Антон Тутынин – Враг Сальдисской Империи (5) (страница 5)

Ничем иным он не мог объяснить подобный эффект. На него словно снизошла благодать!

— А как же Сальдисская Империя?

— Я... Я подам в отставку. Немедленно!

— Что же, похвальное рвение, капитан. Но служить придётся не только мне, а в первую очередь людям. Людям! И для начала мы с тобой сделаем вот что... — начав говорить, я повёл своего последователя на улицу. Казармы стражи ждали!

С этого момента и началась основная моя работа. Так как печати очищения мог ставить только я, склоняя тем самым ключевых людей на свою сторону без необходимости массовых убийств и картельных походов, я должен был методично посетить все самые важные места в графстве. От крупных городов до пограничных крепостей. Чем я и занялся незамедлительно.

Пока отец входил в курс дел бургомистра и всей администрации графства, мы с капитаном стражи посетили расположение гарнизона, где я одного за другим каждого стражника наградил печатью очищения. Сделать это при поддержке их непосредственного командира было несложно. Кого-то даже с патрулей раньше положенного снял, заменив на очищенных, и даже посты на городских воротах и стенах поменял в рекордные сроки. Так что уже спустя три часа вся стража города от рядового до капитана была под моим контролем. И на посты вернулись уже новые люди, прошедшие как и их командир через муки совести и переоценку ценностей, что кардинально повлияло на качество их работы.

Сегодня на главных городских воротах впервые за десятилетия досмотры прошли как надо, по уставу, а стражники ни разу не вымогали взятку с торговцев и ремесленников из-за города, возвращавшихся с базара. Немыслимое дело!

А тем времен в гарнизонном расположении, на плацу казарменного комплекса, выстроенного во втором кольце города, проходило построение личного состава, не нёсшего караульную и постовую службу. Около тысячи солдат и офицеров, готовых служить верой и правдой, стремящихся искупить прежние прегрешения! Муки совести теперь каждого из них изъедали что кислота старый металл. Они рвались в дело: арестовывать, казнить, устраивать облавы и выписывать штрафы провинившимся дельцам. И я был обязан немного остудить головы этих архаровцев, иначе уже сегодня ночью начнётся лютый бардак.

А бардак — это раздолье для разного рода отребья! Нельзя было допустить бессистемности работы городской стражи, какими бы благими ни были их мотивы. Иначе нас ждала огромная задница! И, к сожалению, отнюдь не женская...

— В первую очередь хочу пожелать всем вам здоровья и долгих лет жизни, — начал я свой монолог, взойдя на небольшую импровизированную трибуну, собранную на плацу. У местных военных отчего-то не было принято выступать перед строем. А зря! Следовало ввести эту полезную практику, говорить личному составу всё в лицо, открыто, — Потому что на исправление того дерьма что вы здесь наворотили у вас уйдут многие годы! Сейчас все вы ожидаемо рвётесь в дело, желаете очистить себя от тех грехов, что жгут вам грудь и душу, чем наверняка взбудоражите весь город, подняв на уши все преступные группировки и банды. Вести о том что стражники сорвались с цепи, на которой вас так долго прикармливали, разойдётся по городу со скоростью лесного пожара, и тогда большая часть из этих дельцов смоется из города, оставшись безнаказанными на долгое время. И уже там, на моих землях среди деревень и дорог они начнут творить новые чёрные дела.

По строю прошёлся негромкий ропот, но капитан стражи, что стоял рядом со мной чуть пониже громогласным командирским окриком заткнул стройные ряды стражников. Я же дождался пока всё утихнет и просто продолжил.

— Поэтому чтобы этого не допустить мы должны сработать чётко и быстро, единым военным организмом, устроив облаву на всех разом. Загнать, арестовать или ликвидировать всех за одну ночь! А для этого каждый из вас к завтрашнему вечеру подаст своему капитану два рапорта. Первый — о всех своих связях с преступниками. За что получал взятки, чьи дела прикрывал, с кем вёл дела, о ком знал но молчал. Всю эту информацию мы с оберстом Дальвего сведём воедино, составим план операции, и тогда и только тогда(!), — я погрозил людям перед собой пальцем, — Мы накроем все гнёзда этих тварей в единый момент. Пока же вы должны делать вид что всё идёт также как прежде: брать взятки, соблюдать договорённости, и вообще делать вид что ничего не случилось. Это необходимо для дела!! И уже второй рапорт. В нём вы должны указать чего вам не хватает для надлежащего несения службы. Есть ли проблемы с жильём у ваших семей, не болеют ли дети, наличие карточных долгов или иных обязательств, описать состояние амуниции и оружия. Сколько из тех денег, что попали к вам незаконно вы способны внести в кассу стражи без ущерба для здоровья ваших семей. В общем пишите всё!

