Антон Тутынин – Царица несчастий. Часть 1 (страница 59)

Тело оставила тут же, прислонив к стене, и только успела подобрать второй нож, как услышала приближающиеся шаги. При чём судя по звуку шло сразу трое! Обширный коридор шёл сквозь все три корпуса здания, так что народу тут в дневное время могла ходить тьма. Благо вход в подвал находился не посредине, а с конца этого изогнутого коридора, что исключало неожиданности со спины. Затаившись в тенях, я подпустила врагов ближе.

— А я ей рот зажал, и говорю на ушко: ты мол девка не шуми, а то зубы выбью. Так она до того спужалась, что едва там не кончилась!

— Ну и чё потом-то? Ты ж в карауле стоял.

— И что что в карауле? Что мне теперь от девок нос воротить? Задрал подол, да прямо там оприходовал! Старшой в обходе только-только был, а значит время было.

— Ну ты и сказочник, Ликуш, ха-ха! Ночью девки по горницам не ходят — знают, что передком можно нарваться.

— А эта может и хотела нарваться! Иначе бы так сладко не стонала!

И когда все трое заржали над сказанной похабщиной, я как раз начала быстро, но тихо подбираться к ним со спины.

— Эй, Микот, чуешь чем пахнет?

— А…? Кровью кажыся…

К тому моменту я уже был за спинами трёх мужчин, шедших нестройной толпой. Двое шли сзади, рядом друг с другом, третий чуть впереди, постоянно оборачиваясь на собеседников, так что первым же ударом я постаралась сократить их численное преимущество. Благодаря тому, что шла я босиком, шаг по плохо обработанному дереву вышел совершенно бесшумным. А отсутствие одежды не выдало меня ни скрипом, ни звоном, ни шуршанием ткани. Так что пока мужчины, стоявшие ко мне спиной, решали, что делать, я успела нанести самый первый неожиданный удар!

«Шлок!» — и лезвия обоих ножей впиваются в шеи озадаченных воинов. Одетые в простую кожаную броню, они не имели защиты горла и затылка, а потому мгновенно выбыли из боя, заливаясь кровью. Третий же успел отскочить, выхватив меч, но из-за темноты всё что он мог видеть это мой размытый силуэт, время от времени сливающийся с темнотой закрытого неосвещённого коридора. Почему отсутствие освещения их не насторожило?

— Кто здесь?! Я тебя на ленточки порежу, тварь! — потеряв меня из виду, молодой воин, хвалившийся недавно великой победой над горничной девкой, закружился, водя мечом из стороны в сторону. Но я не собиралась нападать в открытую — нет уж. На мне ни единой тряпки не надето и любое попадание острым клинком может оказаться фатальным — так рисковать было нельзя. Взвесив на руки первый нож, тщательно прицелилась, метнув его прямо в лицо врагу, когда тот начал поворачиваться в мою сторону. На этот раз его неудача была куда выше моего неумения, отчего нож попал остриём, пробив ему правую щёку. Воин вскрикнул, машинально закрыл рукой раненное лицо, ухватившись за нож, после чего отшатнулся, оступился и упал. Я же, выхватив из ножен его товарища меч стремительно приблизилась, с силой обрушив остриё на его голову. Удар о череп не смог убить его сразу, но зато серьёзно оглушил, обездвижил, позволив мне наконец заколоть его мощным ударом в область подмышки — там броня была тоньше всего!

— Вроде и бой какой короткий был, а даже немного запыхалась… интересно, где лежат мои вещи? Арбалет был бы очень кстати в этих потёмках.

Второй нож тоже выбросила, решив ограничиться одним взятым с трупа мечом — так будет сподручнее. Побрела дальше, попутно заглядывая в доступные помещения и туша везде свет — тут ведь и прислуги должно быть полно. И если всех их не обезвредить сразу, может подняться серьёзный гвалт! Мне ещё чертовски везёт, что никто не услышал недавнюю стычку.

В коридоре много дальше встретился ещё один караульный, праздно прислонившийся к стене. Время от времени он от неё отходил, делал пару шагов туда-сюда, разминая затёкшие ноги, после чего вновь прислонялся обратно. К сожалению, в полной темноте к нему было не подобраться, так как несколько свечей горело вдоль стен, на широких подсвечниках, воткнутых в стену. Откуда у них столько денег на освещение?!

Подумав немного что делать, решилась на хитрость.

«Тут же у вас принято девок по углам зажимать, да? Ну так мы это и используем.»

— Ах! — притворно простонала я своим молодым голоском, вроде как сдерживаясь.

«Шлёп!» — смачный удар по своей голой попке разнёсся по коридору весьма уверенно.

— Это кто там шалит? Вы совсем что ли, старшой скоро обходом будет!

— М-м-м-м!

«Шлёп-шлеп-шлёп!» — было также нетрудно имитировать шлепки вовремя секса, всё той же ладошкой.

— Да твою же мать. Эй, я кому сказал разбежались! — караульный сорвался с места, явно опасаясь, что ему влетит за расхулиганившихся любовников.

Действовала я из-за угла, так что на моей стороне была в том числе темнота. И как только шаги воина послышались совсем рядом, я затаилась с занесённым за спину мечом. Бить следовало обеими руками.

