Антон Тутынин – Враг Сальдисской Империи (5) (страница 16)

— Ничё, расхóдитесь, ваше благородие! — тотчас подошёл к нему погонщик, — Невелика беда потерпеть, коль скоро самого ЕГО увидите лично. Я-то нового Императора видал только издали, после снятия плена. Эх... интересно, он и правда кто-то вроде бога?

— Слушай, Кирей, — как-то задумчиво уставился в сторону городской ратуши майор, — Думаешь правильно мы поступили, приняв новую власть? Мы ведь присягу давали императору Дальгрог. Империю защищали... А теперь выходит мы мятежники.

— То не моего ума дела, господин майор. Большая политика всё ж таки. Но ежели моё мнение вам интересно я так скажу... Кому присягу давали — того уж в живых нет. Сгубили его заговорщики, как и всех кто поддерживал старый род. А новый император Сальдиса не иначе и вовсе других кровей. Многие молчат, но то что императрица нагуляла младшего на стороне, о том давно люди судачат промеж себя. И молодая аристократия наша тому потворствует, тянет каждый на себя одеяло! Вона сколько семей древних вырезали! Ослабили страну жутко и всё ради власти личной. А значица опять будет война промеж них... гражданская. А там и до голода недалеко, и вторжения иных империй да королевств. Так что я за ту власть буду, какая о людях заботится, какая единую силу ковать станет да приструнит зарвавшихся шакалов, а лучше и вовсе им бошки открутит! И новый император как бы не лучше прежнего будет — вона какую войну лиходеям устроил, даже у нас слышно стало. А силища какая! Он даже дворянчиков местных не пожалел, за мягкое вымя пощупал со всем старанием, у кого рыльце в пушку было. А значит с ним и порядку больше станет... Вот такие вот мои мысли, ваше благородие.

— Майор Элазар Грубер? — прервал этот нетипичный разговор между старшим офицером и подчинённым в новом звании старшины широкоплечая фигура в чёрной стеклянной броне, словно возникшая из ниоткуда. За спиной этого воина в отдалении мелькали стражники города, верхом на лошадях, а рядом с ними стояла карета, запряжённая парой воронёных жеребцов.

— Он самый. С кем имею часть говорить?

— Узнаете после, если будет о том приказано. Идёмте, Император Кёнинг вас ожидает.

— Хм. Ну хорошо... Кирей, ты сам здесь справишься?

— А то как же! Не первый раз в городе! По лавкам бы пробежаться только успеть. Браты дюже много заказов навесили.

— Успеете. Товарищ майор обратно не летит. Так что вы, товарищ старшина, как отдохнёте и будете готовы, можете отправляться назад в крепость. Новый комендант уже назначен.

Вскоре они погрузились в промёрзшую карету, и под звон грубых железных колокольчиков, предупреждавших людей о приближении неповоротливой кареты, медленно покатили к центру города.

Сопровождающий попался ему неразговорчивый. Да и по полностью закрытому доспеху было не понять кто перед ним сидит. И даже голос из под шлема шёл словно искажённый — будто кто-то дурачится, говоря в железный бак. Но всё равно майора Грубера не покидало чувство что пред ним сидит очень молодой офицер. По повадкам было заметно, что привычка командовать у него уже начала вырабатываться. Однако уверенности в своём положении всё ещё не было. Ну и так, какие-то мелкие штрихи в поведении и прочем тоже выдавали молодого, лет двадцати, младшего лейтенанта. Правда было неясно отчего он отказался представляться вышестоящему офицеру? Но додумать свою мысль майор не успел — их карета быстро прибыла на место.

Проследовав через два этажа ратуши, он увидел множество чиновников, и мальчишек-посыльных, занятых бумажной работой. Кто-то куда-то постоянно таскал стопки, бегал с листками туда-сюда, другие сидели и сосредоточенно делали выписки, штудировали папки одну за другой, и вся эта мешанина словно сомн мертвецов работал в полнейшем молчании. Только шелест бумаг, топот ног, скрип перьев и движения рук... Странное, пугающее зрелище!

Под этим впечатлением молодой мужчина так и дошёл до самого кабинета, располагавшегося где-то в боковом крыле здания на третьем этаже.

— Проходите, — сделал знак рукой его сопровождающий, даже не постучав в дверь. И как он понял что уже можно заходить? И почему Император Империума сидит в такой дыре?! Кабинет явно был небольшой, сильно хуже резиденции главы города!

Глубоко вздохнув, чтобы унять нервозность, майор Грубер отбросил все всплывавшие вопросы прочь и тихонько толкнул дверь, шагнув внутрь.

— Господин Император, майор Вооружённых Сил Империума, Элазар Грубер, по вашему приказу прибыл! — войдя в помещение небольшого размера, с двойным широким окном, располагавшимся слева от небольшого стола, и дававшим хороший свет, офицер тотчас наткнулся на устремлённый на него исподлобья взгляд красно-золотых глаз. Отчего буквально на автомате выпалили новое военное приветствие, замерев по стойке смирно. Правила обращения к солдатам и офицерам, правомерность тех или иных наказаний, а также степень свободы и несвободы военнослужащих новой армии также были детально расписаны в присланном им недавно приказе. Что позволило очень быстро разобраться в новых порядках и подготовиться к аудиенции. Насколько это было вообще возможно сделать за одну ночь.