Я уже хотел уходить но, глядя на растерянные лица людей, добавил последнее слово.

— Знайте, я и люди этого города готовы простить ваши прегрешения и даже позаботиться о ваших нуждах, но все мы ждём от вас полной отдачи! Как раньше уже не будет. Мы дадим вам жильё, обеспечим продовольствием ваши семьи, а вашим детям дадим образование. Но это будет стоить дорого! Вашей верной службы этому городу до самой старости или смерти. Вопросы есть?!

— Никак нет! — рявкнул хор голосов. Что позволило мне наконец-то отправиться дальше по своим делам. Со стражей до завтра все вопросы были наконец-то решены, но дела ещё не закончились.

Покинув казармы, я отправился на следующий важный пункт, находившийся в городе. Узел почтовой связи, где за весьма приличную сумму по меркам простого работяги можно было отправить письмо в другой город, которое в тот же день может оказаться у адресата. Этакая экспресс доставка корреспонденции — этакая замена телеграфу и телефону. Там меня уже несколько часов ждала Электра, контролируя ситуацию на месте. К сожалению я не мог разорваться и побывать везде и сразу, а подчинение гарнизона было важнее почтовых отправлений, так что девушке пришлось поскучать.

Почтовое отделение этой страны представляло собой питомник рухоров — четырёхкрылых птиц-монстров, выраставших до весьма впечатляющих размеров. Сильные, выносливые, размерами с крупную собаку земных пород, они могли преодолевать сотни километров за пару часов, прекрасно поддаваясь дрессировке с помощью магии.

Десять-пятнадцать килограмм писем для такой птички были не проблемой на короткой дистанции менее тысячи километров, а наличие таких питомников в каждом крупном городе делали сеть почтовых отправлений весьма удобной и прибыльной государственный службой. Отправить срочные донесения или письмо требовалось во многих сферах человеческой жизни от бизнеса до банальной научной переписки между алхимиками или лекарями.

Вот в этот пункт я и собирался теперь наведаться, двигаясь по вечернему Твергону верхом на своём заматеревшем Гелиосе. Казалось конь на добром корме и заряженной моей силой воде окреп ещё больше чем раньше, буквально излучая энергию! Даже сейчас он шёл мелкой рысью словно пританцовывая по грязным улицам, едва сдерживаясь чтобы не пуститься в галоп.

— Терпи, брат! За городом побегаешь, — похлопал я его по могучей шее успокаивая.

Солнце меж тем уже медленно клонилось к закату, начав скрываться за крышами трёхэтажных домов. Отчего сторонившиеся меня прохожие попадались всё реже, стремясь поскорее укрыться под защитой своих домов от опасностей вечерних улиц.

Зато других людей, с растерянным интересом провожавших меня странными взглядами, со временем прибавлялось. И выглядели эти бородатые морды не особенно мирно, хотя и не бросались мне наперерез. Благо выглядел я для них крайне опасно.

Хотя на одной узкой улице к ним добавились десятки групп по две-три женщины разных возрастов. Какие-то ещё были пригожие, какие-то потасканные, с опухшими лицами и гнилыми зубами, но все как одна призывно покачивали бёдрами, выставляя напоказ внушительную грудь в вырезах платьев. Скабрезно шутившие и даже пытавшиеся привлечь моё внимание какими-то скидками.

Шлюхи в этом мире и в это время были буквально страшнее ядерной войны! И это было печально... К тому же с этим явлением явно следовало что-то делать, ибо огромная часть болезней среди взрослых мужчин разносилась именно вот таким вот способом, через шлюх. Искоренить полностью это явление я даже не планировал — древнейшая профессия была неистребима во все времена! Начиная от бизнес индустрии и заканчивая простым бытовым блядством. А значит я должен был как-то это дело возглавить, упорядочить, встроив в создаваемую цивилизацию. Хотя бы частично... банально ради здоровья людей.

Если совсем кратко, то это явление хоть как-то надо было взять под контроль, одновременно попытавшись свести его к минимуму. Но вот как? Хороший вопрос.

В итоге под такие раздумья я и до почтового пункта добрался уже ближе к сумеркам, когда солнце скрылось от глаз за городской стеной.

— Наконец-то! Я уже со скуки начала помирать, — обрадовать мне Электра, сидевшая у самого входа. Она не впускала и не выпускала никого из этого здания, выгнав предварительно всех посетителей, и фактически заперев пятерых работников внутри. А тонкая электрическая сеть, созданная её чарами над открыт двором, откуда взлетали почтовые рухоры, предотвращала любые попытки отправить послание за пределы города. Что давало нам определённое преимущество по времени, замедляя реакцию имперских властей.