Антон Волков – Искатель истины Данила Соколик (страница 14)

– Артемида мне что-то написала, – повторил я, проглядывая уведомление на смартфоне. – Помнишь, девушка с экскурсии?

– Конечно. Ее трудно забыть. У тебя есть смартфон?

– Ну да, а что в этом удивительного? У тебя разве нет смартфона?

– Нет. А зачем он мне?

– Ты чего? Современная жизнь невозможна без приложений, без переписок. Как же «Инстаграм», «ТикТок», «Телеграм»?

Он нырнул обратно за дверь, а потом вернулся и показал мне черную кнопочную «Нокиа», выщербленную по краям за годы использования. Сказал, пожав плечами:

– Мне этого хватает. Я считаю лишним тратиться на смартфон. Но ты лучше скажи, что написала Артемида. Она хочет, чтобы мы помогли ей или это личное дело к тебе? Если последнее, я не буду вмешиваться.

Я быстро проглядел переписку.

– «Здравствуйте, Иван» – я принялся зачитывать вслух, – «Прошу извинить за то, что подозревала вас во вчерашнем убийстве. На меня нашла минутная слабость, вызванная всеобщим смущением. Но, как вы помните, я с самого начала верила в вашу невиновность. Надеюсь, вы на меня не злитесь за этот инцидент. Также я хотела бы вас попросить об одолжении. Точнее не вас, а человека по имени Данила, который раскрыл убийцу вчера. Насколько я понимаю, вы сейчас с ним живете вместе. У меня нет его контакта, поэтому я пишу вам. Так вот, я хотела бы, чтобы вы попросили его помочь мне в одном деле. Его детективные навыки очень впечатлили меня, и я надеюсь, он сможет разрешить мою ситуацию, которая, признаюсь, стала сейчас почти невыносимой. За его – и вашу, если вы придете – помощь я готова вас щедро отблагодарить. Не знаю, какие сейчас расценки у подобного рода услуг, но надеюсь, что сумма в пятьдесят тысяч рублей не будет скромной в отношении того дела, что я прошу. К сожалению, я не могу разгласить подробности – видите ли, оно слишком личное, чтобы доверять его переписке. Если Данила согласится, то я жду сегодня во второй половине дня в своей квартире на Петроградке». И дальше она пишет свой адрес.

Я закончил читать и взглянул на Данилу. На лице его читалось легкое раздражение.

– Сколько раз людям говорить, я не детектив! – взорвался он.

– Да ладно это! – сказал я, – Она хочет, чтобы мы что-то расследовали для нее! И она готова нам заплатить!

– Это определенно удачный поворот событий, – признал Данила, – Мне как раз скоро оплачивать аренду квартиры.

Он опять исчез в своей комнате и вскоре вернулся в мундире и фуражке, в которых я видел его вчера во дворе. Подойдя к входной двери, он обернулся на меня, словно что-то забыл.

– Можешь сказать номер Артемиды? Я позвоню ей, как буду подходить.

– Ты что, один пойдешь? – спросил я. – А как же я?

– Ты хочешь тоже пойти? Но зачем?

Не успел я ответить, как он сделал широкий кивок головой и картинно выставил вперед правую руку с отставленным вверх указательным пальцем.

– Я понял, в чем суть дела, – сказал он, – Ты думаешь, что тебе нужно тоже присутствовать, чтобы отработать аренду этой квартиры со своей стороны. И ты будешь пытаться помочь так, как посчитаешь нужным. Верно я говорю?

– Если ты не против…

– Мой друг, давай сразу проясним, что я не требую от тебя ни участвовать в моих расследованиях, ни как-то помогать финансово в оплате этих апартаментов. Ты волен делать в течение дня все, что тебе заблагорассудится. Я даже дам тебе копию ключей, чтобы ты мог сам приходить и уходить когда хочешь. Единственное – покупать еду и банные принадлежности для себя прошу тебя самого. Как я понимаю, ты уже видел, насколько пустынна в плане еды моя кухня.

– И с чего такая щедрость?

– Ведь мы так условились вчера. Пока идет дело над Сусловым, ты можешь жить у меня в квартире. Я взял на себя эту ответственность. Своего рода, я выполняю обещание, данное капитану Будко.

– Получается, я пленник.

– Можно и так сказать, – задумавшись, сказал Данила.

– Ну раз так, я хочу тебе помогать, а не сидеть тут сиднем, – сказал я, – Разве мои расспросы вчера не помогли нам докопаться до сути дела?

– Не особенно, – покачал головой Данила, – Ты скорее бегал за мной весь вечер, умоляя тебя спасти.

Как ни обидно было это признавать, он был прав. Я был для него практически бесполезен во вчерашнем расследовании. Тем не менее, во мне проснулась странная решимость и отступать я был не намерен.

– Возьми меня с собой, – сказал я, – Я буду стараться лучше. Я хочу помогать людям тоже.

Что-то изменилось в его взгляде после этих последних слов. Если до этого он выжидательно смотрел, когда же я закончу говорить, то теперь глаза его вспыхнули живым интересом.

