинул однушку и уже более не возвращался.

Автомобиль встретил своего хозяина холодным салоном, толстым слоем инея на окнах и рычащим мотором, извергающим клубы ядовитого дыма. После спешной очистки стёкол, смирившись с дискомфортом холода, Даниил отправился к Кристине. До назначенной встречи оставалось минут десять. Он понимал, что не успеет, но хотя бы теперь можно было снять с себя пусть не всю вину, а хотя бы половину, ведь он уже в пути, извини, мол, пробки…

Неприятность утренних путешествий по большинству городов связана с пиковой загрузкой улично-дорожной сети – это неизбежно в любом городе, численность населения которого превышает триста пятьдесят – четыреста тысяч человек, но, если пропускная способность улично-дорожной сети более или менее высокая, а планировочные решения города минимизируют потребность совершения поездок, то последствия пресловутых пробок минимальны – в обратном случае они парализуют город и их последствия будут сродни массовому бедствию. Кроме этого, раз уж в данном контексте речь зашла о городском движении, позволю себе сказать, что особое воздействие на возникновение пробок будет оказывать развитие городского пассажирского транспорта и особенно метрополитена. К сожалению, Иркутск был лишён последнего, а его планировочная структура исторически сложилась так, что большая часть горожан проживала на левом берегу Ангары в более чем десяти крупных спальных микрорайонах, а большая часть мест приложения труда была на правом берегу, что и способствовало ежедневным маятниковым миграциям через узкие места – мосты.