Однако Император не спешил как-то реагировать на его появление. Напротив, опустив взгляд обратно к столу, он спокойно продолжал что-то записывать на белоснежном листе бумаги красивым выверенным почерком. Минута, вторая, третья... И лишь когда минуло пять минут тишины хозяин новой страны отложил перо, взял в руки большую чёрную печать, мягко приложив её к низу белого листа. Под той полыхнула слабая световая вспышка, и на месте печати остался выжженный магией рисунок: два странных символа, совмещённых друг с другом, и вписанных в круг. При этом майор никогда не видел ни один из них и не мог понять что они означают.

— Доброе утро, товарищ Грубер. Как долетели?

— Я... хорошо, господин Император! — ещё сильнее вытянулся он, не понимая как ему себя вести. Слишком нетипичным было поведение этого человека, чьи волосы, казалось, слегка двигались словно языки пламени, стремясь вверх, в небо. Жуткая причёска!

— Не тянись, майор, не на параде. Присядь, — кивнул на кресло перед своим столом Император Кёнинг. Тот выполнил приказ без вопросов, примостившись на самый краешек обитого мягкой кожей сиденья. — Вот, прочитай. Для начала общую информацию — позже детально изучишь.

Перед офицером легла папка с бумагами, первым листом в которой оказалось чёткое содержание, расписанное по номерам страниц. И разделом под первым номером там как раз шло «введение». Быстро ознакомившись с шестью страницами рукописного текста, майор пребывал в смешанных чувствах. С одной стороны многие описанные там идеи перекликались с его умозаключениями и проектами, кои он пытался продвигать ещё в столице. За что, собственно и поплатился тёплым местом, угодив на север. К примеру, он вовсю убеждал командование в скором отмирании магии как основного средства нанесения массового урона врагу, и необходимости превалирования неодарённой пехоты, массово вооружённой огнестрельным оружием. А также увещевал делать ставку на тяжёлую ствольную артиллерию, должную в последствии заменить чародеев на поле боя. Хотя бы частично. В чём, собственно, и усмотрели признаки посягания на дворянскую власть и вредительскую агитацию, сослав баламута куда подальше.

С другой же стороны, предлагалось совершенно новая структура армии, подходы к командованию и даже субординации. Одно только указание о том что, так как дворянские вольности отменяются, а рабство запрещено в любом виде, рукоприкладство к рядовому составу становится под запретом, а обращение военнослужащих друг к другу должно измениться с «господин» на «товарищ». К тому же, их ещё и обучать требовалось многим наукам, от банальной арифметики и чтения, до географии и оказания первой помощи. Это простолюдинов-то! На что также требовалось выделить часы, реквизит и изыскать преподавателей. Вроем, требования к организации быта, снабжению в местах постоянной дислокации и полевой жизни также кардинально менялись.

Ну и разумеется никакой рукопашной схватки в строю... Только окапывание, засадная тактика и укреплённые позиции.

— Это... хм... — с трудом пытался начать офицер, захваченный врасплох планом организации армии.

— Что такое? Вы не стесняйтесь, товарищ майор, высказывайтесь прямо. Больше всего я ненавижу именно ложь и лицемерие, — император меж тем глядел ему прямо в глаза, подняв руки на уровень губ и сложив их в замóк. — А за личное мнение наказывать смысла не вижу.

— Как бы сказать... описанные тактики ведения боя не очень честные... они противоречат всем нынешним традициям войны. Да и попытка вырастить из простых крестьян кого-то вроде офицеров кажутся мне насмешкой над всеми традициями.

— Скажите, товарищ майор, в чём суть войны? Что такое война?

— Ну... это... — казалось бы очень простой вопрос поставил офицера в тупик, потому что банальный ответ вроде «исполнение приказов императора, дабы отстоять честь государства» казался в контексте этого разговора неверным. Но иного ответа он просто не знал.

— Один мудрый человек как-то сказал: война — это продолжение политики иными средствами. Другой не менее мудрый человек говорил что политика — это форма экономической конкуренции, когда общность людей борется за своё благосостояние политическими методами. Заключают союзы, налаживают таможенные правила, разграничивают зоны влияния между друг другом... Если мы объединим обе этих идеи в одну, выйдет что война — это форма отстаивания экономических интересов большой группы людей, объединённых в форме государства. И тогда вырисовывается такой показатель как экономическая эффективность! Что это значит? Это значит, что чем дешевле обходится уничтожение твоего противника, чем быстрее ты уничтожаешь его солдат, и чем меньше теряешь своих, тем успешнее ты воюешь в итоге. А потому, можно вывести ещё один постулат: что война — это в первую очередь искусство обмана. Ведь обман — это самое дешёвое средство нанести вред твоему врагу, заставив его растрачивать свои ресурсы без всякого толку... А теперь ответьте, товарищ майор, насколько нынешняя доктрина ведения войны Сальдисской Империи соответствует этим правилам?