– Ты хочешь помогать людям, – повторил он мои слова, – Я думал, ты был заинтересован в оплате жилья.

– И это тоже. Слушай, я не знаю твоей работы, но я хочу помогать, вот. Бесполезным не буду!

Уголки его губ слегка приподнялись.

– Хорошо, – сказал он, – Только предупреждаю, эта работа может быть опасной. Ты точно хочешь пойти со мной?

– Да и пусть опасная! Я ко всему готов.

Честно сказать, его слова меня только распалили. Данила открыл дверь, и мы вместе вышли в коридор. Вроде обычный коридор, а для меня это была самая настоящая неизвестность. Я еще сам не знал, на что подписывался, и куда меня заведет этот человек. Но почему-то мне хотелось пройти вместе с ним этот путь. Мы пошли к метро и сели на поезд к «Горьковской».

Девушка жила в двух шагах от Большого проспекта. Как и бывает обычно в домах в центре города, парадная и лестницы были в печальном состоянии, со следами настенной живописи проходимцев самого разного пошиба, однако стоило нам ступить за порог квартиры, мы словно перенеслись в другое место.

Это была классическая коммуналка-«расческа», с комнатами, отходившими в сторону от основного коридора. Ремонт в ней был просто роскошный: идеально выбеленные стены упирались в обрамленный лепниной потолок. В проходах стояли античные статуи, изображавшие известных персонажей греческой мифологии. Артемида радушно нас встретила, предложив еду и напитки. Мы вежливо отказались, однако она все равно принесла нам по стакану воды.

Девушка пригласила нас в одну из комнат, пожалуй, самую просторную в квартире. В углу возвышалась старинная печь, так характерная для доходных домов того времени. Люстра распустившимся цветком из хрусталя занимала большую часть пространства потолка. У просторного окна с деревянными рамами (скорее всего, даже родными!) стоял невысокий стол с ножками-пиками. На столе были гипсовые бюсты в разной стадии готовности. На некоторых проявлялись черты лица, другие были бесформенными заготовками. Рядом с бюстами лежали инструменты. Из учебы в «вышке» я знал некоторые из них – например, стеки и штихели. Остальные выглядели для меня чуждо, но я понимал – передо мной набор настоящего скульптора.

– Это вы сами… – начал было я вопрос, но меня вдруг перебил Данила:

– Нет, ее жених – скульптор.

Он тоже склонился над столом, внимательно рассматривая инструменты.

– Откуда вы знаете? – удивилась Артемида.

– Ваши руки, – пожал плечами Данила, словно описывал какую-то банальность, – Одного взгляда на нежную кожу ваших ладоней достаточно, чтобы понять – вы ни разу даже не касались этих инструментов. Кольца у вас на пальце нет, но вы бы не позволили кому попало расставлять здесь античные бюсты. Из чего можно заключить, что их сделал, скорее всего, ваш жених.

– Действительно, – кивнула Артемида.

Вид ее был чуть ошеломленный, но также заинтересованный. Изящным движением руки она указала на два венских стула, что стояли посередине комнаты.

– Прошу, садитесь, – сказала девушка.

Сама она села напротив нас. Сегодня на ней было розовое платье с изображениями цветков астр. Волосы были убраны в хвостик, скромно лежавший на плече. Она начала было говорить, но ей помешал собачий лай, раздавшийся из входа в комнату.

– Орфик! – воскликнула Артемида, выбрасывая вперед руки, словно встречала только начинавшего идти младенца, – Ну как же, забыли о тебе!

Перебирая короткими лапами, к девушке подбежал маленький пятнистый бигль. Внезапно он остановился в метре от хозяйки, повернул к нам мордочку и громко залаял, сопровождая каждый «ваф-ваф!» протяжным воем. Артемида подхватила собаку на ручки и стала ласкать, приговаривая:

– Ну чего ты? Это друзья – Данила и Иван. Невежливо на них лаять.

Успокоенный поглаживаниями девушки, пес присмирел.

– Извините за это вторжение, – сказала она, – Орф боится оставаться один, но тут он увидел незнакомых людей. Боится чужаков, вот и залаял.

– Ничего страшного. Зато у вас есть защитник, – улыбнулся Данила.

– Это точно, – посмеялась девушка. – Но давайте перейдем к делу. Не хочу отнимать у вас много времени.

Она вдруг замялась, рука ее скользнула к краешку платья, она быстро стала перебирать его пальцами. Это продолжалось практически минуту. Данила за это время и бровью не повел: сидел, сложив руки на коленях, словно школьник на своем любимом предмете.

– Вы верно заметили, Данила, – наконец, сказала она, – У меня есть жених. Его зовут Аполлон. Мы должны были пожениться неделю назад. Но в день свадьбы он… он не пришел.

Край платья сжался в комок, оказавшись в плену ее кулачка.

– В течение дня от него не было никаких вестей. Он не отвечал на телефон, от него не было сообщений. Он словно исчез с лица земли. Я чуть с ума не сошла от безумных мыслей. Я обзвонила его знакомых и родных. Их у него было немного, да и большинство – в других городах. Однако никто ничего не знал о его исчезновении.