— По-хорошему сразу не поняли, так теперь прятаться вздума…

— Ха! — удар по ничего не подозревающему врагу вышел не лучшим образом. Он успел уклониться на одних только рефлексах, хотя зуб даю удара не видел! Однако его левая рука всё равно попала под клинок, лишившись кисти. Коротко вскрикнув, воин отшатнулся, потерял равновесие, и вскоре рухнул на пол, ударившись головой об выступающий угол сруба внутренней стены. Череп конечно такой удар выдержал, но шея под его собственным весом сломалась, вывернув голову бедняги под неестественным углом.

Путь был снова открыт!

Дальше была парочка слуг, трахавшаяся в одной из подсобных комнат, коих мне тоже пришлось прирезать — они вполне могли поднять панику, закончив развлекаться. После был ещё один караульный, умудрившийся подавиться сухарём при моём приближении, когда страдал ерундой, ловя засохший хлеб ртом. Пока он ползал на полу и откашливался, я успела срубить его невезучую голову…. Дьявольщина, да сколько их тут? Я скоро себя мясником чувствовать начну. Особенно если учесть, что обруча божества духа со мной не было и справляться с моральными терзаниями становилось всё труднее и труднее!

Лишь спустя какое-то время я наконец вышла к тому месту, где была ранее. Узнала переходы, двери и коридоры того места куда меня провожали в первый раз. Наконец-то было понятно куда идти и где искать эту суку, что решила из-за своей мнительности меня запытать до смерти. Щадить ни её ни её сынка я больше не собиралась — такую угрозу следовало устранять кардинально! Иначе даже сбежав отсюда я могла превратиться в загоняемую охотниками дичь. Именно к такому выводу я пришла, пока обдумала всю эту ситуацию с разных сторон.

Но всё по порядку. Впереди были слишком светло, слишком много окон, а людей ходило слишком много чтобы действовать нахрапом! Следовало что-то придумать.

Глава 39

Покидать спасительную тьму мне очень не хотелось. К тому же следовало ещё найти где-то свои вещи — в первую очередь знаки божеств, что сняли с моего тела. Остальное было не так сложно заменить, но знаки!

И здесь было несколько вариантов:

Первый — сбежать и после вернуться. Так себе вариант — много будет отдано на слепую удачу.

Второй — попытаться сразиться с врагом в открытую (откровенное самоубийство).

Третий — затаиться в этом огромном здании, в надежде что меня не найдут. Дождаться удобного момента. Долго, ненадёжно, сомнительно.

И, наконец, четвертый — по максимуму использовать своё проклятье, в деле истребления себе подобных. На коем я и решила в итоге остановиться.

Так как моё проклятье использует малейшую вероятность дабы причинить окружающим вред, следует создать условия, когда этих вероятностей великое множество. Проще всего засесть где-нибудь посреди бурелома или в горах — там люди сами себе шею поломают. Второй путь — это ловушки. Чем их будет больше, тем больше людей в итоге в них угодит со стопроцентным шансом.

И единственным вариантом ловушек в моём случае может быть разве что скользкий пол! Вот я и пошла обратно шариться по помещениям в поисках масла — в конце концов при падении люди не только суставы выворачивают, но и кости ломают, и даже могут убиться при должном невезении. Грех будет не использовать столь богатое поле возможностей!

Масло нашлось в одной из коморок, где хранились разные жидкости. Судя по запаху масло это было льняное, хотя я и не эксперт. Вытащила горшок в коридор, проконтролировала отсутствие людей поблизости, и начала поливать маслом разные участки пола. Даже сама пару раз едва не навернулась головой вниз!

Особенно постаралась над лестницей, что вела в подвал и после дверей в иные помещения. Также угол основного поворота, буквально целиком залила остатками масла, решив в итоге подождать. Ведь вскоре должен пойти обходом некий «Старший», и будет куда лучше если он сам обнаружит первый труп, подняв кипишь, не зная, чего и кого ожидать. А я затаюсь и немного подожду чем у него дело закончится! Злорадно улыбнувшись сама себе, полезла наверх под потолок, туда где имелись балки, скреплявшие воедино верхние венцы сруба и свободно нависавшие под потолком вместо глухого перекрытия. Да высоко, метра четыре, но оно того стоит! Разглядеть меня даже с факелами там будет непросто. Тени здесь то и дело пляшут дикую пляску!

* * *

— Всем ухо держать во́стро! Прочесать каждый угол крыла, каждую щель обшарить! Двое пойдут со мной — проверим подвал. Даже если эта мелкая сука сбежала, придётся всё перетрясти, — перед двенадцатью воинами, снятыми с других важных дел, стоял ору́жный начальник, отвечавший за безопасность своего лорда и его матери в дороге. С ними на торжище прибыло тридцать человек всадников, плюс двенадцать человек проверенной обслуги. Пятеро бойцов этой ночью должно было находиться внутри правого крыла, причём двое были мастерами пыток! И двух из этих пятерых он нашёл совсем недавно со вскрытыми глотками, лежавших в абсолютной тишине тёмного коридора. Тотчас поднял тревогу, усилил охрану госпожи и господина, собрав людей для обыска помещений — по всем признакам выходило, что врагом была пленная девка. Но в то что она сумела вот так просто, не поднимая шуму выбраться из ямы, убить его людей, военачальник верить не хотел — выглядело это чертовски жалко по отношению к нему и его людям.